История газеты

Владимир Яковлевич ЕВТУШЕНКО (1925-2013) родом из села Белогорье Острогожского уезда Воронежской губернии. Участник Великой Отечественной войны. Окончил исторический факультет Воронежского педагогического института. Работал секретарем райкома ВЛКСМ, редактором белогорьевской районной газеты, возглавлял сектор печати Воронежского обкома КПСС. В «Коммуну» пришёл в 1965 году и проработал в должности редактора 24 года. Член Союзов журналистов и писателей СССР. Лауреат премии Союзов журналистов СССР и РФ. Автор двух десятков книг прозы, в том числе «Яблоня раздора», «Гарусеновский летописец», «Дыхание весны», «Тропа разведчика» и других. Награжден двумя орденами Красной Звезды, медалями «За отвагу» и «За Победу над Германией», орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», Дружбы народов.

Кремль – Краснолипье

Москва. 30 марта 1971 года. Первый день работы съезда.

В огромном зале Кремлевского Дворца звучат слова Генерального секретаря Центрального Комитета партии Леонида Ильича Брежнева. Он докладывает делегатам съезда – стало быть, всей партии, всему народу о деятельности коммунистов Советского Союза, о жизни страны в период между XXIII съездом КПСС и съездом нынешним, XXIV, делегатами которого выпала честь быть нам, посланцам воронежских коммунистов.

Слушаем Отчетный доклад, делаем пометки в записных книжках.

«129 миллиардов рублей! Вот это экономическая база! Вот это достойное обеспечение нашей сельской пятилетки, твердая вера колхозника!» Эту запись я увидел в блокноте Василия Яковлевича Крюкова, председателя колхоза имени Куйбышева.

Потом, уже в номере гостиницы, вновь перелистывая блокнот, он говорит:

– Шутка ли! Государство выделяет сельскому хозяйству в девятой пятилетке столько средств, сколько было ассигновано за две минувшие пятилетки, вместе взятые! Будем шагать шире! Будем лучше строиться!

Мне припомнилась встреча на прошлогодней партийной конференции в одном из южных районов нашей области – Репьёвском. В прениях выступал председатель колхоза имени Куйбышева Василий Яковлевич Крюков – средних лет, чернобровый, с крупной головой. Он рассказывал тогда о том, как строится село Краснолипье по генеральному плану, какие появились новые улицы, клуб, школа, детский комбинат с бесплатным содержанием в нем ребятишек. После конференции довелось мне побывать и в Краснолипье…

И вот мы идем по широкой улице. По обе её стороны стоят дома приятной для глаз формы и окраски.

– Пятьсот семей уже в таких особняках, – поясняет Василий Яковлевич. – В старых хатах – вот на тех улицах, – машет он рукой, – осталось около трехсот хозяйств. Многовато. Но ничего, переселим всех. Вот только бы стройматериалы достать.

Сельская площадь. Блестит на солнце асфальт. Белым дворцом стоит двухэтажный клуб, рядом – просторная школа, детский сад и ясли. Там – торговый ряд, там – комбинат бытового обслуживания.

– Послали в город на выучку девчат, – между прочим замечает Василий Яковлевич. – Будут у нас свои парикмахеры, мастера химчистки, ремонта телевизоров.

Чтобы вести благоустройство села с таким размахом, нужны, конечно, не только строительные материалы. А люди-строители? А деньги?

Достаток колхоза складывается из урожая полей, высокой продуктивности общественного животноводства. Деньги в колхозной кассе – это 25-центнеровый урожай зерна с каждого гектара, полученный в среднем за минувшее пятилетие, это высокопродуктивные фермы.

Что касается людей, то…

Познакомьтесь с ними, посмотрите на работящих хлопцев и девчат, основную кадровую силу колхоза. Отцы и матери здесь спокойны: их замена – рядом с ними, в родном доме, их дело на земле передается молодым крепким рукам, толковому уму, что дала преемственность семейных традиций, школа, техникумы, вузы.

Два года назад дочь председателя колхоза Рая окончила десятилетку.

– Ну, дочка, как решила? – спросил Василий Яковлевич. – Работать пойдешь? Учиться?

– Папа, а машинная дойка коров – это трудно девчатам? – вопросом на вопрос ответила Рая. – Ты ведь, когда был у нас в школе, то говорил…

Да, он и впрямь на школьном «огоньке» рассказал о том, что труд на молочной ферме теперь полностью будет механизирован – заканчивается установка аппаратов для мехдойки.

– Поедем, покажу, – пообещал Василий Яковлевич.

– А можно я и подружек приглашу?

– Так и быть, обещаю быть вашим экскурсоводом, – улыбнулся отец.

Многие выпускники школ, в том числе и председателева дочь Рая, ныне уже стали мастерами машинного доения на колхозной ферме.

Выпускники школ прошлых лет, окончившие вузы, стали командирами колхозного производства. Михаил Елисеев работал пастухом, теперь он главный зоотехник. Анатолий Шуткин от прицепщика тракторной бригады вырос до главного инженера колхоза.

Вот ещё один факт в пользу нестареющего колхоза – средний возраст колхозников 37 лет.

Можно много говорить о том, что обеспечивает молодость и крепкую базу колхоза села Краснолипье. Важно тут всё. Мне видится большая политика в том, что председатель колхоза лично вручает ключи колхозникам от нового дома, построенного на средства хозяйства с мизерной для труженика квартплатой, а для наиболее заслуженных колхозников – вообще бесплатно. И в том, что Василий Яковлевич частный гость в школе, он заранее вместе с учителем выявляет наклонности паренька, девчонки и помогает им заняться в родном селе любимым, полезным для земляков делом. И в том, что председатель, как бы ни был занят, поздравит молодоженов с браком, вручит им от колхоза подарок, а затем возьмет в руки баян – и любой музыкант позавидует, как лихо играет председатель.

Делать села лучшими, приближенными к городскому быту, надо и нужно. Это часть большой работы, поставленной партией во главу угла в нынешней пятилетке: обеспечить значительный подъем материального и культурного уровня жизни народа, используя в этих целях всю мощь социалистического производства, в том числе силу земли.

Было время, когда земля давала скудные урожаи, и было немало людей, в их числе и хлеборобов, которые потеряли веру в её силу, в её щедрость, в её и своё процветание.

Волею партии, реальными мерами заметно поднято наше сельское хозяйство. Ныне, как никогда ранее, крепка основа для его дальнейшего развития. И сегодня, участвуя в работе XXIV съезда КПСС, Василий Яковлевич Крюков всем своим сердцем, разумом воспринимает программные положения Отчетного доклада ЦК КПСС, раздумывая над выдвинутыми в нем положениями по вопросам сельского хозяйства, зримо видит завтрашний облик своего Краснолипья, его возросшую экономику, быт и культуру его людей – сельских тружеников.

Хотя этот председатель колхоза не из тех, кто пасует перед трудностями, кто колеблется в борьбе за достижение своей цели, но, видя воочию заботу партии о селе, взвешивая те огромные средства, которые выделяет страна на подъем сельскохозяйственного производства (129 млрд. рублей!), он с радостным блеском в глазах говорит:

– Да как же нам не работать после этого?! Горы свернем!

Академик пообещал

Алексей Васильевич Марчуков, председатель колхоза «Ведуга», рассказывает своему другу:

– Понимаешь, Василий Яковлевич, пришёл я за час-полтора до начала утреннего заседания. Стою, дежурю там, где регистрируются делегаты Кубани. Вижу, идёт. Я его сразу узнал: академик Павел Пантелеевич Лукьяненко.

– «Здравствуйте, Павел Пантелеевич, – говорю ему с некоторой робостью. – Я воронежский председатель колхоза. Слышал о ваших новых сортах и гибридах пшеницы. Не поможете, а? – «А что сеете?» – «мироновскую». До тридцати восьми с гектара урожай довели». – «Неплохо, неплохо, но на ваших землях – я их знаю – можно больше брать. Есть у меня гибриды «надежда-45 и «загадка-44». Попробуйте, так и быть, дам вам малую толику, разводите, если приживется»… Так что после съезда сразу же поеду к Павлу Пантелеевичу, пообещал ведь дать немного семян.

Марчуков хлопает по плечу друга:

– Хочешь, и тебя познакомлю с академиком?

– Поедем к нему вместе, – встряхивает чубом Крюков, – хоть горсть, а выпрошу.

– Мне-то он твердо пообещал. А слово академика, сам знаешь…

– Поедем, – повторяет твердо Крюков. – Вдвоем веселее будет агитировать.

Да, прибавится хлопот у академика Лукьяненко.

На Красной площади

Весеннее солнце – чистое, ясное – щедро заливает Красную площадь, зубчатые стены Кремля, Спасскую башню с курантами, известными боем своим всеми миру. Оно многократно отражается маленькими солнцами на золотых главах кремлевских старинных строений, в стенах Дворца съездов.

Уже с восьми часов начинается людской поток. Он берет начало у гостиницы «Россия», где разместился основной состав делегатов съезда, в том числе живем здесь и мы – воронежские делегаты, тянется мимо собора Василия Блаженного, мимо памятника Минину и Пожарскому к воротам Спасской башни. Здесь делегатов поджидают корреспонденты. Кому не приятно сфотографироваться на Красной площади у Кремля, у его древних стен. Или на фоне украшенного огромным плакатом здания Исторического музея, или под знаменами Союзных республик, установленных вдоль фасада ГУМа.

Но есть на площади одно место, к которому всякий, кто ни ступит на неё, обращает свой взор. Это Мавзолей Владимира Ильича Ленина. В солнечных бликах зеркально-гладкие плиты, пламенеют на солнце цветы и алые ленты венков, прислоненных к стенам Мавзолея, – венки эти возложены прибывшими на съезд делегатами, нашими зарубежными друзьями.

Рядом со мной на площади стоит Герман Александрович Милонов, машинист станции Поворино. Смотрит задумчиво на Мавзолей, потом говорит тихо, как бы мыслит вслух: – Пойду к Ильичу, расскажу ему о нашем съезде, Отчетном докладе Центрального Комитета, о выступлении делегатов. Пойду и приглашу его к нам на заседание.

Мы идем мимо застывших часовых к раскрытым дверям Мавзолея. Несколько шагов в тихом полусумраке вниз, вверх – и перед нами освещенное ровным спокойным светом лицо Ильича, покоящееся на подушке, – знакомое, близкое каждому из нас лицо вождя.

Молча стоим. И слышатся мне слова рядом стоящего машиниста станции Поворино: «Владимир Ильич! Докладываю: XXIV съезд, съезд Ленинской партии, партии коммунистов Советского Союза проходит успешно. Мы верно шли, мы пойдем дальше по пути, указанному тобой».

Смотрю на машиниста, на его безмолвное лицо и понимаю: да ведь слышу я сейчас не голос его, – нет, здесь словами не скажешь, а слышу я сердце, душу, мысли рабочего человека и понял отчётливо смысл сказанного, потому что оно созвучно ударам моего собственного сердца, голосу моей души: «Докладываю, Владимир Ильич, съезд проходит успешно…»

Выходим из Мавзолея. Пора в зал заседаний. Предъявляем мандаты у входа во Дворец съездов.

– Да ведь он всегда с нами! Он здесь, на съезде…

Это говорит, отвечая своим мыслям, машинист Милонов, и я знаю, почему и о ком он так говорит.

Телеграммы

Москва, Кремль, Дворец съездов. Делегату XXIV съезда партии Громкову Эдуарду Сергеевичу.

Коллектив Борисоглебского СМУ56 выполнил план первого квартала. Введен в эксплуатацию 70-квартирный дом. Желаем плодотворных успехов на съезде.

…Кремль. Делегации Воронежской области

Гордимся величием нашей родной Коммунистической партии, всего советского народа. Приложим все усилия для выполнения решений XXIV съезда партии.

Коллектив Павловского совхозатехникума.

Товарищу Вихрову Е.А.

Рады сообщить, что трудящиеся Аннинского района успешно выполнили социалистические обязательства первого квартала. Готовы начать весенний сев. Трудящиеся района работают по-ударному, внимательно следят за работой съезда.

…Делегату XXIV съезда КПСС Фролову Василию Ивановичу

Участники районного собрания передовиков сельского хозяйства сообщают, что труженики Хохольского района выполнили квартальный план продажи государству мяса на 152 процента, молока – на 119 процентов, яиц – на 144 процента. Огромный политический подъем вызвал у тружеников района доклад Генерального секретаря ЦК КПСС товарища Л.И.Брежнева. Не пожалеем сил для выполнения планов и социалистических обязательств первого года пятилетки.

…Делегату съезда Милонову Герману Александровичу

Желаем делегатам творческой активности в работе съезда.

Коллектив учителей и учащихся школы №55. Поворино.

А в ответ из Кремля идут телеграммы делегатов съезда. В перерывах между заседаниями Герман Александрович Милонов, машинист локомотивного депо станции Поворино, спешит на__ телеграфный пункт, расположенный здесь же, во Дворце съездов.

– Непременно надо ребят поблагодарить, пожелать успехов в завершении четверти учебного года. Обещал после съезда встретиться с ними, привезти им автографы знатных людей – делегатов съезда.

– Каких же именно? – интересуется Эдуард Сергеевич Громков.

– Космонавтов, маршалов Советского Союза, писателей…

– Ну и как, собрал автографы?

– Есть. И немало. Да разве у всех соберешь?! Тут ведь что ни делегат, то известный на всю страну человек. Ну, я побежал на телеграф.

Здесь, в Кремле, решая генеральные задачи своей партии, делегаты видят и, как никогда, чувствуют ту особенность, которой определяется главная суть нашей жизни: хозяин нашей страны – советский человек, он её полномочный представитель во всех её делах – больших – всепартийных, общегосударственных – и малых – на каждом участке, в цехе, в бригаде, на ферме, в звене. Здесь, как никогда, он понимает, что трудовая мощь страны, все наши победы в коммунистическом строительстве складываются из трудовых усилий каждого коллектива, каждого человека.

И как приятно было делегату съезда получать вести от своих товарищей-земляков: что обещали в честь съезда – сделали.

Полевая весна

Зеленеет озимь… Беспредельным ковром живых ростков укрыто поле, оно радует своими красками, возрожденной силой: выстояла озимь бесснежную морозную зиму, оживила её весна. Пошла, пошла теперь в рост на вешних раздольных просторах. Ей помогает человек.

В синем небе трудится «крылатый земледелец». Летит самолёт, за ним сизый хвост рассеивающихся удобрений – очень кстати они ослабевшим за долгую зиму растениям. А вон там, где поле посуше, – идёт трактор. Ведет машину опытный механизатор. Тянутся за трактором темные широкие полосы – ничего, это не страшно: где пройдёт борона, она взрыхлит, глубже начнут дышать посевы, ещё крепче, зеленее пойдут ростки, образуют густую «щетку».

Поля ожили. Поля работают на хлебный урожай.

Машина останавливается на полевом стане колхоза имени Чапаева.

– Василий Иванович, к нам, – механизаторы окружают первого секретаря райкома партии Межова и сразу же вопросы: как проходил съезд партии? С кем в Москве встречались?

И так везде. Где бы ни появлялся делегат XXIV съезда партии В.И.Межов, люди просят: расскажите о съезде, о докладах, о выступлениях… О духе съезда, его атмосфере, о личных впечатлениях расскажите.

В Боброве собрался актив партийных, советских, профсоюзных, комсомольских работников, в колхозе «Маяк» – хлеборобы, в совхозе «Бобровский « – рабочие…

Слушают люди рассказ о съезде партии, его исторических решениях, и у каждого в мыслях: о нас партийная забота, о советском человеке. И у каждого настроение хорошее, боевое: работать лучше, работать с полной отдачей сил, знаний, опыта!

Озимь набирает силу. Начался сев яровых зерновых и трав на корм скоту.

Идёт весна первого года девятой пятилетки – весна XXIV съезда партии…

Владимир ЕВТУШЕНКО,
делегат XXIV съезда КПСС.

«Коммуна», 18 апреля 1971 года.

[~DETAIL_TEXT] => Из делегатского блокнота

Владимир Яковлевич ЕВТУШЕНКО (1925-2013) родом из села Белогорье Острогожского уезда Воронежской губернии. Участник Великой Отечественной войны. Окончил исторический факультет Воронежского педагогического института. Работал секретарем райкома ВЛКСМ, редактором белогорьевской районной газеты, возглавлял сектор печати Воронежского обкома КПСС. В «Коммуну» пришёл в 1965 году и проработал в должности редактора 24 года. Член Союзов журналистов и писателей СССР. Лауреат премии Союзов журналистов СССР и РФ. Автор двух десятков книг прозы, в том числе «Яблоня раздора», «Гарусеновский летописец», «Дыхание весны», «Тропа разведчика» и других. Награжден двумя орденами Красной Звезды, медалями «За отвагу» и «За Победу над Германией», орденами Трудового Красного Знамени, «Знак Почета», Дружбы народов.

Кремль – Краснолипье

Академик пообещал

На Красной площади

Телеграммы

Полевая весна

Владимир ЕВТУШЕНКО,
делегат XXIV съезда КПСС.

«Коммуна», 18 апреля 1971 года.

История одного возражения В.И.Ленину

Светлана Дмитриевна ВЛАСОВА родилась в Воронеже 29 ноября 1933 года. Окончила Московский государственный институт международных отношений – германист. Яркий очеркист и публицист, специальный корреспондент «Коммуны». Её аналитические статьи отличались глубиной и остротой поднимаемых проблем. Некоторое время работала на Воронежском телевидении.

В марте 1919 года в Москве проходил VIII съезд партии. На этом съезде В.И.Ленин несколько раз поднимался на трибуну. Он открывал и закрывал съезд, выступая с отчетным докладом Центрального Комитета, с докладом о Программе партии и о работе в деревне. Съезд, пожалуй, в равной мере свидетельствует как о сложности проблем, стоявших тогда перед партией, так и об исключительной работоспособности её вождя и учителя. И среди вопросов, которых так или иначе касался Владимир Ильич на съезде, – а это были, как правило, вопросы, имевшие, без всякого преувеличения, жизненное значение для партии и для молодой Советской страны, – возник вопрос и об отношении к старой интеллигенции. Его особая острота неоднократно подчеркивалась В.И.Лениным. «Вопрос о буржуазных специалистах стоит в армии, в промышленности, в кооперативах, стоит везде», – говорил он. Существо этого вопроса сводилось к необходимости в самых широких масштабах привлекать к работе на стороне Советов знающих дело, квалифицированных специалистов из числа лиц, служивших при прежнем строе. В.И.Ленин предвидел при этом и возможность отрицательных последствий такого сотрудничества, вплоть до прямого предательства интересов народа. Но даже с учетом возможности подобных осложнений он настоятельно требовал проводить в жизнь линию на массовое вовлечение старой интеллигенции в активное социалистическое строительство. «Если ставить вопрос в том смысле, что мы только руками чистых коммунистов, а не с помощью буржуазных специалистов, построим коммунизм, то это – мысль ребяческая», – указывал он.

Одно из важнейших условий такого вовлечения В.И.Ленин видел в создании благоприятных моральных и материальных условий для плодотворной деятельности специалистов, в том числе и выделение дополнительных денежных средств на оплату труда. «В этот переходный период мы должны дать им как можно более хорошие условия существования», – требовал он.

Выступление В.И.Ленина на съезде, принятые по его инициативе решения получили широкий отклик в партии и в стране. Настойчивость и последовательность в осуществлении именно ленинской политической линии по отношению к специалистам обеспечили сперва переход старой интеллигенции на сторону Советской власти, а затем и образование новой, вышедшей из глубин народа и кровно связанной с ним всеми своими нитями.

Характерно, что один из самых первых откликов на выступления В.И.Ленина раздался как раз из среды самих буржуазных интеллигентов.

Съезд партии закрылся 23 марта, а уже 27 марта В.И.Ленин имел возможность познакомиться с письмом профессора Воронежского сельскохозяйственного института и председателя Центрального управления предприятиями кожевенной промышленности М.Дукельского.

Как известно, это письмо, на другой же день опубликованное в «Правде» вместе с ответом на него и позже неоднократно переиздававшееся в собраниях сочинений В.И.Ленина, начинается на очень высокой ноте.

«Прочитал в «Известиях» ваш доклад о специалистах, – пишет М.Дукельский, – и не могу подавить в себе крика возмущения. Неужели вы не понимаете, что ни один честный специалист не может, если в нем сохранилась хоть капля уважения к самому себе, пойти работать ради того животного благополучия, которое вы собираетесь ему обеспечить? Неужели вы так замкнулись в своем кремлевском одиночестве, что не видите окружающей вас жизни…».

Не менее показателен и конец. «Если вы хотите «использовать» специалистов, то не покупайте их, – говорит М.Дукельский, – а научитесь уважать их, как людей, а не как нужный вам до поры до времени живой и мертвый инвентарь».

В том же нервозном духе автор перечисляет все мыслимые и немыслимые обиды, которые он и его коллеги якобы претерпели от «новоявленных коммунистов из бывших городовых, урядников, мелких чиновников». Эти обиды заключаются, по его словам, в постоянных вздорных доносах и обвинениях, в безрезультатных, но в высшей степени унизительных обысках, в угрозах расстрела и даже в бесцеремонном вторжении в самые интимные стороны личной жизни». Поводом для последнего утверждения послужило – ни мало, ни много – требование начальника отряда, расквартированного в учебном заведении, где я преподаю, чтобы я обязательно спал с женой в одной кровати».

«Письмо злое и, кажется, искреннее, – определил В.И.Ленин. – На него хочется ответить». И Владимир Ильич пункт за пунктом с неотразимой логикой разбивает все то вздорное и противоречивое, что содержится в словах его адресата. «Ответ на открытое письмо специалиста» – один из блестящих образцов ленинского умения глубоко и разносторонне анализировать сложнейшие явления жизни. Отметив, что у автора, видимо, «преобладает личное раздражение, отнявшее способность обсуждать события с массовой точки зрения и с точки зрения их действительной последовательности», В.И.Ленин вновь подтверждает высокую оценку партией роли и значения интеллигенции в строительстве нового общества. «Если бы мы «натравливали» на «интеллигенцию», нас следовало бы повесить. Но мы не только не натравливали народ на неё, а проповедовали от имени партии и от имени власти необходимость предоставления интеллигенции лучших условий работы».

В своем прямом и нелицеприятном ответе Владимир Ильич не обходит самых острых углов письма. Он обстоятельно разъясняет разницу между целью «купить» особый, искусственно подобранный кружок лиц с целью сохранить высокую оплату труда для сотен тысяч, если не миллионов, «которые всегда получали лучшее жалованье». Признавая законным желание интеллигентных людей иметь по две кровати, на мужа и жену отдельно, Ленин, которого автор письма в пылу полемики обвинил в «замкнутости» и незнании окружающей жизни, напоминает: «Не может же автор письма не знать, что в «среднем» на российского гражданина никогда по одной кровати не приходилось!»

Мы, говорит Владимир Ильич, против понижения условий жизни интеллигентов, но война подчиняет себе все, и ради отдыха для солдат интеллигенты должны потесниться. Это не унизительное, а справедливое требование.

В.И.Ленин признаёт безусловно правильным требование очистить__ нашу партию и наши правительственные учреждения от «бессовестных случайных попутчиков, от рвачей, авантюристов, прихвостней, бандитов». Единственная оговорка, которую он делает в этом случае, состоит в том, что «искренняя беспартийная интеллигенция» тоже должна помогать партии в осуществлении этого требования.

В целом ленинский ответ на открытое письмо специалиста явился важным программным документом, к которому неоднократно обращалась партия на самых разных этапах коммунистического строительства. Многие его положения не утратили своей силы и в наши дни.

Весьма поучительна и судьба самого автора открытого письма. Октябрьскую революцию Марк Петрович Дукельский встретил в возрасте свыше сорока лет, будучи уже вполне сложившимся по своему характеру, привычкам и интересам человеком. Питомец Харьковского университета, он всю жизнь посвятил новой в то время отрасли прикладной химии и по праву пользовался репутацией видного ученого. В Воронеж он прибыл после нескольких лет плодотворной научной и преподавательской деятельности в Киевском университете и возглавил здесь кафедру технологии и переработки сельскохозяйственной продукции. О размерах и характере деятельности этой кафедры лучше всего свидетельствует тот факт, что из неё, правда, в более поздние годы, вырос нынешний технологический институт.

М.П.Дукельский был не чужд и общественной деятельности, связанной преимущественно с практическим приложением его научно-исследовательских работ. Не случайно, например, он возглавил Центральное управление предприятиями кожевенной промышленности, организацию, ставившую своей целью придать переработке и выделке кож широкий индустриальный размах. Что касается политики, то в этом отношении он, по-видимому, мало чем отличался от многих своих коллег, профессоров и доцентов, относившихся к ней с предубеждением и старавшихся держаться в стороне от неё.

Впрочем, когда дело доходило до необходимости открыто высказать свои симпатии или антипатии, энергичный и даже несколько экспансивный учёный, не колеблясь, давал понять, что он на стороне демократической части общества как наиболее активной и перспективной. В целом его взгляды на этот период жизни можно характеризовать как либеральные с заметными колебаниями в ту или другую сторону. Если Февральскую революцию он восторженно приветствовал, то в Октябрьской находил излишние и нежелательные «крайности». Несомненно, что его письмо к В.И.Ленину явилось одной из форм осуждения этих «крайностей».

Как мы видим, В.И.Ленин глубоко вскрыл истоки заблуждения М.П.Дукельского и нарисовал истинную картину взаимоотношений между Советской властью и культурными силами старой России. Но одно дело словесный спор, пусть даже с таким сильным противником, как В.И.Ленин, а другое дело окружающая действительность. Что же, обстоятельства сложились так, что окружающая действительность в глазах М.П.Дукельского очень скоро и очень убедительно подтвердила правоту взглядов В.И.Ленина.

Осенью 1919 года Воронеж захватили войска Мамонтова и Шкуро. Этот последний считал себя деятелем особого рода в том смысле, что осуждал многих своих соратников за открытую ставку на грубую силу. Генерал Шкуро предпочитал действовать «с разбором», тщательно выискивая во враждебном ему стане силы, которые он мог бы так или иначе использовать в своих контрреволюционных целях. Характерно, однако, что именно эта «разборчивость» привела к тому, что Шкуро стяжал себе мрачную славу палача революционного Воронежа.

Не избежала репрессий и воронежская интеллигенция. Если ещё несколько месяцев назад М.П.Дукельский, обращаясь к вождю революции, писал о постоянных вздорных доносах и обвинениях, о безрезультатных, но в высшей степени унизительных обысках, об угрозах расстрела, то делал это он преимущественно на основании рассказов знакомых и незнакомых лиц.

Единственной же неприятностью, лично перенесенной им от Советской власти, явилось вторжение в профессорский корпус на ночевку красноармейского отряда и резкое объяснение его с командиром. Теперь же знакомство профессора со шкуровцами началось с того, что его извлекли все из того же профессорского корпуса и доставили в «Гранд-отель» на углу Средне-Московской и Мало-Дворянской улиц, где помещалась белая контрразведка и штаб карательного отряда, и после по-настоящему издевательского допроса объявили заложником, дальнейшая судьба которого зависела от положения шкуровцев в городе.

Никакого серьезного повода для ареста М.П.Дукельский не давал. Даже если допустить, что шкуровцам стало известно его обращение к В.И.Ленину, то сам тон обращения исключал подозрения в каких-либо симпатиях к большевикам. Все делалось ради чистой «профилактики», составлявшей существенную часть общей программы генерала «нового типа», каким изображал себя Шкуро. Тем лучший толчок для «переоценки ценностей» получил маститый профессор.

Номера «Гранд-отеля» были переполнены арестованными. Среди них попадались и настоящие большевики, и люди, которых, подобно Дукельскому, лишь страх перед революцией позволял заподозрить в политической деятель ности. Допросы велись днем и ночью.

Тут же выносились приговоры. Справедливости ради следует отметить, что шкуровские каратели трудились не за страх, а за совесть, обстоятельно выясняя сословное, имущественное и политическое лицо каждого задержанного.

Похоже было, что они, в отличие, например, от мамонтовцев, пытались не только «нагнать страху», но и выявить действительные причины живучести революционных корней. Это однако не мешало им прибегать и к старой, привычной для них жестокости.

Дукельский прошёл все стадии предварительной обработки в «Гранд-отеле». Сам факт того, что «разборчивые» каратели объявили его заложником, уже говорит о многом. Несомненно, в заключении профессор так или иначе сталкивался с большевиками. Их мужество, несгибаемая воля и вера в будущее не могли не произвести на него огромного впечатления. Из застенка его выручило только стремительное наступление буденновцев на Воронеж.

После освобождения из заключения М.П.Дукельский развивает особенно бурную деятельность, в короткие сроки и при его довольно скудных средствах налаживает работу отделения технологии и переработки сельскохозяйственных продуктов, в какое была преобразована руководимая им кафедра, старается обзавестись необходимым оборудованием для учебных и исследовательских лабораторий. В то же время заметно выросла и общественная активность профессора. В 1920 году, через несколько месяцев после освобождения, Дукельский уезжает из Воронежа.

В последующие годы Марк Петрович Дукельский преподает в Московском химико-технологическом институте имени Д.И.Менделеева, в институте химического машиностроения, в Военно-химической академии РККА и других высших учебных заведениях, принимал непосредственное участие в строительстве таких крупных предприятий химии, как Березниковский и Бобриковский комбинаты. Он стал одним из ведущих специалистов в стране по вопросам химического сопротивления материалов, явился автором ряда теоретических трудов и технических проектов. В печати его имя фигурирует рядом с именами таких выдающихся ученых и инженеров, как А.Н.Туполев, С.Я.Жук и другие. Но, пожалуй, самое примечательное в его биографии заключается в том, что он, человек, некогда косо смотревший на большевиков, сам стал членом Коммунистической партии. Это произошло уже на шестом десятилетии его жизни, и до конца дней своих, а умер он в 1956 году, Марк Петрович был одним из самых верных коммунистов, постоянно участвовал в агитационной и пропагандистской работе.

Товарищи, которым довелось учиться у М.П.Дукельского или слышать его выступления, рассказывают, что традиционным вопросом на его лекциях и докладах был вопрос о его письме В.И.Ленину и том впечатлении, какое произвел на него ответ Владимира Ильича. Марк Петрович обычно отвечал охотно и обстоятельно, неизменно подчеркивая принципиальную сторону дела и в то же время подтрунивая над былой своей наивностью.

– А что поделаешь? – говорил он, разводя руками. – Коммунистами люди не рождаются. Коммунистами они становятся в итоге изучения жизни и глубоких раздумий над её процессами.

Эти хорошие слова достойно венчают жизненный путь, половина которого приходится на одну историческую эпоху, а половина – на другую, путь, исполненный подлинного внутреннего драматизма и украшенный решительной победой нового над старым.

Светлана ВЛАСОВА (С.Дмитриева).

«Коммуна», 9 июля 1967 года.

[~DETAIL_TEXT] =>

История одного возражения В.И.Ленину

Светлана Дмитриевна ВЛАСОВА родилась в Воронеже 29 ноября 1933 года. Окончила Московский государственный институт международных отношений – германист. Яркий очеркист и публицист, специальный корреспондент «Коммуны». Её аналитические статьи отличались глубиной и остротой поднимаемых проблем. Некоторое время работала на Воронежском телевидении.

Светлана ВЛАСОВА (С.Дмитриева).

«Коммуна», 9 июля 1967 года.

История газеты

Кремль – Краснолипье

Академик пообещал

На Красной площади

Телеграммы

Полевая весна

Кремль – Краснолипье

Академик пообещал

На Красной площади

Телеграммы

Полевая весна

1. Омраченная радость

2. Вопросов много, ответов нет

3. «Гляди, а то ударит…»

4. «У кого чего болит…»

1. Омраченная радость

2. Вопросов много, ответов нет

3. «Гляди, а то ударит…»

4. «У кого чего болит…»

Секач

Снегостав

Ледяная птица

Секач

Снегостав

Ледяная птица

История одного возражения В.И.Ленину

История одного возражения В.И.Ленину