Наука и образование

Имя в науке | Член-корреспондент Российской академии наук, селекционер Анатолий Корниенко создал 105 сортов, гибридов, линий и мутантов сельскохозяйственных культур. Восемьдесят семь из них – это сахарная свёкла.

Но вначале в его судьбе была агрономия. Именно из среды учёных-агрономов выделяются самые настойчивые и одержимые научным поиском и в дальнейшем позиционируют себя только как селекционеры, то есть создатели новых, ранее невиданных сортов и гибридов сельхозкультур. Горожан среди селекционеров не замечено, в этой профессии (творчестве?) нужен основательный крестьянский корень. Анатолий Корниенко стопроцентно соответствовал этому незыблемому правилу, в том числе и по фамилии.

Тамара ГАШИМОВА,
Виктор СИЛИН

Рамонский район

Мальчишка был не по годам смышленый. В пять лет он уже вовсю самостоятельно читал и освоил счет. Родители мальца – Василий Романович и Елена Ивановна – не стали еще три года держать его дома (тогда в школу брали с восьми лет), а шестилеткой отдали в первый класс.

Чему Толик только обрадовался.

Село его родное, что в Киевской области, зовется Кашперовка. Отец в колхозе работал бригадиром тракторной бригады, а мама – всю жизнь свекловичницей. Это потом, через много лет, Анатолий Васильевич осознает, что свёкла – и сахарная, и кормовая – войдет в поле его научных интересов именно через профессию матери. Гдето там, в подсознании, наверное, крепко-накрепко отложились и застряли её бдения летом с тяпкой в поле, а с осени – с кухонным ножом на чистке сладких корней. А еще был мамин украинский борщ, в который обязательно она добавляла квашеную свёклу, фасоль, чеснок и сало.

В шестнадцать лет он отвез аттестат зрелости в Мелитополь, в тамошний институт механизации. Но не случилось – не хватило для поступления одного балла. Вернулся домой и отправился на сахарный завод слесарем (опять его судьба так и подталкивала к свёкле). Всю смену, не разгибая спины, затачивал ножи свеклорезки.

Прошел год, и нужно было думать, куда поступать вновь. Корниенко решил не отходить далеко от сельского хозяйства, но поменять свою профессиональную направленность: от инженерной специальности перейти к агрономии. И подался в Уманский сельскохозяйственный институт (Черкасская область Украины) на ученого агронома.

Для него совершенно неприемлемо такое понятие, как «ученый чистой воды». Более того, считает, что тот, кто на собственной шкуре не испытал производственные проблемы, не может во всей полноте осознать и требуемую от него отдачу как ученого.

• Он видит свой труд как миссионерство. «Миссия селекционера, – пишет Анатолий Корниенко, – обеспечить страну качественным сахаром из отечественных гибридов сахарной свёклы и сахаром, и это есть «духовное знамение» в селекции».

У самого Анатолия Васильевича в трудовой книжке записаны три года агрономической практики в одном из сёл в колхозе «Перемога», что в переводе с украинского на русский означает «Победа».

Уже в молодую пору его озадачивало то, что свёкла, такая требовательная в севообороте к предшественнику и трудоёмкая в выращивании, дает не ту сахаристость, на которую рассчитывали; а всякие болезни и вредители так к ней и липнут. «Нужны новые сорта (о гибридах тогда никто и не помышлял), – думал Анатолий, – устойчивые к болезням, распространенным в нашей климатической зоне, и с большим содержанием сахара». Но таковых сортов не оказалось.

Поступив во Всесоюзный НИИ сахарной свеклы в Киеве, Анатолий Корниенко стал работать на Молдавию. На тот момент для Молдавской ССР требовалось разработать сочетание агротехнических и химических методов борьбы с сорняками на посевах сахарной свеклы.

– Мой научный руководитель замдиректора Института селекции полевых культур в молдавском городе Бельцы Иосиф Ильич Либерштейн, напутствуя меня на научную стезю, предупредил: «Никогда не делай бантики на самоваре. Твой удел – создавать новые самовары». А читалась эта метафора-наставление очень просто: раз подался в ученые, то будь идеепроизводителем, создателем в своей отрасли чего-то нового, ранее никому не известного, – говорит Анатолий Васильевич. – Наставлением своего учителя я руководствовался всю жизнь.

В Воронеж, точнее, во Всероссийский НИИ сахарной свёклы, что под Рамонью, Корниенко приехал в марте 1988-го. Приехал в качестве директора уже известным селекционером, доктором сельскохозяйственных наук. Имя его к тому времени было известно не только в стране, но и за рубежом. Причина известности крылась в том, что он одним из первых в мире стал использовать экспериментальный мутагенез в селекции сахарной свеклы.

– Экспериментальный мутагенез, – объясняет Анатолий Васильевич, – позволяет вовлечь в селекцию огромный и разнообразный материал в виде мутаций генов и хромосом. При этом мутации – это лишь исходный материал, который, пройдя селекцию, в ряде случаев и скрещивание, может положить начало новым сортам. Мутация же и комбинация, как известно, являются генетическими изменениями и потому всегда наследственны.

Разработав первым в мире основы мутационной селекции сахарной свёклы, все свои инновационные подходы он изложил в монографии с таким же названием. Отдельной книгой её выпустили еще в советское время в самом престижном сельхозиздательстве той поры – «Агропромиздате».

А вот в только что вышедшей брошюре «Роль идей и взаимоотношений селекционеров, ученых в создании сортов и гибридов сахарной свёклы и других культур» Корниенко выступает как философ. И это не удивительно: с высоты семидесяти девяти прожитых лет он может утверждать, что селекция – не только наука, но и искусство. И заниматься ею должны люди одержимые и готовые положить на это всю свою жизнь.

– Нужны годы и годы, – говорит Анатолий Васильевич, – чтобы досконально проверить и стопроцентно подтвердить качество и надежность полученных изменений в новом сорте и гибриде.

Он видит свой труд как миссионерство. «Миссия селекционера, – пишет Анатолий Корниенко, – обеспечить страну качественным сахаром из отечественных гибридов сахарной свёклы и сахаром, и это есть «духовное знамение» в селекции».

Пока ещё мы обладаем сильным научным потенциалом. А вместе с этим целым рядом высокосахаристых гибридов (лучше польских и бельгийских), устойчивых к распространенным болезням в наших изменяющихся климатических условиях (еще лет десять назад Черноземную область причисляли к зоне неустойчивого и недостаточного увлажнения, а ныне она стала достаточного, но неустойчивого увлажнения). Однако, по данным ФГБУ «Россельхозцентра», в 2017 году в России отечественных семян сахарной свёклы использовано лишь 0,8 процента, остальные – 98,2 процента – шли на посев импортные.

Подобную ситуацию иначе как абсурдной не назовешь!

Кстати, доля иностранных семян подсолнечника составляет почти 60 процентов, картофеля – 54, кукурузы – более 51 процента.

И здесь сам собой напрашивается вывод: значит, кого-то подобное положение вещей устраивает.

– Одна посевная единица семян отечественной селекции, – поясняет Анатолий Васильевич, – стоит четыре тысячи рублей. Посевная единица подработанных семян равняется 2,5-4 килограммам. Импортная же обойдётся не дешевле – 6,5 и более тысячи рублей. Разве настоящий хозяин будет деньги на ветер выбрасывать? Нет, конечно. Значит те, кто регулирует семенные потоки, имеют какую-то собственную выгоду. Как теперь скажут – откаты.

В феврале Президент Владимир Путин, выступая перед Федеральным Собранием поручил Правительству создать в сфере сельского хозяйства «бренд отечественной чистой «зеленой» продукции». И должен он быть таким, чтобы продукция являлась гарантом качества и на внутреннем, и на внешнем рынках. И добавил: «На внешнем пойдет всё влёт, уверяю вас, там ничего чистого вообще не осталось!»

– Рамонские гибриды сахарной свёклы, – подтверждает Анатолий Васильевич, – как раз и соответствуют той самой «чистой зеленой продукции», о которой говорил Президент. Судите сами: по осени, когда начинается копка сладких корней, свёкла, выращенная из иностранных семян, начинает портиться уже в поле. А на свеклопунктах в кагатах она просто продолжает гнить и заражать другие корнеплоды. Выращенная же из отечественных семян, может усохнуть, но никак не испортиться. Знаю, что прошлой осенью представители сахзаводов просто браковали целые участки, засеянные импортными семенами свёклы. Из полученных на них сладких корней просто нельзя было извлечь сахар.

Всё дело в том, что изначально у российских и западных селекционеров ставились разные задачи: у нас – вывести универсальные сорта, устойчивые к различным негативным факторам; на Западе ставку делали на урожайность и простоту в технологии возделывания. А чтобы посев производился в том числе российскими сортами, нужно волевое решение. И должна быть квота среди наших и иностранных гибридов – хотя бы 50 на 50.

Какую-то надежду дает программа развития сельского хозяйства, принятая в 2017 году. Правда, до этого приняли Стратегию развития селекции и семеноводства основных сельхозкультур до 2020 года, но мало что выполнено и по сей день. Ныне средств обещано немало, в том числе и на подпрограмму по сахарной свёкле – 4,7 млрд рублей.

Правда, пока их не выделяют.

– Согласно подпрограмме мы обязаны передать в Госреестр восемь гибридов, а к 2025 году 30 процентов площадей, предназначенных под свёклу, должны быть засеяны отечественными гибридами, – уточняет Анатолий Васильевич. – Задача не только выполнимая, но и перевыполнимая.

И ВНИИСС им. А.Л.Мазлумова, что в Рамони, вполне может претендовать на роль головного исполнителя этой задачи. Здесь работают ученые, не раз подтвердившие высокий уровень своих исследований. И среди них доктора сельхознаук Валерий Ошевнев и Михаил Богомолов, кандидаты наук Игорь Апасов, Нина Грибанова. А Наталья Богомолова первой в России создала трансгенные формы, устойчивые к гербицидам.

Среди молодых ученых выделяются разработки Романа Бердникова, Владимира Сухоруких, Евгения Гончарова. Институт в своей лабораторной коллекции имеет 5640 сортообразцов (она оценивается в 152,3 млрд долларов). Ежегодно в селекционной работе ученые используют 450-850 образцов (номеров, как говорят селекционеры).

Безусловно, требуют основательной модернизации научные лаборатории, оснащение их современным исследовательским оборудованием.

– И техника, которую мы используем при возделывании новых гибридов, требует полнейшего обновления, – говорит Анатолий Васильевич. – Сами посудите, у нас на вооружении стоит сеялка, которой далеко за пятьдесят лет.

Вообще с этой сеялкой вышла довольно интересная история. Еще в ту пору, когда Корниенко работал на Украине, одна из его коллег побывала по обмену опытом за рубежом и там увидела специальную сеялку, предназначенную для посевов новых гибридов сахарной свеклы. Ей она очень понравилась. У нас, конечно, ничего подобного не было. Корниенко буквально загорелся идеей обзавестись таким агрегатом. Но достучаться в вышестоящие инстанции по поводу приобретения сеялки, как у нас обычно бывает, не удалось. И тогда Анатолий Васильевич самолично стал «изобретать» агрегат. Взял в руки слесарный инструмент и привлек к работе одного механизатора. Так они вдвоем за три месяца и «изобрели» сеялку для селекционных посевов сахарной свёклы.

В дальнейшем на базе их шестирядной сеялки, взяв её за основу, в заводских условиях сделали двенадцатирядную. И изготовили двадцать штук и разослали их по всем селекционным станциям Советского Союза. Одна из них до сих пор служит рамонским селекционерам.

Мыслимо ли такое?

Обновления требует весь парк техники, который состоит на службе у ученых-селекционеров.

– Это еще что, а вот на знаменитой Льговской опытной станции, что в Курской области, дожили до того, что работникам нечем определять сахаристость сладких корней. Необходимый прибор отсутствует, – с горечью в голосе говорит Анатолий Васильевич Корниенко.

Вот потому главную задачу, которую должны исполнить те, кому это полагается, он выразил в следующем тезисе: «Сохранить и приумножить число ученых-селекционеров и другой научно-технический потенциал в отраслях АПК, обеспечив его необходимой материально-технической базой (современными приборами, оборудованием), финансированием».

А ещё Анатолий Васильевич вывел собственную формулу счастья. Да-да, не улыбайтесь. В ней шестнадцать составляющих. В общем-то, всё в этой формуле понятно: иметь настоящих друзей, любить и быть любимым, поставить цель и добиваться её достижения, выбрать путь и следовать по нему, видеть видимое и невидимое…

Вроде бы, всё очень просто. Но выполнить все эти заповеди в жизни бывает нелегко. Член-корреспондент Российской академии наук Анатолий Васильевич Корниенко выполнил. И потому считает себя человеком счастливым.

Источник: газета «Коммуна» | №37 (26885) | Вторник, 21 мая 2019 года

[~DETAIL_TEXT] =>