Культура
Литературная страница. Классик проблемного очерка
21.02.2007 00:00
22 июня – сто лет со дня рождения Валентина Овечкина. Эстетически неумолимо требовательный редактор и читатель А.Т.Твардовский, как рассказывал в своих опубликованных «Подъемом» воспоминаниях критик А.Кондратович, плакал над первыми поступившими в редакцию «Нового мира» очерками Валентина Овечкина: просто потому плакал, что вот нашелся человек, который заговорил о том, о чем все думают. А сам Александр Трифонович в своей небольшой статье после смерти знаменитого писателя в 1968 году написал: «…Широкую известность и признание...
22 июня – сто лет со дня рождения Валентина Овечкина
«Районные будни» были столь необычны, что затмили собой и довоенные его произведения – «Колхозные рассказы» и военную повесть «С фронтовым приветом», и «Настя Колосова». Это было начало знаменитой «деревенской» прозы; это был первый удар по «теории бесконфликтности»; это была дорога, проложенная для Дороша и Троепольского, Тендрякова и Залыгина.
В его трехтомнике – многое не только о любимой России, которую он вынужден был покинуть, но и о собственной трагедии: «Писать-то надо кровью…»
«Литературная газета» от 26 мая с.г.
Эстетически неумолимо требовательный редактор и читатель А.Т.Твардовский, как рассказывал в своих опубликованных «Подъемом» воспоминаниях критик А.Кондратович, плакал над первыми поступившими в редакцию «Нового мира» очерками Валентина Овечкина: просто потому плакал, что вот нашелся человек, который заговорил о том, о чем все думают.
А сам Александр Трифонович в своей небольшой статье после смерти знаменитого писателя в 1968 году написал: «…Широкую известность и признание принес Овечкину его очерк «Районные будни», опубликованный в «Новом мире» в 1952 году. Сравнительно небольшой по объему очерк этот явился в нашей литературе, обращенной к сельской тематике, фактом поворотного значения. Здесь впервые с такой неожиданной смелостью прозвучало встревоженное слово вдумчивого литератора о положении в сельском хозяйстве тех лет, о необходимости решительных перемен в методах руководства колхозами».
И сама биография В.В.Овечкина похожа на роман. В юношеские годы лихой парень был председателем коммуны. Потом работал секретарем сельсовета и партийной организации, заместителем председателя Райколхозсоюза, заведовал орготделом райкома партии, был секретарем станичного парткома. Когда же с 1934 года стал работать в газетах, то его делом была «колхозная» тема.
И первая книжка, вышедшая в Ростове в 1935 году, называлась «Колхозные рассказы». И те очерки и рассказы, что печатал перед войной в «Красной нови», тоже были всецело посвящены колхозной жизни. Да и повесть о войне «С фронтовым приветом» (1944г.) была насыщена мыслью и тревогой ее героев о том, как идут дела дома, на освобожденной от врага земле, в родных деревнях, в колхозах и МТС. Когда же в 1948 году В.Овечкин поселился в Льгове Курской области, то круг его интересов сомнений не вызывал: оттуда, из районного городка, ему было виднее, как развивается и во что воплощается в трудную послевоенную пору идея коллективного крестьянского хозяйствования.
В.Овечкин не был великим писателем, но «великое» звало его. В его глазах оно было очищающим действием, этическим, гражданским актом, делающим жизнь людей лучше и справедливее. Он записал в своем дневнике: «Если бы мне сказали: ты напишешь гениальную вещь, такую, что действительно потрясет сердца человеческие и что-то заметно изменит в жизни, изменит людей, очистит с их душ шелуху и накипь, но имей в виду – последняя точка в этой вещи будет и твоим последним вздохом, я бы, не раздумывая ни на минуту, согласился».
В 1952 году В.Овечкин приступает к «Районным будням» с глубоким, выстраданным убеждением в том, что главное препятствие к подъему сельской жизни – бюрократизм в руководстве колхозами, с которым он столкнулся еще в бытность свою председателем коммуны. А будучи журналистом, он хорошо изучил те «заповеди», которые позволяют бюрократии оставаться неуязвимой: не выбирать в замы человека умнее себя; учиться не для расширения кругозора, а для отметки в личном деле о высшем образовании; побольше запрещать – поменьше разрешать и т.д.
«Районные будни» понравились многим. И Овечкин, вопреки неблагодарной специфике своего жанра, долго оставался актуальным и любимым, хотя образно говоря, все ветряные мельницы, за которые публицист самоотверженно сражался, так и не закрутились. Но при этом в стране неожиданно «закрутилось» очень многое. Правда, в других сферах и жанрах. Точно какое-то просветление и озарение снизошли на мозги интеллигенции и подтолкнули устремиться по проторенной Овечкиным тропинке.
Наиболее впечатляюще это описал Г.Н.Троепольский. Осень 1952 года. Четыре года войны, износившие, сделавшие бессильной землю, и еще четыре года засух и бесхлебья… Только что приезжал на село уполномоченный и «вынес решение общего собрания» – вывезти в поставку государству все семена. Он, колхозный агроном, остался ночевать в конторе и под свет керосиновой лампы открыл «Новый мир» с «Районными буднями».
«И все осветилось другим светом, – рассказывал мне Г.Н.Троепольский при одной из встреч. – Казалось, и лампа-моргушка загорелась ярче! Как живой родник был для меня Валентин Овечкин в 1952 году! Внутри задрожало. Это было что-то незнакомое и неудержимое… На следующий вечер дома я достал заветные тетрадки. Все, что писал до этих тетрадок в клетку, показалось мелким. В ноябре 1952 года я послал в «Новый мир» несколько рассказов «Из записок агронома»… Да, Валентин Овечкин в той хате поднял меня за шиворот, поставил на ноги и сказал: «Иди! Ты – человек!»
Валентин Овечкин – один из первых сумел бросить в послевоенное сознание страны добрую порцию дрожжей, брожение которых и создало атмосферу боевой публицистики.
Творчески насыщенным оказался для В.Овечкина 1954 год – год его пятидесятилетия. В конце февраля и начале марта газета «Правда» напечатала его новые очерки из цикла «Районные будни» – «На переднем крае», «На одном собрании» и другие.
Мартовский номер журнала «Новый мир» опубликовал его очерк «В том же районе». Апрельский журнал «Звезда» познакомил своих читателей с актуальной статьей «Новое в нашей жизни и литературе», где были глубоко проанализированы очерки В.Овечкина и Г.Троепольского.
Лето будущего года было радостным для В.Овечкина в личном и писательском плане. 3 июля общественность города Курска и области торжественно отпраздновала 50-летие со дня рождения В.В.Овечкина. В связи с полувековым юбилеем Валентин Владимирович Указом Президиума Верховного Совета СССР был награжден орденом Трудового Красного Знамени.
В конце июля этого же года «Литературная газета» напечатала острую публицистическую статью В.Овечкина «Поговорим о насущных нуждах литературы», где он смело и доказательно написал о неправильном порядке присуждения государственных премий за литературные произведения советских писателей.
В конце августа 1954 года «Правда» публикует три очерка В.Овечкина «Своими руками» из постоянного цикла «Районные будни».
В декабре состоялся Второй съезд писателей СССР. На нем с острой речью выступил по проблемам публицистики В.В.Овечкин. А в начале нового 1955 года Курское книжное издательство выпускает солидный том его произведений «Избранное».
Мартовский номер «Нового мира» начинает печатать новое произведение писателя о жизни сельских тружеников «Трудная весна». Его собранности, умению оперативно откликаться на самые важные темы, можно было только удивляться.
20 октября этого же года «Литературная газета» печатает такую информацию: «В Румынии открылась неделя советской книги. Здесь в новых переводах вышли книги В.Шишкова «Емельян Пугачев», Н. Чуковского «Балтийское небо», Л.Леонова «Русский лес», рассказы и повести В.Овечкина.
Стоит отметить, что в то время советские критики уделяют пристальное внимание творчеству писателя и публициста. Так, в апрельском номере журнала «Нева» была напечатана большая статья критика В.Тимофеевой о творчестве В.Овечкина. Она называлась: «Поэтическое исследование жизни».
Каждый год самый солидный журнал страны «Новый мир» печатает цикл рассказов известного советского писателя. Новое произведение В.Овечкина «Навстречу ветру» (сцены из деревенской жизни) был опубликован в мартовском номере за 1958 год.
Новые напечатанные произведения несли в себе настроения и надежды тех лет, логику тогдашних размышлений и ход событий, воспроизводили типы разных людских характеров и способы общественно-хозяйственной деятельности, предлагали сюжеты в их противоречивости и незаконченности, – в том виде и качестве, в каком они воспринимались современниками, его участниками.
То, о чем рассказывали очерки В.Овечкина, касалось и задевало всех: там находили непривычно правдивое отражение жизни, видели знак и обещание благотворных перемен. В самом выборе материала, героев, конфликта, в открытой, смелой авторской мысли чувствовалось мужество и убежденность писателя, его опыт, знания, достоинство. И все это было примером – для пишущих и непишущих. Примером смелой гражданской позиции.
В.Овечкину были дороги люди, о которых он мог написать: в «их личной жизни и работе не было фальшивой поповской раздвоенности на слова и дела». Его устраивали «старомодные» определения: «хороший», «порядочный» человек. Конечно, он вкладывал в них свой смысл, свои требования, свою веру и даже свою непримиримость, но круг «хороших» людей в его книгах был неизменно велик. В связи с этим, как бы предваряя возможные упреки, он писал: «Могут обвинить меня в том, что я идеализирую человека. Да. Но почему, для чего? Надо же, чтобы люди были хорошими!» И еще: «Я всегда, с детства еще, тянулся душою к хорошим людям. И не просто ждал, что они мне попадутся. Я искал их!..»
Овечкинское понимание пользы не было ограниченным и бездуховным. Ни писателю, ни его героям оно не приносило легкой жизни. «…Будет тебе дальняя дорога! – шутливо, да сквозь слезы предсказывала Мартынову (один из главных героев «Районных будней». – А.С.) жена. – Дал Бог тебе ума, не дал разума. Богатым не будешь, профессором не будешь, академиком не будешь, всю жизнь будет тебе дальняя дорога!..»
Да, можно объехать и облететь полмира, но это не та дальняя дорога; ту невозможно выразить в километрах, она словно предназначена или уготована человеку, потому что у него такая совесть и такой ум, что ни покоя, ни довольства ему нет, и потребны истина и справедливость, и не после, через сто лет, а при жизни, и не для себя лишь, а для всех или большинства. Это дороже обыденного труда, обыденной борьбы и не отпускающего чувства ответственности за других, близких и дальних; без такого обеспечения судьбой – какая нравственность, какая духовность? Одни слова, одна декламация.
В.Овечкин верил, что литература, особенно та, которую называют художественно-публицистической, призвана не только следовать за жизнью и ее самооценкой, но в какой-то мере влиять на эту самооценку, обнаруживая в жизни, извлекая на свет то, что требует суждения и вмешательства со стороны общества и государства.
К сожалению, в жизни чаще всего люди не воспринимают объективную критику и советы умных людей. Так и случилось с В.Овечкиным. Его резкие аналитические выступления не нравились, в первую очередь, партийным руководителям.
«Резкое выступление В.Овечкина на Курской партконференции против субъективизма, очковтирательства было воспринято весьма нервозно; за этим последовал бурный срыв в психике самого писателя», – отмечал В.Канторович в статье «Делать правду».
Но постоянные критические выпады партийных руководителей продолжались. Все это привело к попытке покончить жизнь самоубийством. Публицист Ю.Черниченко во вступительной статье к трехтомнику В.Овечкина в 1990 г. написал: «Утренний выстрел в кабинете неточен, выбит правый глаз, прострелен висок, московские врачи спасают жизнь. Но точка поставлена…»
Переехав в 1961 году в город Ташкент, В.Овечкин пробует вернуться к литературной деятельности, но, как признается он в письме Твардовскому, «что-то будто оборвалось в душе. Я не тот, каким был, другой человек, совсем другой, остатки человека. Писать-то надо кровью, а из меня она как бы вытекла вся».
Жить вдали от родных мест становится «невмоготу», но перебраться в Россию мешали и «прочное безденежье», и преследовавшие его последние годы жизни болезни. С последствиями перенесенного им инфаркта он уже справиться не смог.
В 1968 году Валентин Владимирович Овечкин скончался. Можно сказать, что умер талантливый писатель от всего пережитого, изоляции и невозможности печататься…
Анатолий Свиридов.
© При перепечатке материалов сайта ссылка на Kommuna.ru или издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на Kommuna.ru обязательна.
