Культура
Литературная страница. Михаил Небесов, «Свидание»
01.06.2004 00:00
Все мы когда-то с кем-то встречаемся, влюбляемся, женимся. Так устроен наш мир. Встретил я не одну, а сразу двух девушек. А может и не я их встретил... Эти девчонки обе были средней наружности, но привлекали очень по тем временам ярко накрашенными губами, и от них так сильно и сладко пахло, что я кроме этого и того, что было потом, уже ничего не помню... К ним на свидание мы поехали с моим однокурсником Валеркой Ивановым. Тогда мы учились на втором курсе в университете, и дело было зимой, под Новый год. Такое не забывается. Не успели мы...
Р а с с к а з
Все мы когда-то с кем-то встречаемся, влюбляемся, женимся. Так устроен наш мир. И у многих получается как в песне:
Люди встречаются, люди влюбляются,
Женятся.
Мне не везет в этом так,
Что просто беда.
Вот, наконец, вчера вечером
Встретил я девушку.
Там, где тревожно
Стучат, гудят поезда.
Встретил я не одну, а сразу двух девушек (по одной их встретить на прогулке трудно и, как правило, одна бывает хорошенькая, а другая, не к ночи будет сказано, страшнее некуда. И эта другая, как правило, диктует все условия). А может и не я их встретил...
Эти девчонки обе были средней наружности, но привлекали очень по тем временам ярко накрашенными губами, и от них так сильно и сладко пахло, что я кроме этого и того, что было потом, уже ничего не помню... Я уже не помню, при каких обстоятельствах и где я с ними познакомился, да и я ли первый познакомился с ними?
К ним на свидание мы поехали с моим однокурсником Валеркой Ивановым. Тогда мы учились на втором курсе в университете, и дело было зимой, под Новый год.
Рисунок Николая Провоторова.
Валерка тогда, помню, только что купил себе с рук у одного из наших университетских преподавателей подержанный «Жигуленок» пятой модели, а я учил Иванова вождению на этом автомобиле. Зимой смеркается рано, и мы приехали к этим девушкам домой, когда уже было совсем темно. Эти две представительницы прекрасного пола жили, вернее, снимали квартиру в одном из многоэтажных домов Юго-Западного микрорайона нашего областного центра, почти на самой окраине.
И, честно говоря, я уже даже не помню имен этих девчонок... Но сам случай был хорош... Такое не забывается... В квартире у них, помню, уже стояла небольшая нарядная елочка, и в этой единственной комнате на стенах уже висели новогодние украшения. Стояли два дивана, два стула, кресло, черно-белый телевизор и был голый деревянный стол. На кухне стояли столик и два табурета.
Не успели мы с Валеркой зайти в коридор, раздеться, как они обе наперебой стали говорить нам о том, что эту квартиру они снимают у какой-то старушки; сами девчонки приехали в наш город из очень отдаленного района области, из села Заглотово, где, по давно существующему мнению, живут одни жлобы... Но они-то не такие. Поэтому они и уехали оттуда... Они сначала думают о других, как и чем помочь людям, а потом уж о себе... И они, эти девчонки, сначала думая о нас, спросили, что и сколько мы принесли им вкусненького? Потом они в шутливой форме заставили нас одеться и пойти купить им два килограмма особой колбасы, столько же сала, хлеба, водочки (а не вина, что мы принесли с собой). Благо, что мы в этот день получили стипендию.
За машиной они пообещали присмотреть, пока мы будем ходить по магазинам, а уж потом, по их словам и выражению лица, мы должны были так отдохнуть, как это не испытывал никто… Мы и пошли. Купили. Правда, не столько, сколько они заказывали, а намного меньше. Полкило колбасы, двести граммов сала, бутылку водки и буханку хлеба. Вернулись мы довольно быстро: магазины были совсем рядом. Девчонки забрали у нас пакеты и убежали на кухню. Мы разделись в коридоре и присоединились к ним. Правда, они не предложили нам снять куртки и было похоже на то, что нам можно было бы и уйти…
– Что-то маловато вы нам принесли, – сказала одна из них (по-моему, ее звали Ларисой, ну да это не важно).
– Да нам этого вполне хватит на всю ночь и еще на утро останется, – так же с улыбкой ответил я. С этого все и началось.
– Ну, тогда как вы нас кормите, так мы вас и любить будем, – опять проговорила Лариса.
Но мы-то, собственно, о любви и не думали. Тем более с первого взгляда, с первого раза, так сказать. Но девочки стали развивать события по нарастающей. Они сразу узнали, что мы студенты, что каждый из нас из простой рабочей семьи, что живем мы с родителями в казенных квартирах многоэтажных домов, что больших денег у нас нет и не предвидится. В процессе общения они очень хорошо поедали принесенные нами продукты. Надо сказать, что и водочку они хорошо употребляли. В общем, они вывернули нас наизнанку своими вопросами за то время, пока мы были на кухне, а в комнату они нас не пустили по той простой причине, что у них там убрано. И где-то уже под утро, часа в четыре, мы им стали намекать на то, что неплохо было бы пойти поспать.
– Ребята, да вы что-то какие-то хилые, – произнесла все та же Лариса. А вторая употребляла сало с хлебом и ухмылялась, – до утра досидеть не можете… Лучше сходите быстренько в дежурный магазин и там еще возьмите выпить и закусить. И сигарет. А то уже и эта пачка кончается.
Валерка пошел (заодно и машину посмотреть), а я попросился к ним в ванную принять душ. Кстати говоря, о себе девчонки рассказывали очень мало: мы так и не узнали, работают они или учатся. Они, в основном, расспрашивали нас и даже предложили нам такое, от чего мы тогда пришли в явное замешательство. Они сказали, что могут быть нашими…содержанками, если мы их будем обеспечивать вплоть до оплаты за квартиру… Не говоря уже о еде и одежде. Такое предложение мы, понятное дело, сразу осмыслить не смогли и попросили дать нам время на размышление.
– Да что тут раздумывать? О чем? – щебетала все та же Лариса, – вам себя предлагают молодые красивые девчонки, а они еще думать собираются… Вам нужно срочно продать вашу машиненку и содержать нас, пока на эти деньги. А когда деньги кончатся, там мы еще что-нибудь придумаем. Давайте, ребята, соглашайтесь, не раздумывая. А когда рассветет, то вперед и с песней!
В общем, Валерка под утро (пока без песни) побежал в магазин, а я пошел принимать душ. И пока я его принимал, Валерка с осознанием того, что ему нужно срочно продать его подержанный «жигуленок» (а достался он ему тогда очень тяжело: пришлось залезть в долги, лишь бы угодить преподавателю и купить у него машину, тогда ведь взятки не брали, а просто предлагали что-то купить у того, от кого зависишь в процессе учебы), Валерка уже вернулся из магазина и продолжал закусывать с девчонками на кухне… Несколько раз он заглядывал ко мне в ванную и произносил: «Ну, они там и жрут!» Я его успокаивал, говорил, что скоро присоединюсь к ним, а сам думал о том, как бы побыстрее убраться из этой квартиры, от этих двух…
Вот только теперь-то я вспомнил о том, что этот Иванов подснял где-то этих девиц, а меня потащил к ним за кампанию. Он тогда сказал о том, что они ему нравятся обе и он бы с ними с двумя сразу бы и того… Ну, сами понимаете, что он сразу с двумя с ними сделал бы… Хватило бы сил… Но когда события стали развиваться далеко не в романтическом плане, Валерка шепнул мне, что ему бы надо определиться. И вот когда он заглядывал ко мне в ванную, я просил его побыстрее определиться, назначить ей отдельное свидание, да и уехать отсюда. Но Валерка все никак не определялся. Он то на одну глаз положит, то на другую…
Когда он заглянул ко мне в ванную в очередной раз и сказал, что девчонки меня уже заждались, то я, собственно, уже собирался вытираться и выходить. Но вытираться было нечем. Полотенце отсутствовало. Тогда я попросил Валерку достать и принести мне из моего пиджака, что остался висеть в коридоре на вешалке, носовой платок. В этом Иванов помог мне очень быстро. И пока я в ванной вытирался собственным носовым платком, девчонки достали из холодильника половину торта. Это единственное, что они предложили нам от себя. Но об этом я узнал чуть позже, когда вышел к ним на кухню из ванной. А перед тем как выйти, я обнаружил на одной из полочек небольшой флакончик с духами. Собственно, другого на полочках ничего не было. Не долго думая, я открыл эти духи и весь флакон вылил себе на грудь и на спину…
Когда же я вышел на кухню, с одной из девушек стало дурно и она упала в обморок. Мы ее подхватили и занесли в зал на диван. Выяснилось, что с ней стало дурно не от запаха, с которым я вышел из ванной, а потому что Валерка один съел всю половину торта. Вторая, Лариса, сказала, что они могли бы растянуть этот остаток торта на целый месяц… Потом она принюхалась ко мне и спросила, неужели так сладко пахнет их туалетное мыло? (Другого мыла или шампуня в ванной просто не было).
– Да нет, – ответил я, – это я там какой-то пузыречек обнаружил и вылил его весь на себя…
– Это же мои французские «Клима», – неистово заорала еще не успевшая упасть в обморок Лариса, – я их там случайно оставила!
Она так рванула в ванную, что ей бы мог позавидовать чемпион по бегу на короткие дистанции. В ванной она выкрикнула только одно слово: «Скоты!». И тут же упала в обморок. Валерка первым побежал на ее крик в ванную, открыл холодную воду и направил на Ларису струю. Помогло. Открыв глаза и слегка очухавшись, Лариса со вздохом произнесла: «Оба пошли отсюда вон!» Потом из ее девичьих уст полился такой мат, такая нецензурщина, которую вряд ли знает отпетый алкаш, отсидевший в местах не столь отдаленных как минимум лет пять… Мы с Валеркой чуть не онемели… Быстро оделись и еще быстрее вышли, не разговаривая, на улицу. От подъезда, так же без слов, мы побежали к машине. Было где-то около пяти часов зимнего декабрьского утра. До Нового года оставалось дней пять-семь. И что же мы обнаружили, когда подбежали к Валеркиному «жигуленку»? Машина была вскрыта, магнитола вырвана самым варварским способом – с «мясом». Милицию мы не вызывали, а сели в оскверненный автомобиль и уехали.
Вот такое у нас было свидание с двумя представительницами прекрасного пола за пять-семь дней до Нового года. Теперь мы об этом вспоминаем только тогда, когда собираемся семьями что-нибудь отметить. Наши жены тоже знают об этом случае и напоминают нам старинную пословицу о том, что не все то золото, что блестит. А в переводе на более простое, подходящее к данному случаю понятие, можно сказать, что не всякая та девушка, которая ярко накрасила губы… Она может быть не только обаятельной и милой… Валеркина жена в своих рассуждениях идет еще дальше. Она всегда говорит о том, что все мужики сначала западают на дамский прикид, то есть на то, во что и как одета девушка, на ее прическу, макияж. А надо бы сначала раздеть ее глазами догола, умыть, поставить мысленно на пол босиком и тогда только оценивать…
Но это уже совсем о другом. Это уже о том, как совсем недавно к нам на работу пришли студентки-практикантки. Их направляют к нам каждый год. Так вот. Одной из второкурсниц, тоже Ларисе, я дал задание написать материал о ходе учебного процесса. Лариса на второй день материал мне принесла. Я сразу стал его читать. Лариса при этом оставалась в моем кабинете. После прочтения трех строчек я услышал от студентки вопрос в мой адрес (кроме меня и ее в кабинете никого не было):
– Как ты думаешь, – произнесла она заискивающим тоном, – была я с мужчиной или нет?
Я был шокирован не только вопросом, но и обращением на «ты». Девушку ведь я видел во второй раз. И последний…
– Да вы знаете, – робко ответил я, – я как-то тут еще… Я еще этого… Пока что…
– Я, конечно, была с мужчинами в бане, – не дала мне домямлить Лариса, – но там я была с родным братом и его друзьями… И все мы были в простынях…
– Хорошо, – уже более уверенно заговорил я, – теперь забирайте свой материал и идите к моей коллеге, к Таранкиной. Она теперь будет руководителем вашей практики.
Вот так я узнал про свидания в бане. О других свиданиях как-нибудь потом. Да вы и сами о них тоже знаете… Михаил НЕБЕСОВ.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
