Необычное представление. Оперетта под дождем

На зеленом лугу - певцы в концертных одеждах, распевающиеоперные арии в сопровождении симфонического оркестра. Это зрелище кажется невероятным, но на то оно и Дивногорье, чтобы удивлять. Перед ценителями музыки в ночь с 11-го на 12 июля в музее-заповеднике «Дивногорье» выступили артисты Воронежского театра оперы и балета. Подобное театральное представление здесь давно уже стало традицией.

Вообразим себе картину, которая в обыденной жизни вряд ли может существовать: певцы в концертных одеждах, распевающие на зеленом лугу оперные арии в сопровождении симфонического оркестра! Это зрелище кажется невероятным, но на то оно и ДИВНОгорье, чтобы уДИВлять.

Перед ценителями музыки в ночь с субботы на воскресенье в музее-заповеднике «Дивногорье» выступили артисты Воронежского театра оперы и балета. Подобное представление давно уже стало традицией. В этот раз в программе была оперетта Иоганна Штрауса «Цыганский барон».

Холм, на котором, как в настоящем театре, в несколько рядов, разместились зрители: на подстилках, просто на траве… Внизу - импровизированная оркестровая яма, рядом с которой – собственными персонами – оперные артисты. При входе в «театр» обязательно проверяют билеты. Сеанс стоил недешево, но в «зрительном зале» – полный аншлаг.

В ту ночь дождь актёров пожалел. Он, как по заказу, прекратился прямо перед выступлением и продолжился сразу после того, как последняя ария классической оперетты была исполнена. Только музыканты собрали инструменты – стихия разбушевалась. Зрители насилу добрались до ожидавшего их в пятнадцати минутах ходьбы транспорта – автобусов и машин.

Я сидела в «партере», по моим меркам – примерно на третьем ряду. И точно подсчитать, сами понимаете, нельзя, ведь ни стульев, ни чётких проходов между рядами… Музыка началась, и тут же – откуда ни возьмись – через «сцену» прошли два блюстителя правопорядка. На что зрители без промедления отреагировали дружным гоготом и криками: «Вот они, бароны!»

– Хорошо, что мы вечерние платья не надели… – послышалось откуда-то сзади.

И несколько рядов снова засмеялось. А ведь, правда, люди приехали не в костюмах и театральных платьях – одеты были по-походному, будто на дачу собрались. Но, что очевидно, тут их никто за «неприемлемое» обличье не бранил.

– А что, спектакль уже начался? – спросили с задних «рядов» те, кому с верхушки склона совсем не было ничего видно. Да и слышно тоже было плоховато, ведь артисты выступали без микрофонов.

Пока персонажи на сцене выясняли, кто на ком будет жениться, в «зале» люди продолжали перемещаться и, что естественно, активно наступать на ноги тем, мимо кого они проходили. Те, в свою очередь, ворчали. А иной раз всё заканчивалось крепкой словесной перепалкой. По накалу почти такой же, как и между героями цыганской оперетты.

В середине показа зрители опять зашевелились. Представление - в самом разгаре, а «засиделость» уже даёт о себе знать. В ту ночь на боли в спине от неудобного сидения жаловались многие. Ну что ж, приобщение к прекрасному в такой необычной обстановке требовало своих жертв…

– Мне кажется, от такого действа Штраус перевернулся в гробу, – сказал мужчина слева от меня.

– Почему же? – возразила ему супруга. – Это просто иное видение постановки оперетты, современное. К тому же, вспомни, когда мы с тобой в последний раз выбирались куда-нибудь вместе? А тут тебе и театр, и пикник в одном флаконе.

Периодически звуки музыки и пения полностью заглушал грохот проходящих поездов, а действо сопровождалось белым заревом на небе. И эти «спецэффекты» люди тоже воспринимали с юмором. Они понимали, что пришли в «свободный» театр со всеми его «плюсами» и «минусами».

Дождь не пощадил благодарного зрителя, промокшего до нитки, он хлестал его снова и снова, пока тот не добрался до Воронежа. Но и на эти «технические неполадки» зритель не обиделся.

Мне представление понравилось. В следующий раз постараюсь занять «кресло» поближе к сцене, чтобы лучше было слышно. Всем своим друзьям я рассказала об этом необычной оперетте под открытым небом, и уже есть планы на следующий год – поехать более полной кампанией.