Субботние байки от Владимира Котенко

12.11.2011 09:01

Аморалка | На чистую воду

Аморалка

На днях моя супруга на меня «телегу» написала. Требовала пропесочить за поздние (на пять минут) возвращения домой со службы.

Коллектив вынес меня на собрание за руки - за ноги. Раскачали и на сцену бросили.

- Ты где же это после работы шлындаешь? - строго спросил меня председатель собрания.

- В пробках сижу.

- А пробки – от шампанского? У любовницы?..

- Нет у меня любовницы, - говорю.

- Почему? Ты что ангел?

- Не ангел.

- И не урод? Так почему же у тебя не может быть любовницы? Ответь коллективу, положа руку на сердце.

- Я – женатый человек.

- Я вот тоже женатый, – сказал председатель, - однако... Гм… Постой, может, у тебя денег нет на женщин? Они, черти, много отнимают. Рестораны, подарки, гостинцы... Может, тебе зарплату повысить?

- Не надо. Мне хватает.

- Тогда в чём же дело?

Наступило тягостное молчание.

- Может, он одет плохо? - спросила из президиума уборщица тётя Дуся.

Меня повертели вокруг своей оси.

- Костюм у него итальянский, рубашка – английская, пальто – замшевое, - констатировала секретарша Галя. - Эта версия, граждане, отпадает. Да я бы и сама с ним... Ой, что я говорю!..

Дебаты затянулись.

Я их понимал. В общем, это были неплохие люди, но они жаждали романтики. Ведь жизнь так прозаична! Они шли на собрание, полагая, что красивый мужчина влюбился в красивую женщину, и вышла некрасивая история. А я обманул их ожидания.

Решили - постановили: поскольку нет оснований не иметь мне любовницу, считать, что я прожигаю эти пять минут у неё.

Что поделаешь! Пришлось завести себе любовницу…

На чистую воду

Федя Бекас смотрел по телеку фильм про шпионов. Сюжет вкратце такой: сын шпион, его родной отец из органов. Он за сынком идёт по пятам, в душе его борются чувство долга и отцовские симпатии. Сначала побеждают симпатии, а потом уж окончательно чувство долга. Взял папа свой ремень, да так сыночка выстегал, что позабыл тот, позабросил свои связи с агентами зарубежных держав.

Выключил Федя телевизор, стал книжку читать. А она повествует о том, как надо отлавливать шпионов.

Там какая фабула? Сначала подозреваются все герои, потом подозрения на следователя, который охотится за шпионом. Но в конечном счете шпионом оказался автор книги, за что и был лишён гонорара.

Одурев от всей этой хрени, Федя выскочил на улицу и стал опрашивать прохожих:

- Граждане, тут шпионы не проходили?

- А зачем вам?

- Сейчас за них хорошо платят.

- Сколько?

- За каждого - доллар дают. И евро в придачу.

- Вот как! Если мы его увидим, то обязательно вам сообщим.

Федя до самой ночи никого не выявил, а вернувшись домой, стал приглядываться к собственной супруге. Конечно, женщина она неплохая, непьющая, но что у неё там внутри? Может, завербована и перезавербована?

С того вечера куда она, туда и он. Незаметно. Висел на хвосте. Так обложил: мышь не ускользнёт. И вскоре был вознаграждён за старание.

Как-то после работы Маша не пошла домой, а села в сквере на скамеечку. Ровно в семь к ней подсел какой-то тип в роскошном костюмчике. Они пошептались, потом разбежались в разные стороны. Какой информацией они обменялись, осталось не известно, так как Феде не удалось подслушать, а брать их на месте тёпленькими он посчитал преждевременным.

Домой он явился в скверном настроении, Но вида не подал, уплёл тарелку макарон и ещё попросил. Искоса наблюдал за супругой. Может, себя чем-нибудь выдаст. Не выдала. Матёрая, видать, агентка.

Вскоре в том же сквере, на той же скамейке, состоялась ещё одна секретная встреча с тем типом в модненьком костюме. В руках тип держал приёмник, а на самом деле, вероятно, то был передатчик. «Надо брать», - подумал Федя. Но те вдруг встали и разошлись.

Вечером она гремела сковородками, применяя отвлекающий маневр. Федя пошёл ва-банк.

- Гляди мне в глаза.

- Зачем?

- Без лишних вопросов. Добровольное признание облегчит твою участь.

- Какое признание? Ты чего? Приболел?

- Не уходи от ответа. Это старый приём всех лазутчиков.

- Да о чём ты?

- Лучше признайся. Тот, в сквере, чей резидент? Английский или китайский?

Шура залилась румянцем.

- Сам ты резидент.

- Не хочешь сказать, там скажешь.

- Где?

- Где следует. Собирайся, мисс или миссис, как там называют тебя те, кто тебе валютой платит. А всё на безденежье жалуешься. На бутылку у тебя не выпросишь. Руки за спину! Шагом марш!

- Отстань. Никуда я не пойду.

- Отведу.

Тут она села на диван и расплакалась.

- Прости меня, Феденька. Я тебе всё-всё расскажу.

- Валяй. Когда заброшена? Кем? Явки, имена, пароли. Твоя подлинная национальность? Кто он? Резидент?

- Он - Гриша. Вернее, Григорий. Геологом работает. В отпуске тут.

- А на самом деле?

- Вот те крест. Я с ним десять дней назад познакомилась случайно в трамвае, он за мной до дома увязался. Я его, конечно, турнула, а он меня каждый день в сквере ждёт.

Федя в раздумье походил по комнате.

- Да, нахальные, эти резиденты. Уговаривал Родину продать?

- Ты, чо, дурень? К себе жить зовёт. Приглянулась я ему.

- И всё?

- А чего ещё?

- Постой. Значит, он никакой не резидент, а ухажёр?

- А ты чего подумал? Меньше надо сериалы глядеть и детективы противные читать.

- И что ты решила?

- Пока ничего. Думаю.

- Эх, ты, предательница! – сказал Федя.

И более ничего не сказал, но этим было всё сказано. Лучше бы тот тип из сквера оказался шпионом, чем хахалем.