Культура
Закончилась песня. Тишина. И тут поднимается Сталин: «Повторить!»
13.01.2007 00:00
На протяжении всех шестидесяти лет своего существования Воронежский хор имеет своеобразную партитуру, в основе которой – низкий регистр женских голосов. Явление в хоровом искусстве довольно редкое, если не сказать, уникальное. И наиболее яркой представительницей этого голосового своеобычая является солистка хора, заслуженная артистка РСФСР Евдокия Осипова. Родом она из Гвазды, из исконно песенного края. Еще девчонкой на нее обратила внимание руководительница колхозного хора Ф.М.Миляева: «Грех, Дуся, такой голос...
Земляки
Песни Победы
Евдокии Осиповой присвоили в Воронежском хоре звание заслуженной артистки РСФСР еще в 1951 году. И она дважды пела для Сталина.
Не знаем, так ли изначально задумывал, создавая Воронежский хор, его организатор и первый художественный руководитель народный артист СССР Константин Массалитинов или так само самой сложилось, но на протяжении всех шестидесяти лет своего существования песенный коллектив имеет своеобразную партитуру, в основе которой – низкий регистр женских голосов. Явление в хоровом искусстве довольно редкое, если не сказать, уникальное. Так вот наиболее яркой представительницей этого голосового своеобычая является солистка хора, заслуженная артистка РСФСР Евдокия Осипова.
Родом она из Гвазды, из исконно песенного края. Еще девчонкой на нее обратила внимание руководительница колхозного хора Ф.М.Миляева. «Грех, говорит она мне, – вспоминает Евдокий Михайловна, – Дуся, такой голос прятать от людей. Ты должна, нет, обязана стать солисткой. Тогда ведь, знаете, какой патриотизм был. Трудились по-стахановски, то есть до седьмого пота на благо страны Советов. И это были не пустые слова…»
Прославилась она еще до войны, как певица из воронцовской группы (Гвазда относилась в ту пору к Воронцовскому району). Пятнадцать человек летом тридцать шестого ездили в Москву на Всесоюзную хоровую олимпиаду, а по-нашему – на Всесоюзный конкурс. Выступали в Кремле, на концерте присутствовал сам Иосиф Виссарионович Сталин.
Когда же зимой сорок второго в прифронтовом поселке Анна Константин Ираклиевич Массалитинов создавал Воронежский хор, с первых дней в его состав и влилась эта самая воронцовская группа певиц.
– Сейчас вспоминаю, – рассказывает Евдокия Михайловна, – а самой не верится: стужа, морозище, какая-никакая одежонка, в животе сверчки от голода перекликаются, а мы идем-бредем по ухабам, то и дело спотыкаясь на смерзшихся кочках, а то кто-нибудь упадет и «растянется». Чемоданы волоком тащили, как салазки. В них бесценный груз – сценические костюмы. Подлинные, те, что ткали, шили наши бабки-прабабки.
Хотя, нет, им еще повезло. До Таловой добирались на открытой платформе – а это лютый декабрь сорок второго, – продуваемой всеми ветрами. А через Тишанку, пешедралом, – на Анну.
– Но свет не без добрых дядек, – смеется Евдокия Михайловна. – Повстречался в дороге возница, сгреб наши чемоданы на сани, – и, говорит, девки, вы по очереди будете ехать, а то всех вас моя лошадь не осилит.
Так они и пришли в Анну – четырнадцать гваздовских певиц – Шлыкова, Пудчина, Полякова, Распопова, она, Евдокия Осипова…
В самой первой книге, посвященной Воронежскому хору, изданной в 1948 году, читаем: «Среди исполнителей выделяется одаренная гваздинская певица Евдокия Осипова. Обладая богатыми голосовыми данными, она покоряет слушателя глубокой задушевностью и широтой диапазона исполняемых ею песен. В ее исполнении с одинаковой силой подкупают и призыв «Лети, Победы песня», и тихая грусть «Веселой беседушки», и бесхитростный юмор «Небылиц».
– А в том знаменитом концерте, посвященном семидесятилетию Иосифа Виссарионовича Сталина вам пришлось участвовать? – спрашиваем Евдокию Михайловну.
– А как же! – отвечает. – И свою коронку – «Лети, Победы песня» исполняла. Как сейчас помню, мы стояли на небольшой сцене, а столы для гостей юбилейных сталинских торжеств располагались так, что все они сидели к нам спиной. Закончилась песня. И – тишина.
Мы в ужасе замерли. И тут поднимается Сталин. Редкие, как звон осколков, хлопки в пронзительной тишине. Потом поворот головы и реплика вождя: «Повторить!» Каково, а?!
Вскоре воронежский художник Григорий Гончаров все это в доподлинности изобразил на своей картине. Об этом ему в мельчайших бытовых подробностях и деталях сразу после триумфального выступления хора в Кремле рассказал Константин Ираклиевич Массалитинов.
А мы просим Евдокию Михайловну напеть нам мелодию, которая покорила сердце Отца всех народов. Долго уговаривать ее не приходится, и вот в городскую квартиру, что в самом центре Воронежа, врывается мощный напев:
Лети, Победы песня,
До самого Кремля!
Красуйся, край любимый,
Колхозные поля!
Свой урожай могучий
Мы в житницы свезем.
Идем к победам новым
На фронте трудовом.
– Быстро уставать стала, – горестно вздыхает Евдокия Михайловна. – Все-таки восемьдесят пять годков – это вам не фунт изюма…
Лет десять назад, когда болезни еще ее не одолевали, вместе со своей младшей сестрой, Марией Михайловной и тоже бывшей хористкой, она отправилась в родную Гвазду, чтобы повстречаться с земляками, попеть с ними старинные песни, да просто побродить по родным стежкам-дорожкам. Помнится какие окрыленные, в радостно-приподнятом настроении вернулись в Воронеж сестры Осиповы. «Сначала концерт был в Доме культуры, – делились они впечатлениями, – зал – набит битком. Песням конца и края не было. А когда все вышли из клуба, то и тут народ говорит: «А давайте на село грянем. Чтоб в одном конце запели, а в другом откликнулись». Хоть и воздух морозный, и дыхание перехватило, а песня лилась и лилась по селу…»
Когда ранней весной сорок третьего хор прощался с Анной, то его певцам и оркестрантам предстояли большие гастроли по освобожденным от фашистов селам. Разделились на несколько концертных бригад и – в путь-дорожку. Тут вам и Семилукский, и Нижнедевицкий, и Ведугский, и Острогожский, и Землянский районы.
– И вдруг в самый разгар наших первых гастролей по области дают клич всем собраться в Воронеже, – вспоминает Евдокия Михайловна Осипова. – Выясняется, что мы едем на фронт, будем обслуживать воинов подразделения, которым командовал знаменитый генерал Руссиянов. Сколько тут было радости! Поездка оказалась дальняя, изматывающая, на грузовиках.
Только на вторую ночь мы прибыли на фронт. Нам воины стол накрыли, угощают, а есть никто не стал. Так устали, настолько были измотаны поездкой. Ну а утром, все как штык, приоделись, нарумянились, глазки подвели – чем вам ни красавицы?! С приветствием к нам обратился сам генерал Руссиянов. А потом концерт грянул. Интересная деталь: сцены не было, вокруг местность холмистая. Хор расположился внизу, а по склонам холма – бойцы. Чем не греческий амфитеатр!
Потом была вторая поездка на фронт. На этот раз выступали перед бойцами гвардейского Донского казачьего корпуса генерала Селиванова.
– Не только песней воодушевляли воинов, – продолжает Евдокия Михайловна. – Собрали десять тысяч рублей наличными – по тем временам сумма немалая, да еще облигации госзаймов присовокупили. И решили на свои деньги построить танк, который так и назвали – «Русская песня». Помню, вскоре Сталин прислал нам благодарственную телеграмму, в которой подтвердил, что желание сотрудников хора по постройке танка будет исполнено.
А танк «Русская песня» вскоре стал сражаться на фронтах Великой Отечественной.
…Популярность песни «Под горой росли цветочки» была сопоставима в военную пору с «Землянкой», с «Огоньком», с «Синим платочком». А сочиняли ее целой певческой бригадой. Как-то получили с фронта письмо от бойца, прочитали его вслух и решили коллективно ответить. Но не только ему одному, а всем тем безусым парням, кто ушел на фронт прямо с выпускного бала.
– За основу мы взяли мелодию, бытовавшую в нашей родной Гвазде, – рассказывает Евдокия Михайловна Осипова. – Напели, в чем-то ее переработали, слова нам помогал написать сказитель Иван Власович Ольховский. Зимний вечер длинный, многое можно сделать. За один вечер и сочинили мы «Под горой росли цветочки». Есть у нее и второе название «Прощальная».
Проводила я миленка,
Он ушел фашистов бить.
На прощанье обещала
Одного его любить.
Где мы с миленьким прощались,
Там зеленая трава.
У лесочка, на канавке,
К нам склонялись дерева…
Два года назад «Под горой росли цветочки» натолкнули композитора народного артиста России Юрия Романова написать сюиту к кинофильму. Так что песня продолжает жить. Пусть и в другом качестве.
…Длинными зимними вечерами в свои восемьдесят пять что только не передумаешь, о чем только не вспомнишь. Но чаще всего память уводит ее в детство. В тот хутор, где они жили всей своей огромной семьей.
Рядом Шипов лес, таинственный и сумрачный. К вечеру на подводе возвращается домой отец – он колхозный конюх.
– Настя, – зычно окликает он мать, – ты девок особо-то не балуй, – а то у них на уме все песни да песни…
– Да что ты, Мишенька, – отвечает ему мать, – девки у нас рукодельные. Они что в работе, что в песне… Никому не уступят.
А еще она видит, как отец уходит на фронт, а вместе с ним и брат Сергей. Плотно-преплотно затворяется за ними калитка. Больше они сюда не вернутся… Юрий Козлов,
Виктор Силин.
Фото Михаила Вязового.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
