Новости

Семисуточное перемещение в поезде семи часовых поясов остается в памяти сказочным сном. За окном - калейдоскоп картин дикой природы: падей, распадков, марей, болот, сопок и хребтов с вечными снегами, речек с хрустальной водой и бурунными каскадами вспененных струй на перекатах, как завораживающее бесконечное кино. И только редкие станции и разъезды, будто рекламные вставки, нарушают это любование и восхищение ландшафтами, которые столь непривычны жителю равнинной России.

На пути к тоннелю сквозь Байкальский хребет. Фото Олега Столярова.

Это Байкало-Амурская магистраль, где невольно преклоняешься перед мужеством первопроходцев, прорубивших дорогу через вековую тайгу и уложивших стальной путь, пробивших многокилометровые тоннели под хребтами, превозмогших пятидесятиградусные морозы… Что двигало ими: романтика, длинные рубли, желание испытать себя, оставить свой след на Земле?

Этот ответ искал автор этих строк, встречаясь с теми, кто начинал строить БАМ, кто продолжает жить в этом прекрасном и суровом краю, ставшими для бамовцев второй родиной. И предстоящее 35-летие «магистрали двадцатого века» они будут отмечать как главный праздник своей жизни.

Меня обычно спрашивают, к чему я использую свой отпуск для поездок по Транссибу, в Заполярье, к Белому морю, на Амур… Отшучиваюсь. Дескать, во-первых, коллекционирую впечатления. Во-вторых, езда в поезде для меня «наркотик», особенно «сдобренная» длинными разговорами с попутчиками, с которыми накоротке свела поездная судьба. А если серьезно, то Россия – это удивительная страна-континент, в которой столько прекрасных мест, не испорченных цивилизацией. Поэтому грех не воспользоваться возможностью самому увидеть то, что порой показывают по телевизору, узнать из первых уст о том, как живут люди вдалеке от Большой земли. Хотя именно у них она - самая большая. Сибирские и дальневосточные масштабы прямо-таки космические для европейцев.

Большой БАМ – от Тайшета до Советской Гавани – 4324 километра. Его западное (Тайшет – Лена) и восточное крылья (Комсомольск-на-Амуре – Совгавань) начинали строиться еще 70 лет назад, в основном - руками заключенных. Об этом в советское время старались не говорить: воспевался труд комсомольско-молодежных бригад, которые в 1974 году отправились в необъятные места прямо с XVII Съезда ВЛКСМ, чтобы 29 сентября 1984 года на разъезде Балбухта, близ станции Куанда, встретились знаменитые бригады будущих Героев Социалистического Труда Ивана Варшавского и Александра Бондаря, шедших навстречу друг другу.

А через день уложить символ окончания строительства БАМа «золотое звено». Путь длиной 3145 километров от станции Лена до Комсомольска-на-Амуре был открыт. Страна получила второй железнодорожный выход к Тихому океану. И это была геополитическая необходимость – в первую очередь, а во вторую – освоение несметных богатств Восточной Сибири, Якутии, Дальнего Востока.

Сущая правда и в том, что последняя грандиозная стройка СССР была осуществлена руками молодых романтиков. Сюда было непросто попасть: существовал конкурс - как в престижные вузы. Разумеется, встречались и случайные люди, но не они определяли феномен, который называют «бамовский дух». И к нему мы еще вернемся. Но сначала необходимо отдать дань тем, кто начинал строить БАМ задолго до 1974 года.

Сколько бы ни ерничали новоявленные «демократы», дорвавшиеся до кормушки при власти, по поводу великих строек коммунизма, но они были идеологической частью национальной идеи, вселяли оптимизм и надежду в лучшую жизнь, помогали молодежи проявить свои лучшие качества. И что греха таить, позволяли заработать денег на машину, кооперативную квартиру.

Речь не идет о стройках, где широко применялся труд заключенных. Но Днепрогэс, Магнитка, целина, большой БАМ, освоение нефтяных месторождений севера Тюменской области – эти «территории романтиков» отвечали надеждам первопроходцев, хотя на их долю и выпали тяжелые испытания. Слушая их рассказы, невольно проникаешься романтическим духом эпохи, которая уже не вернется. Когда все заслоняет «золотой телец» для «хозяев жизни», именуемых теперь работодателями, а наемным рабочим остается тяжелый труд для выживания, то само понятие «романтика» больше не в чести. И теперь не спрашивают, нравится ли работа, - а сколько платят. Произошла подмена нравственных понятий. Поэтому духовные начала ставятся уже не на первое место. А ведь именно в духовности России кроется ее главное предназначение в этом мире.

Станция Постышево. Памятник первопроходцам БАМа. Фото Олега Столярова.

Задаю себе вопрос: смогла бы нынешняя Россия осилить такую стройку, как БАМ, дать работу двум с половиной миллионам человек, протянуть трассу по вечной мерзлоте и болотам через Западный Саян, Становое нагорье, построить 2230 больших и малых мостов, свыше 200 железнодорожных станций и разъездов, более 60 городов и поселков, пробить восемь тоннелей, один из которых, Северо-Муйский, - самый протяженный в России, длиной 15343, 2 метра в невероятно сложных горно-геологических и тектонических условиях?

Для меня ответ очевиден: подобная циклопическая стройка была по силам только стране, которая имела возможность сконцентрировать необходимые ресурсы, говоря военным языком, на направлении главного удара. Каждый вокзал, поселок, город БАМа – визитная карточка той или иной республики СССР. Все они были построены, что называется, на вырост и с любовью, отличаются оригинальной архитектурой, несущей национальные традиции.

Станцию Звездную строили армяне, следующую – Ния – грузины, Улькан – азербайджанцы, Кунерму – мастера из Дагестана, Северной Осетии и Чечено-Ингушетии. Начало западного крыла БАМа – как отражение настоящей дружбы народов бывшего СССР. Разбежались республики, в иных гремят взрывы… Собрать бы их посланцев снова вместе в Прибайкалье, чтобы задумались над тем, кому и зачем нужно было резать по живому великую страну, способную на великие дела?

Но дорога от Кунермы упрямо взбирается вверх, чтобы прорезать тоннелем длиной более семи километров Байкальский хребет и вырваться на простор моря-озера.

И вот уже пробегают за окном балки и бараки первопроходцев и первопоселенцев Северобайкальска, а за ними – светлокаменный город-гимн и песня ленинградцам, построившим эту столицу западного БАМа – у «голубого колодца планеты», каким называют Байкал. Впереди и главная столица БАМа – Тында, что возвели москвичи. Останутся позади литовский Новый Уоян, молдаванская Алонка, свердловская Хорогочи, казахстанская Чара, а потом, после Тынды, украинский Новый Ургал, таджикские Солони, Герби и Джамку.

Вокзал в Северобайкальске. Фото Олега Столярова.

Один из самых красивых вокзалов на БАМе – Постышево - и станции Амгунь, Эворон, Хурмули на подходе к Комсомольску-на-Амуре построили шефы из Пензенской, Новосибирской, Тамбовской областей и Алтайского края. Нет нужды говорить, что БАМ – это детище всех республик и областей СССР. Заметна и роль воронежцев, работавших в комсомольско-молодежных бригадах. Но пальму первенства следует отдать Воронежскому мостозаводу, коллектив которого за вклад в строительство БАМа был награжден орденом Трудового Красного Знамени. Около 70 процентов мостов от станции Лена до Комсомольска-на-Амуре смонтировано из пролетных строений воронежских мастеров.

Остальное – дело рук мостовиков из Улан-Удэ. Симптоматично, что западные ворота БАМа через Лену открывает мост из трех воронежских пролетных строений - 110, 132 и 110 метров. И восточные ворота магистрали – грандиозный мост через Амур – родом из Воронежа. Первый и последние три пролета – по 33 метра, а между ними восемь пролетов по 159 метров. Этот решетчатый мост «парит» над Амуром на высоте 24 метра.

Воронежский мост через Амур. Фото Олега Столярова.

Интересный факт: в Воронеже этими пролетами вплотную занимался начальник техотдела мостозавода Павел Волдочинский, затем заместитель генерального директора, а строил переход через Амур начальник Мостостроя Николай Сентюрин. Оба - выпускники МИИТа 1951 года по специальности «Мосты и тоннели». Павел Михайлович вспоминает «бамовскую десятилетку» как звездное время Воронежского мостозавода. «Работали с увлечением, самоотверженно. Когда отправляли пролеты моста через Лену в 1975 году, состоялся митинг с оркестром.

Если же говорить о том, как мы отправляли пролеты для мостов через Амгунь, Зею, Олекму и другие крупные реки, то происходило это буднично. Работы было много и не до митингов было. А время то было прекрасное, полное смысла и созидания».

В бамовской летописи сохранилось множество писем молодых людей, которых влекла эта великая магистраль. Вот несколько цитат из них.

«Мы комсомольцы, нам по 18 лет. Мечтаем о комсомольско-молодежной стройке по имени БАМ. Горим желанием быть вместе со всеми, выполнять любую работу, бороться с трудностями и неудачами, которые будут на нашем пути».

«Причиной, вызвавшей во мне желание ехать именно на строительство БАМа, является не поиск романтики и трудностей, а желание построить свою дорогу, увидеть своими глазами, с чего начинаются эти стальные магистрали».

«Я, наверное, даже при всем старании не смогу представить, как вам приходится туго. И комары, и дождь, и валящая с ног усталость. Но ведь большое счастье работать вместе с друзьями…»

«Только первопроходцы смогут испытать себя на смелость, на характер, на упорство. Понимаете, я хочу узнать себя до конца, мне это очень нужно».

Воронеж – Москва – Северобайкальск – Тында – Комсомольск-на-Амуре.

Автор:Олег Столяров.

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.

(Окончание в следующем номере).

Семисуточное перемещение в поезде семи часовых поясов остается в памяти сказочным сном. За окном - калейдоскоп картин дикой природы: падей, распадков, марей, болот, сопок и хребтов с вечными снегами, речек с хрустальной водой и бурунными каскадами вспененных струй на перекатах, как завораживающее бесконечное кино. И только редкие станции и разъезды, будто рекламные вставки, нарушают это любование и восхищение ландшафтами, которые столь непривычны жителю равнинной России.

На пути к тоннелю сквозь Байкальский хребет. Фото Олега Столярова.

Это Байкало-Амурская магистраль, где невольно преклоняешься перед мужеством первопроходцев, прорубивших дорогу через вековую тайгу и уложивших стальной путь, пробивших многокилометровые тоннели под хребтами, превозмогших пятидесятиградусные морозы… Что двигало ими: романтика, длинные рубли, желание испытать себя, оставить свой след на Земле?

Этот ответ искал автор этих строк, встречаясь с теми, кто начинал строить БАМ, кто продолжает жить в этом прекрасном и суровом краю, ставшими для бамовцев второй родиной. И предстоящее 35-летие «магистрали двадцатого века» они будут отмечать как главный праздник своей жизни.

Меня обычно спрашивают, к чему я использую свой отпуск для поездок по Транссибу, в Заполярье, к Белому морю, на Амур… Отшучиваюсь. Дескать, во-первых, коллекционирую впечатления. Во-вторых, езда в поезде для меня «наркотик», особенно «сдобренная» длинными разговорами с попутчиками, с которыми накоротке свела поездная судьба. А если серьезно, то Россия – это удивительная страна-континент, в которой столько прекрасных мест, не испорченных цивилизацией. Поэтому грех не воспользоваться возможностью самому увидеть то, что порой показывают по телевизору, узнать из первых уст о том, как живут люди вдалеке от Большой земли. Хотя именно у них она - самая большая. Сибирские и дальневосточные масштабы прямо-таки космические для европейцев.

Большой БАМ – от Тайшета до Советской Гавани – 4324 километра. Его западное (Тайшет – Лена) и восточное крылья (Комсомольск-на-Амуре – Совгавань) начинали строиться еще 70 лет назад, в основном - руками заключенных. Об этом в советское время старались не говорить: воспевался труд комсомольско-молодежных бригад, которые в 1974 году отправились в необъятные места прямо с XVII Съезда ВЛКСМ, чтобы 29 сентября 1984 года на разъезде Балбухта, близ станции Куанда, встретились знаменитые бригады будущих Героев Социалистического Труда Ивана Варшавского и Александра Бондаря, шедших навстречу друг другу.

А через день уложить символ окончания строительства БАМа «золотое звено». Путь длиной 3145 километров от станции Лена до Комсомольска-на-Амуре был открыт. Страна получила второй железнодорожный выход к Тихому океану. И это была геополитическая необходимость – в первую очередь, а во вторую – освоение несметных богатств Восточной Сибири, Якутии, Дальнего Востока.

Сущая правда и в том, что последняя грандиозная стройка СССР была осуществлена руками молодых романтиков. Сюда было непросто попасть: существовал конкурс - как в престижные вузы. Разумеется, встречались и случайные люди, но не они определяли феномен, который называют «бамовский дух». И к нему мы еще вернемся. Но сначала необходимо отдать дань тем, кто начинал строить БАМ задолго до 1974 года.

Сколько бы ни ерничали новоявленные «демократы», дорвавшиеся до кормушки при власти, по поводу великих строек коммунизма, но они были идеологической частью национальной идеи, вселяли оптимизм и надежду в лучшую жизнь, помогали молодежи проявить свои лучшие качества. И что греха таить, позволяли заработать денег на машину, кооперативную квартиру.

Речь не идет о стройках, где широко применялся труд заключенных. Но Днепрогэс, Магнитка, целина, большой БАМ, освоение нефтяных месторождений севера Тюменской области – эти «территории романтиков» отвечали надеждам первопроходцев, хотя на их долю и выпали тяжелые испытания. Слушая их рассказы, невольно проникаешься романтическим духом эпохи, которая уже не вернется. Когда все заслоняет «золотой телец» для «хозяев жизни», именуемых теперь работодателями, а наемным рабочим остается тяжелый труд для выживания, то само понятие «романтика» больше не в чести. И теперь не спрашивают, нравится ли работа, - а сколько платят. Произошла подмена нравственных понятий. Поэтому духовные начала ставятся уже не на первое место. А ведь именно в духовности России кроется ее главное предназначение в этом мире.

Станция Постышево. Памятник первопроходцам БАМа. Фото Олега Столярова.

Задаю себе вопрос: смогла бы нынешняя Россия осилить такую стройку, как БАМ, дать работу двум с половиной миллионам человек, протянуть трассу по вечной мерзлоте и болотам через Западный Саян, Становое нагорье, построить 2230 больших и малых мостов, свыше 200 железнодорожных станций и разъездов, более 60 городов и поселков, пробить восемь тоннелей, один из которых, Северо-Муйский, - самый протяженный в России, длиной 15343, 2 метра в невероятно сложных горно-геологических и тектонических условиях?

Для меня ответ очевиден: подобная циклопическая стройка была по силам только стране, которая имела возможность сконцентрировать необходимые ресурсы, говоря военным языком, на направлении главного удара. Каждый вокзал, поселок, город БАМа – визитная карточка той или иной республики СССР. Все они были построены, что называется, на вырост и с любовью, отличаются оригинальной архитектурой, несущей национальные традиции.

Станцию Звездную строили армяне, следующую – Ния – грузины, Улькан – азербайджанцы, Кунерму – мастера из Дагестана, Северной Осетии и Чечено-Ингушетии. Начало западного крыла БАМа – как отражение настоящей дружбы народов бывшего СССР. Разбежались республики, в иных гремят взрывы… Собрать бы их посланцев снова вместе в Прибайкалье, чтобы задумались над тем, кому и зачем нужно было резать по живому великую страну, способную на великие дела?

Но дорога от Кунермы упрямо взбирается вверх, чтобы прорезать тоннелем длиной более семи километров Байкальский хребет и вырваться на простор моря-озера.

И вот уже пробегают за окном балки и бараки первопроходцев и первопоселенцев Северобайкальска, а за ними – светлокаменный город-гимн и песня ленинградцам, построившим эту столицу западного БАМа – у «голубого колодца планеты», каким называют Байкал. Впереди и главная столица БАМа – Тында, что возвели москвичи. Останутся позади литовский Новый Уоян, молдаванская Алонка, свердловская Хорогочи, казахстанская Чара, а потом, после Тынды, украинский Новый Ургал, таджикские Солони, Герби и Джамку.

Вокзал в Северобайкальске. Фото Олега Столярова.

Один из самых красивых вокзалов на БАМе – Постышево - и станции Амгунь, Эворон, Хурмули на подходе к Комсомольску-на-Амуре построили шефы из Пензенской, Новосибирской, Тамбовской областей и Алтайского края. Нет нужды говорить, что БАМ – это детище всех республик и областей СССР. Заметна и роль воронежцев, работавших в комсомольско-молодежных бригадах. Но пальму первенства следует отдать Воронежскому мостозаводу, коллектив которого за вклад в строительство БАМа был награжден орденом Трудового Красного Знамени. Около 70 процентов мостов от станции Лена до Комсомольска-на-Амуре смонтировано из пролетных строений воронежских мастеров.

Остальное – дело рук мостовиков из Улан-Удэ. Симптоматично, что западные ворота БАМа через Лену открывает мост из трех воронежских пролетных строений - 110, 132 и 110 метров. И восточные ворота магистрали – грандиозный мост через Амур – родом из Воронежа. Первый и последние три пролета – по 33 метра, а между ними восемь пролетов по 159 метров. Этот решетчатый мост «парит» над Амуром на высоте 24 метра.

Воронежский мост через Амур. Фото Олега Столярова.

Интересный факт: в Воронеже этими пролетами вплотную занимался начальник техотдела мостозавода Павел Волдочинский, затем заместитель генерального директора, а строил переход через Амур начальник Мостостроя Николай Сентюрин. Оба - выпускники МИИТа 1951 года по специальности «Мосты и тоннели». Павел Михайлович вспоминает «бамовскую десятилетку» как звездное время Воронежского мостозавода. «Работали с увлечением, самоотверженно. Когда отправляли пролеты моста через Лену в 1975 году, состоялся митинг с оркестром.

Если же говорить о том, как мы отправляли пролеты для мостов через Амгунь, Зею, Олекму и другие крупные реки, то происходило это буднично. Работы было много и не до митингов было. А время то было прекрасное, полное смысла и созидания».

В бамовской летописи сохранилось множество писем молодых людей, которых влекла эта великая магистраль. Вот несколько цитат из них.

«Мы комсомольцы, нам по 18 лет. Мечтаем о комсомольско-молодежной стройке по имени БАМ. Горим желанием быть вместе со всеми, выполнять любую работу, бороться с трудностями и неудачами, которые будут на нашем пути».

«Причиной, вызвавшей во мне желание ехать именно на строительство БАМа, является не поиск романтики и трудностей, а желание построить свою дорогу, увидеть своими глазами, с чего начинаются эти стальные магистрали».

«Я, наверное, даже при всем старании не смогу представить, как вам приходится туго. И комары, и дождь, и валящая с ног усталость. Но ведь большое счастье работать вместе с друзьями…»

«Только первопроходцы смогут испытать себя на смелость, на характер, на упорство. Понимаете, я хочу узнать себя до конца, мне это очень нужно».

Воронеж – Москва – Северобайкальск – Тында – Комсомольск-на-Амуре.

Автор:Олег Столяров.

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.

(Окончание в следующем номере).

 
Команды - участники соревнований.

Такие соревнования организуются и проводятся Воронежской региональной общественной организацией охотников и рыболовов и Управлением физической культуры, спорта и туризма Воронежской области ежегодно, как правило, в конце февраля – начале марта - в силу специфики данного вида спортивной ловли рыбы.

Победители соревнования среди юниоров.

Рыбу вылавливают со льда специальной снастью, зимней удочкой, на мормышку. При этом немаловажен такой фактор, как толщина ледяного покрова, как гарантия безопасности для участников соревнований. В этом году толщина льда была достаточной, в среднем - 70 см.

Но погода была далеко не благоприятной. Ветер и сильный снегопад в течение суток напомнили спортсменам и любителям-рыболовам о том, что такое зимний вид спортивного рыболовства. Там, где тяжело приходилось технике, на помощь приходили люди: расчищали дорогу, подсыпали песок. Перед такими людьми природа бессильна.

Будущие чемпионы.

Чемпионат состоялся. На старт вышли десять команд взрослых спортсменов, по три человека в каждой, и шесть участников в возрасте от 10 до 15 лет. Соревнования проходили в два этапа – два дня.

Призер в личном зачете Митрофан Трубецкой.

Глядя на участников чемпионата, трудно удержаться от соблазна попытать рыбацкое счастье. Да и просторы реки позволяют. У многих присутствующих нашлись и удочка, и желание. В итоге отведать вкусной горячей ухи смогли около ста участников и болельщиков.

Результаты чемпионата Воронежской области по спортивной ловле рыбы на мормышку со льда

Командный зачет: 1-е место – Воронежская городская организация охотников и рыболовов (М.Духанин, Д.Черных, М.Трубецкой), 2-е – «ОКА» (г.Воронеж, А.Огурцов, А.Крылов, А.Артемов), 3-е – Верхнемамонская организация охотников и рыболовов (А.Бунеев, Д.Бунеев, Д.Жидков).

Личный зачет (тройка призеров): М.Трубецкой, Д.Бунеев, А.Огурцов.

Юноши (тройка призеров): В.Аболимов (Воронеж), П.Якименко (Бутурлиновка), Н.Кузьминцев (В.Мамон).

Автор: Ольга Черкасова.

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.

 
Команды - участники соревнований.

Такие соревнования организуются и проводятся Воронежской региональной общественной организацией охотников и рыболовов и Управлением физической культуры, спорта и туризма Воронежской области ежегодно, как правило, в конце февраля – начале марта - в силу специфики данного вида спортивной ловли рыбы.

Победители соревнования среди юниоров.

Рыбу вылавливают со льда специальной снастью, зимней удочкой, на мормышку. При этом немаловажен такой фактор, как толщина ледяного покрова, как гарантия безопасности для участников соревнований. В этом году толщина льда была достаточной, в среднем - 70 см.

Но погода была далеко не благоприятной. Ветер и сильный снегопад в течение суток напомнили спортсменам и любителям-рыболовам о том, что такое зимний вид спортивного рыболовства. Там, где тяжело приходилось технике, на помощь приходили люди: расчищали дорогу, подсыпали песок. Перед такими людьми природа бессильна.

Будущие чемпионы.

Чемпионат состоялся. На старт вышли десять команд взрослых спортсменов, по три человека в каждой, и шесть участников в возрасте от 10 до 15 лет. Соревнования проходили в два этапа – два дня.

Призер в личном зачете Митрофан Трубецкой.

Глядя на участников чемпионата, трудно удержаться от соблазна попытать рыбацкое счастье. Да и просторы реки позволяют. У многих присутствующих нашлись и удочка, и желание. В итоге отведать вкусной горячей ухи смогли около ста участников и болельщиков.

Результаты чемпионата Воронежской области по спортивной ловле рыбы на мормышку со льда

Командный зачет: 1-е место – Воронежская городская организация охотников и рыболовов (М.Духанин, Д.Черных, М.Трубецкой), 2-е – «ОКА» (г.Воронеж, А.Огурцов, А.Крылов, А.Артемов), 3-е – Верхнемамонская организация охотников и рыболовов (А.Бунеев, Д.Бунеев, Д.Жидков).

Личный зачет (тройка призеров): М.Трубецкой, Д.Бунеев, А.Огурцов.

Юноши (тройка призеров): В.Аболимов (Воронеж), П.Якименко (Бутурлиновка), Н.Кузьминцев (В.Мамон).

Автор: Ольга Черкасова.

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.

Музыканты преподнесли мужской части населения Воронежа прекрасный подарок ко Дню защитника Отечества, посетив наш город уже в пятый раз –теперь с программой «Лучшее из лучшего». Музыка «Элизиума» заряжает энергией, дарит море ярких впечатлений и положительных эмоций.

В Воронеж приехал «Элизиум». Фото Дарьи Бухтояровой.

Группа возникла в Нижнем Новгороде в апреле 1994 года. Первый свой полноценный альбом они выпустили в 1998 году и приобрели большую популярность в родном городе и в стране. К настоящему времени у «Элизиума» за плечами 13 альбомов и тысячи концертов. Она имеет множество поклонников во всех городах России.

После воронежского концерта гитарист группы Кирилл Крылов, известный как Кира, ответил на несколько вопросов нашего корреспондента.

– Вы в Воронеже уже не впервые. Какое впечатление сложилось о нашем городе?

– Сложно что-то сказать, когда ты проводишь здесь не больше суток. Ведь для того, чтобы сложилось какое-то определённое впечатление, в городе нужно провести три-четыре дня: погулять по улицам, посмотреть достопримечательности, пообщаться с жителями… Мы можем судить о городе, в котором выступаем, только по тем людям, которые приходят на концерт. «Элизиум» постоянно встречает в Воронеже открытую и любвеобильную публику. А это всегда запоминается.

– Вы всегда хотели быть музыкантом?

– На самом деле нет. В детстве я мечтал быть спортсменом, занимался кик-боксингом и единоборствами. Потом получил травму. Вскоре врачи сказали, что со спортом придётся покончить. Когда я лежал в больнице, у одного парня, лежавшего со мной в одной палате, была акустическая гитара. От безделья я пробовал что-то играть. Мне понравилось. После я стал брать уроки гитары. Со временем начал играть в нижегородских коллективах. Где я только не играл до того, как получил приглашение от «Элизиума»! Но вот уже семь лет я работаю здесь, причём вовсе не спустя рукава!

– Каким видится будущее группы «Элизиум»?

–Это достаточно сложный вопрос. Мы ведь постоянно что-то делаем, работаем над собой, стараемся совершенствоваться. Сейчас у нас нет таких грандиозных планов, какие были перед выходом последнего альбома «13». Мы перезаписали несколько старых песен, это пока всё. А так, нужно двигаться вперёд: играть на больших площадках, завоёвывать новых поклонников. Я думаю, не стоит «изобретать велосипед».

–Что бы вы могли пожелать поклонникам вашей группы?

– В первую очередь –адекватного восприятия мира. Принимайте свою любимую группу такой, какая она есть. На творческие эксперименты смотрите с пониманием, будьте готовы встречать их с распростёртыми объятиями. Хотя многие говорят, что мы играем для себя, на самом деле мы занимаемся музыкой для вас! Любите нас такими, какие мы есть, а мы готовы всегда отвечать вам тем же самым.

Автор: Дарья Бухтоярова, ученица гимназии № 6..

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.

Музыканты преподнесли мужской части населения Воронежа прекрасный подарок ко Дню защитника Отечества, посетив наш город уже в пятый раз –теперь с программой «Лучшее из лучшего». Музыка «Элизиума» заряжает энергией, дарит море ярких впечатлений и положительных эмоций.

В Воронеж приехал «Элизиум». Фото Дарьи Бухтояровой.

Группа возникла в Нижнем Новгороде в апреле 1994 года. Первый свой полноценный альбом они выпустили в 1998 году и приобрели большую популярность в родном городе и в стране. К настоящему времени у «Элизиума» за плечами 13 альбомов и тысячи концертов. Она имеет множество поклонников во всех городах России.

После воронежского концерта гитарист группы Кирилл Крылов, известный как Кира, ответил на несколько вопросов нашего корреспондента.

– Вы в Воронеже уже не впервые. Какое впечатление сложилось о нашем городе?

– Сложно что-то сказать, когда ты проводишь здесь не больше суток. Ведь для того, чтобы сложилось какое-то определённое впечатление, в городе нужно провести три-четыре дня: погулять по улицам, посмотреть достопримечательности, пообщаться с жителями… Мы можем судить о городе, в котором выступаем, только по тем людям, которые приходят на концерт. «Элизиум» постоянно встречает в Воронеже открытую и любвеобильную публику. А это всегда запоминается.

– Вы всегда хотели быть музыкантом?

– На самом деле нет. В детстве я мечтал быть спортсменом, занимался кик-боксингом и единоборствами. Потом получил травму. Вскоре врачи сказали, что со спортом придётся покончить. Когда я лежал в больнице, у одного парня, лежавшего со мной в одной палате, была акустическая гитара. От безделья я пробовал что-то играть. Мне понравилось. После я стал брать уроки гитары. Со временем начал играть в нижегородских коллективах. Где я только не играл до того, как получил приглашение от «Элизиума»! Но вот уже семь лет я работаю здесь, причём вовсе не спустя рукава!

– Каким видится будущее группы «Элизиум»?

–Это достаточно сложный вопрос. Мы ведь постоянно что-то делаем, работаем над собой, стараемся совершенствоваться. Сейчас у нас нет таких грандиозных планов, какие были перед выходом последнего альбома «13». Мы перезаписали несколько старых песен, это пока всё. А так, нужно двигаться вперёд: играть на больших площадках, завоёвывать новых поклонников. Я думаю, не стоит «изобретать велосипед».

–Что бы вы могли пожелать поклонникам вашей группы?

– В первую очередь –адекватного восприятия мира. Принимайте свою любимую группу такой, какая она есть. На творческие эксперименты смотрите с пониманием, будьте готовы встречать их с распростёртыми объятиями. Хотя многие говорят, что мы играем для себя, на самом деле мы занимаемся музыкой для вас! Любите нас такими, какие мы есть, а мы готовы всегда отвечать вам тем же самым.

Автор: Дарья Бухтоярова, ученица гимназии № 6..

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.

Павел Брязгунов (слева) принимает поздравления. Фото Юрия Бабенко.

На минувшие старты, четырнадцатые по счету, съехалось полторы сотни коллег, друзей и единомышленников Брязгунова (к слову, нынче он является президентом Федерации лыжных гонок Воронежской области и одновременно вице-президентом Российской Федерации лыжных гонок) из родного Воронежа, а также из Борисоглебска, Губкина, Белгорода, Старого Оскола, Задонска, Липецка, Курска, Тамбова, Мичуринска, Лисок, Павловска, Нововоронежа…

37 километров покорились не всем. 28 гонщиков сошли с дистанции. Нет, трасса была великолепной, лыжи – у всех на уровне, просто лидеры – Дмитрий Баландин (Липецк), а также воронежцы Александр Токарев и Захар Звягинцев – со старта задали такой темп, что не всем оказалось по плечу конкурировать с ними. Организатор турнира Павел Брязгунов в своей возрастной категории был шестым.

В «Марафоне - 100» всё, как и в других официальных стартах: судьи, группы поддержки, музыкальное сопровождение.

Комментатор Александр Володин представлял зрителям едва ли не каждого участника забегов:

– Екатерина Рослякова из Липецка! Катя, молодец! Растут её результаты от года к году!

– Номер 138 – это Алексей Прокопов из Павловска.

– А вот неугомонная Александра Добросова – ну кто не знает нашу замечательную бегунью?!

Со всеми лично знаком веселый комментатор Володин. Для каждого найдет слово, способное взбодрить гонщика. А то и разозлить, как ту же Добросову, которая мне призналась, что «неугомонная» из уст комментатора – это чересчур…

Четырнадцатый марафон получился не только самым массовым, но и самым красивым. Природа как будто приберегла денёк в своём календаре под Брязгунова. Как будто отблагодарила его за приверженность к лыжному спорту, за энтузиазм и творческий подход к делу. Постарался и спонсор лыжных гонок – один известный банк: едва ли не половина участников забега ушла и уехала из «Олимпика» с индивидуальными призами.

А после раздачи призов и фотографий на память именинник произнес речь:

– Приглашаю всех на следующий год. Дистанция на один километр сократится. Дойдем до одного километра, присядем на опушке леса, отхлебнем чайку и разработаем положение «Марафона» на следующие сто лет…

Возвращался домой. Вспоминал.

Однажды лыжный марафон был заменён легкоатлетическим кроссом: снега не было к 15 марта, подснежники уже вовсю цвели между сосен на «Олимпике». Однажды проходил, что называется, по колено в воде – этакий слалом! А сегодня – Бог мой, как на заказ. При этом 21 марта официальный лыжный сезон на «Олимпике» заканчивается, а ведь придется его продлевать, раз снег не унимается. Раз зима не передает весне эстафету. Ну и «Марафон - 100» –это уже не забава полтора десятка воронежских энтузиастов лыж во главе с Брязгуновым, это уже серьезное региональное соревнование, получившее признание.

Автор:Максим Макаров.

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.

Павел Брязгунов (слева) принимает поздравления. Фото Юрия Бабенко.

На минувшие старты, четырнадцатые по счету, съехалось полторы сотни коллег, друзей и единомышленников Брязгунова (к слову, нынче он является президентом Федерации лыжных гонок Воронежской области и одновременно вице-президентом Российской Федерации лыжных гонок) из родного Воронежа, а также из Борисоглебска, Губкина, Белгорода, Старого Оскола, Задонска, Липецка, Курска, Тамбова, Мичуринска, Лисок, Павловска, Нововоронежа…

37 километров покорились не всем. 28 гонщиков сошли с дистанции. Нет, трасса была великолепной, лыжи – у всех на уровне, просто лидеры – Дмитрий Баландин (Липецк), а также воронежцы Александр Токарев и Захар Звягинцев – со старта задали такой темп, что не всем оказалось по плечу конкурировать с ними. Организатор турнира Павел Брязгунов в своей возрастной категории был шестым.

В «Марафоне - 100» всё, как и в других официальных стартах: судьи, группы поддержки, музыкальное сопровождение.

Комментатор Александр Володин представлял зрителям едва ли не каждого участника забегов:

– Екатерина Рослякова из Липецка! Катя, молодец! Растут её результаты от года к году!

– Номер 138 – это Алексей Прокопов из Павловска.

– А вот неугомонная Александра Добросова – ну кто не знает нашу замечательную бегунью?!

Со всеми лично знаком веселый комментатор Володин. Для каждого найдет слово, способное взбодрить гонщика. А то и разозлить, как ту же Добросову, которая мне призналась, что «неугомонная» из уст комментатора – это чересчур…

Четырнадцатый марафон получился не только самым массовым, но и самым красивым. Природа как будто приберегла денёк в своём календаре под Брязгунова. Как будто отблагодарила его за приверженность к лыжному спорту, за энтузиазм и творческий подход к делу. Постарался и спонсор лыжных гонок – один известный банк: едва ли не половина участников забега ушла и уехала из «Олимпика» с индивидуальными призами.

А после раздачи призов и фотографий на память именинник произнес речь:

– Приглашаю всех на следующий год. Дистанция на один километр сократится. Дойдем до одного километра, присядем на опушке леса, отхлебнем чайку и разработаем положение «Марафона» на следующие сто лет…

Возвращался домой. Вспоминал.

Однажды лыжный марафон был заменён легкоатлетическим кроссом: снега не было к 15 марта, подснежники уже вовсю цвели между сосен на «Олимпике». Однажды проходил, что называется, по колено в воде – этакий слалом! А сегодня – Бог мой, как на заказ. При этом 21 марта официальный лыжный сезон на «Олимпике» заканчивается, а ведь придется его продлевать, раз снег не унимается. Раз зима не передает весне эстафету. Ну и «Марафон - 100» –это уже не забава полтора десятка воронежских энтузиастов лыж во главе с Брязгуновым, это уже серьезное региональное соревнование, получившее признание.

Автор:Максим Макаров.

Источник: «Воронежская неделя», №11 (1944), 17.03.10г.