Array
(
[ID] => 90318
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-10 13:40:59.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 80
[WIDTH] => 80
[FILE_SIZE] => 28486
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/872
[FILE_NAME] => alone jgmecpg.JPG
[ORIGINAL_NAME] => alone jgmecpg.JPG
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => e9dd3736d01fe30ffec0242db477ea59
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/872/alone jgmecpg.JPG
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/872/alone jgmecpg.JPG
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/872/alone%20jgmecpg.JPG
[ALT] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[TITLE] => Новости
)
Array
(
[DETAIL_PICTURE] => Array
(
[ID] => 90319
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-10 13:40:59.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 400
[WIDTH] => 349
[FILE_SIZE] => 118202
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/fee
[FILE_NAME] => alone.jpg
[ORIGINAL_NAME] => alone.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 68411de748c94c196e80439acf820bdb
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/fee/alone.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/fee/alone.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/fee/alone.jpg
[ALT] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[TITLE] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
)
[~DETAIL_PICTURE] => 90319
[SHOW_COUNTER] => 1763
[~SHOW_COUNTER] => 1763
[ID] => 194800
[~ID] => 194800
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[IBLOCK_SECTION_ID] => 269
[~IBLOCK_SECTION_ID] => 269
[NAME] => Житейские истории. Слёзы…
[~NAME] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[ACTIVE_FROM] => 18.08.2009 09:39:53
[~ACTIVE_FROM] => 18.08.2009 09:39:53
[TIMESTAMP_X] => 10.12.2018 19:40:59
[~TIMESTAMP_X] => 10.12.2018 19:40:59
[DETAIL_PAGE_URL] => /obshchestvo/zhiteyskie_istorii-_slyezy_baby_tani/
[~DETAIL_PAGE_URL] => /obshchestvo/zhiteyskie_istorii-_slyezy_baby_tani/
[LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[~LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[DETAIL_TEXT] =>
С раннего детства она жила работой и заботами. Теперь – ожиданием
Мы с сынишкой шли по тихой улочке раскинувшегося вдоль Дона села. Возвращались с реки, где спасались от нестерпимого зноя. Разморенные, уставшие, но довольные свалившейся на нас праздной жизнью. Тимка, как всегда, болтал без умолку. Вечерело, солнце склонялось к горизонту.
- Вечер добрый, - поздоровались, проходя мимо, со стоявшей у изгороди бабулей. Ещё в детстве я запомнила непреложное правило: в деревне положено здороваться с пожилыми людьми. Всем, особенно таким, как мы, приехавшим на отдых.
- Добрый… - Она оперлась на лопату и пытливо осмотрела нас. – Не пойму, чьи вы будете? К кому приехали?
- Мы - со студентами, у них – практика, у нас – отпуск и каникулы.
- А-а… Ну, как, нравится?
- Ещё как! Разве такая красота может не нравиться? – искренне удивилась я.
- Это городским - красота, они отдыхать приезжают, да, как ты, с фотоаппаратом гулять, а нам - так одни хлопоты. Сад, огород, живность какая вот у людей есть… Некогда на красоту-то эту смотреть. Попривыкли уже…
Тимка воспользовался минутой и шмыгнул в соседний двор к мальчишкам, с которыми успел познакомиться несколько дней назад на речке. Бабуля пригласила меня присесть на лавочку.
- Садись-ка, отдохни… Вот жисть-то какая пошла!...Сижу дома одна и цельными днями плачу…
- Почему?
- Онна я... Дети поразъехались. Никто не наведывает меня. Никому не нужна. Вот и плачу…
Худенькая, сморщенная, с натруженными за долгую крестьянскую жизнь руками. Тёмными от солнца, с извилистыми, выпирающими, словно корни старого дерева, венами, с разбухшими костяшками пальцев.
- Натрудилась за жисть-то, на полях изработалась, - сказала она, перехватив мой взгляд. – Войну дитём пережила, детей четверых подняла, мужа вот три года назад схоронила…
Глаза моей собеседницы наполнились слезами. Этого мне никак не хотелось. С детства не могу спокойно смотреть, как плачут дети и старики. И те, и другие одинаковы в этот момент в своей беззащитности и зависимости от других.
- Как вас зовут? А то говорим-говорим, а познакомиться забыли, - спросила я не столько из вежливости, сколько, чтобы сменить тему.
- Таня… - не сказала, а, скорей, выдохнула она. – Семьдесят семь годов живу на земле, никак Господь не приберёт, молю, его молю… А он, видно, забыл про мене…
- Живите, баб Таня. Сколько Бог даёт, столько и живите. Больше отмеренного никто не получит.
- Какая в том радость? Никому не нужна. Дети разъехались, соседям тоже не до мене… Вот и плачу… Всю жисть, с малолетства маюсь… Надоело так-то…
Когда война пришла на воронежскую землю, мать Тани вместе с тремя детьми и другими односельчанами согнали в промерзшее поле и отправили в соседний район к ближайшему железнодорожному вокзалу. В сутолоке младший братишка оторвался от матери. Хорошо, бабка рядом шла, подхватила внучонка. Но потом и она потеряла. Два дня провели порознь. Думала мать, что не увидит больше сына. Но судьба сжалилась, свела их вместе на станции. Тут же повезло еще раз: угнать на работы в Германию не успели, наши солдаты отбили. Вернулись в село. А там ни кола, ни двора. Всё сгорело во время боёв. Вырыли землянку и начали жить сызнова.
- Сколь пережили тогда, что вынесли… Кто помогал, а кто наживался на горе людском. Помню, мать пошла в райцентр за картошкой, половину - нам на еду, остальное - на посев. Там под немцем не жили. Горя не видели. Всё у них было цело. Шла пешком через реку, весна, вымокла вся. Выменяла у онной бабы ведро картошки, принесла домой. Стала пересыпать, а там полно мороженой. Ели и плакали, ели и плакали… Разве можно так-то обманывать своих же? Наживаться на их горе…
Отрыдала мать над похоронкой, да ещё больше в работу впряглась. Трое на шее, есть каждый день хотят, и не один раз. Хорошо, дед с бабкой чем могли помогали. Не дали по миру пойти. В постоянном голоде, холоде пересилили войну. Работали от зари до зари. В поле больше детишек было, нежели взрослых. Да и взрослых-то - одни бабы да старики.
Поле, ферма, школа, дом. По такому кругу текла Танина жизнь, пока не посватался к ней соседний паренёк. Долго думать не стала, вышла замуж. Опять поле, ферма, дом, теперь - мужнин, муж, дети. Четверых родила: сына и дочек.
- Сына-то схоронила молодым, сорока ещё не вышло ему тогда, на машине ехал и разбился, - натруженные руки затеребили передник. – Дочки живут отдельно, никто с матерю жить не хочет, никому не нужна…
Снова слёзы в глазах. Сжалась как-то баб Таня, ещё меньше и незаметней стала.
- У них же дети, работа. У вас уже и правнуки, наверное, есть? – только бы плакать перестала.
- Старшая дочка внуков нянчит, конечно. Как без их?
- Так где же ей время найти? Вы же знаете, закрутишься, пробегаешь день-деньской, только соберешься позвонить или написать, как что-нибудь с кем-нибудь произойдёт. Отвлекут, потом и не вспомнишь, что хотела сделать. По себе знаю, сколько раз собиралась маме позвонить… А теперь уже поздно…
Слово за словом незаметно, как это бывает в разговоре с незнакомыми людьми, рассказала бабе Тане о своих проблемах-невзгодах. Она слушала, вздыхала:
- Надо же, сколь горя вокруг… Живёшь, не знаешь, кажется, что другим завсегда легче, чем тебе приходится.
- С огородом как, справляетесь?
- И не справляюсь вовсе. Что вырастет, то и съим. Сколь раз на ём падала, сознание теряла… Один раз так долго пролежала. Спасибо соседке, разглядела среди грядок мой платок, врачиху позвала. До детей не докричишься…
Слёзы. Снова и снова… Успокаивая, обняла её за плечи, взяла руки в свои.
- Добрая ты… - баб Таня вымученно улыбнулась краешками бескровных губ. – Таких теперь почти и не бывает.
- Встречаются, и много. Мир не без добрых людей. И ваши дети приедут. Только вот с делами управятся.
- Раньше всем нужна была. И начальству, когда надо было в поле спину гнуть, и детям, пока вместе в доме жили. А теперь онна, брошенная… Хоть в церкву хожу, к нам на праздники батюшка приезжает. Кое-как доплетусь, а стоять на ей, службе-то, не могу. Ноги не держат. Так и просижу на лавочке до конца… Время приспело, про Бога вспомнили все… Вот крестик у мене какой, на простой верёвочке. У тебе хороший, дорогущий, видать? А сынок-то хрещеный?
- Конечно.
- Раньше в пионеры да в комсомол шли, потом и в партию… А теперь все в церкву, всё одно нихто ничего не понимает. Молятся, а на сердце зависть и злоба…
- Не у всех…
- Может, и так, тебе лучше знать. Ты в городе живёшь, много кого видишь. Это у нас с кажным годом людей всё меньше становится. Едут и едут из села, скоро никого не останется. Развалили-порушили, изгадили, словно чужая земля под ногами. А теперь скитаются по миру, деньги лёгкие ищут…
Не стала спорить с баб Таней. Объяснять, что не всё, далеко не всё зависит в нашей жизни от простых людей. Была б их воля, большинство её односельчан продолжали бы возделывать землю, ухаживать за скотом, выращивать овощи. От хорошей жизни ещё никто с насиженного места не срывался.
- Как зимой-то живёте? – спросила её, заметив, что магистральная газовая ветка проходит мимо, не делая ответвления к старому дому.
- Да как? Грубку топлю?
- Грубку? Что это?
- Печка такая, не поймешь, если не видела. Хорошо, что воду с колонки во двор провели. А то раньше с ведерком ходила через дорогу. Два литра налью, больше не осилю. Грязь, лёд, я всё с им. Раз пять туда-сюда пробираюсь Хоть одна, а воды надо хоть пару ведер. Поисть приготовить, постирушку сделать. Раньше на реку стирать бегали, а теперь во двор выйти чижало. Когда ж отмучаюсь-то?
Солнце утонуло в домах, оставив вместо себя плотные, отягченные непродуваемой духотой сумерки. Помолчали. Я по-прежнему держала её руки в своих.
- Иди домой, совсем заговорела я тебе. Вот и сынок твой пришел, - произнесла она. – Наигрался? Я тож пойду, ужин приготовлю. А то в жару такую, какая днём, возле плиты не устоишь, кусок в горло не полезет. Ты приходи ещё, я тут кажный вечер сижу. Как солнце на ту сторону перевалит, я и выползаю в теньке посидеть…
- Хорошо, приду, - пообещала ей. – Завтра вечерком, как будем с реки идти.
- Добрая ты, - повторила она опять. – Я тебе чужая, а ты сидишь со мной, жалеешь мене…
- Держитесь, баб Таня, не плачьте больше. Скоро и ваши приедут, проведают…
- Ага-ага… - прошептала еле слышно. Не то себя успокоить хотела, не то меня…
На следующий день невесть откуда взявшийся шквалистый ветер помешал нам пойти на Дон. А в среду, проходя вечерком мимо скромного домика, мы с Тимкой обрадованно улыбнулись. По двору, забыв о невзгодах и болячках, сновала баба Таня.
- Мои приехали на три дня! - с радостью сообщила она. – Услышал Господь мои молитвы. Теперь дальше жить можно…
[~DETAIL_TEXT] =>
С раннего детства она жила работой и заботами. Теперь – ожиданием
Мы с сынишкой шли по тихой улочке раскинувшегося вдоль Дона села. Возвращались с реки, где спасались от нестерпимого зноя. Разморенные, уставшие, но довольные свалившейся на нас праздной жизнью. Тимка, как всегда, болтал без умолку. Вечерело, солнце склонялось к горизонту.
- Вечер добрый, - поздоровались, проходя мимо, со стоявшей у изгороди бабулей. Ещё в детстве я запомнила непреложное правило: в деревне положено здороваться с пожилыми людьми. Всем, особенно таким, как мы, приехавшим на отдых.
- Добрый… - Она оперлась на лопату и пытливо осмотрела нас. – Не пойму, чьи вы будете? К кому приехали?
- Мы - со студентами, у них – практика, у нас – отпуск и каникулы.
- А-а… Ну, как, нравится?
- Ещё как! Разве такая красота может не нравиться? – искренне удивилась я.
- Это городским - красота, они отдыхать приезжают, да, как ты, с фотоаппаратом гулять, а нам - так одни хлопоты. Сад, огород, живность какая вот у людей есть… Некогда на красоту-то эту смотреть. Попривыкли уже…
Тимка воспользовался минутой и шмыгнул в соседний двор к мальчишкам, с которыми успел познакомиться несколько дней назад на речке. Бабуля пригласила меня присесть на лавочку.
- Садись-ка, отдохни… Вот жисть-то какая пошла!...Сижу дома одна и цельными днями плачу…
- Почему?
- Онна я... Дети поразъехались. Никто не наведывает меня. Никому не нужна. Вот и плачу…
Худенькая, сморщенная, с натруженными за долгую крестьянскую жизнь руками. Тёмными от солнца, с извилистыми, выпирающими, словно корни старого дерева, венами, с разбухшими костяшками пальцев.
- Натрудилась за жисть-то, на полях изработалась, - сказала она, перехватив мой взгляд. – Войну дитём пережила, детей четверых подняла, мужа вот три года назад схоронила…
Глаза моей собеседницы наполнились слезами. Этого мне никак не хотелось. С детства не могу спокойно смотреть, как плачут дети и старики. И те, и другие одинаковы в этот момент в своей беззащитности и зависимости от других.
- Как вас зовут? А то говорим-говорим, а познакомиться забыли, - спросила я не столько из вежливости, сколько, чтобы сменить тему.
- Таня… - не сказала, а, скорей, выдохнула она. – Семьдесят семь годов живу на земле, никак Господь не приберёт, молю, его молю… А он, видно, забыл про мене…
- Живите, баб Таня. Сколько Бог даёт, столько и живите. Больше отмеренного никто не получит.
- Какая в том радость? Никому не нужна. Дети разъехались, соседям тоже не до мене… Вот и плачу… Всю жисть, с малолетства маюсь… Надоело так-то…
Когда война пришла на воронежскую землю, мать Тани вместе с тремя детьми и другими односельчанами согнали в промерзшее поле и отправили в соседний район к ближайшему железнодорожному вокзалу. В сутолоке младший братишка оторвался от матери. Хорошо, бабка рядом шла, подхватила внучонка. Но потом и она потеряла. Два дня провели порознь. Думала мать, что не увидит больше сына. Но судьба сжалилась, свела их вместе на станции. Тут же повезло еще раз: угнать на работы в Германию не успели, наши солдаты отбили. Вернулись в село. А там ни кола, ни двора. Всё сгорело во время боёв. Вырыли землянку и начали жить сызнова.
- Сколь пережили тогда, что вынесли… Кто помогал, а кто наживался на горе людском. Помню, мать пошла в райцентр за картошкой, половину - нам на еду, остальное - на посев. Там под немцем не жили. Горя не видели. Всё у них было цело. Шла пешком через реку, весна, вымокла вся. Выменяла у онной бабы ведро картошки, принесла домой. Стала пересыпать, а там полно мороженой. Ели и плакали, ели и плакали… Разве можно так-то обманывать своих же? Наживаться на их горе…
Отрыдала мать над похоронкой, да ещё больше в работу впряглась. Трое на шее, есть каждый день хотят, и не один раз. Хорошо, дед с бабкой чем могли помогали. Не дали по миру пойти. В постоянном голоде, холоде пересилили войну. Работали от зари до зари. В поле больше детишек было, нежели взрослых. Да и взрослых-то - одни бабы да старики.
Поле, ферма, школа, дом. По такому кругу текла Танина жизнь, пока не посватался к ней соседний паренёк. Долго думать не стала, вышла замуж. Опять поле, ферма, дом, теперь - мужнин, муж, дети. Четверых родила: сына и дочек.
- Сына-то схоронила молодым, сорока ещё не вышло ему тогда, на машине ехал и разбился, - натруженные руки затеребили передник. – Дочки живут отдельно, никто с матерю жить не хочет, никому не нужна…
Снова слёзы в глазах. Сжалась как-то баб Таня, ещё меньше и незаметней стала.
- У них же дети, работа. У вас уже и правнуки, наверное, есть? – только бы плакать перестала.
- Старшая дочка внуков нянчит, конечно. Как без их?
- Так где же ей время найти? Вы же знаете, закрутишься, пробегаешь день-деньской, только соберешься позвонить или написать, как что-нибудь с кем-нибудь произойдёт. Отвлекут, потом и не вспомнишь, что хотела сделать. По себе знаю, сколько раз собиралась маме позвонить… А теперь уже поздно…
Слово за словом незаметно, как это бывает в разговоре с незнакомыми людьми, рассказала бабе Тане о своих проблемах-невзгодах. Она слушала, вздыхала:
- Надо же, сколь горя вокруг… Живёшь, не знаешь, кажется, что другим завсегда легче, чем тебе приходится.
- С огородом как, справляетесь?
- И не справляюсь вовсе. Что вырастет, то и съим. Сколь раз на ём падала, сознание теряла… Один раз так долго пролежала. Спасибо соседке, разглядела среди грядок мой платок, врачиху позвала. До детей не докричишься…
Слёзы. Снова и снова… Успокаивая, обняла её за плечи, взяла руки в свои.
- Добрая ты… - баб Таня вымученно улыбнулась краешками бескровных губ. – Таких теперь почти и не бывает.
- Встречаются, и много. Мир не без добрых людей. И ваши дети приедут. Только вот с делами управятся.
- Раньше всем нужна была. И начальству, когда надо было в поле спину гнуть, и детям, пока вместе в доме жили. А теперь онна, брошенная… Хоть в церкву хожу, к нам на праздники батюшка приезжает. Кое-как доплетусь, а стоять на ей, службе-то, не могу. Ноги не держат. Так и просижу на лавочке до конца… Время приспело, про Бога вспомнили все… Вот крестик у мене какой, на простой верёвочке. У тебе хороший, дорогущий, видать? А сынок-то хрещеный?
- Конечно.
- Раньше в пионеры да в комсомол шли, потом и в партию… А теперь все в церкву, всё одно нихто ничего не понимает. Молятся, а на сердце зависть и злоба…
- Не у всех…
- Может, и так, тебе лучше знать. Ты в городе живёшь, много кого видишь. Это у нас с кажным годом людей всё меньше становится. Едут и едут из села, скоро никого не останется. Развалили-порушили, изгадили, словно чужая земля под ногами. А теперь скитаются по миру, деньги лёгкие ищут…
Не стала спорить с баб Таней. Объяснять, что не всё, далеко не всё зависит в нашей жизни от простых людей. Была б их воля, большинство её односельчан продолжали бы возделывать землю, ухаживать за скотом, выращивать овощи. От хорошей жизни ещё никто с насиженного места не срывался.
- Как зимой-то живёте? – спросила её, заметив, что магистральная газовая ветка проходит мимо, не делая ответвления к старому дому.
- Да как? Грубку топлю?
- Грубку? Что это?
- Печка такая, не поймешь, если не видела. Хорошо, что воду с колонки во двор провели. А то раньше с ведерком ходила через дорогу. Два литра налью, больше не осилю. Грязь, лёд, я всё с им. Раз пять туда-сюда пробираюсь Хоть одна, а воды надо хоть пару ведер. Поисть приготовить, постирушку сделать. Раньше на реку стирать бегали, а теперь во двор выйти чижало. Когда ж отмучаюсь-то?
Солнце утонуло в домах, оставив вместо себя плотные, отягченные непродуваемой духотой сумерки. Помолчали. Я по-прежнему держала её руки в своих.
- Иди домой, совсем заговорела я тебе. Вот и сынок твой пришел, - произнесла она. – Наигрался? Я тож пойду, ужин приготовлю. А то в жару такую, какая днём, возле плиты не устоишь, кусок в горло не полезет. Ты приходи ещё, я тут кажный вечер сижу. Как солнце на ту сторону перевалит, я и выползаю в теньке посидеть…
- Хорошо, приду, - пообещала ей. – Завтра вечерком, как будем с реки идти.
- Добрая ты, - повторила она опять. – Я тебе чужая, а ты сидишь со мной, жалеешь мене…
- Держитесь, баб Таня, не плачьте больше. Скоро и ваши приедут, проведают…
- Ага-ага… - прошептала еле слышно. Не то себя успокоить хотела, не то меня…
На следующий день невесть откуда взявшийся шквалистый ветер помешал нам пойти на Дон. А в среду, проходя вечерком мимо скромного домика, мы с Тимкой обрадованно улыбнулись. По двору, забыв о невзгодах и болячках, сновала баба Таня.
- Мои приехали на три дня! - с радостью сообщила она. – Услышал Господь мои молитвы. Теперь дальше жить можно…
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[~DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_TEXT] =>
[~PREVIEW_TEXT] => Мы с сынишкой шли по тихой улочке раскинувшегося вдоль Дона села. «Вечер добрый!» - поздоровались со стоявшей у изгороди бабулей. Бабуля пригласила меня присесть на лавочку.
«Садись-ка, отдохни… Вот жисть-то какая пошла.. Сижу дома одна и цельными днями плачу»… - «Почему?» - «Онна я... Дети поразъехались. Никто не наведывает меня...»
[PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_PICTURE] => Array
(
[ID] => 90318
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-10 13:40:59.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 80
[WIDTH] => 80
[FILE_SIZE] => 28486
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/872
[FILE_NAME] => alone jgmecpg.JPG
[ORIGINAL_NAME] => alone jgmecpg.JPG
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => e9dd3736d01fe30ffec0242db477ea59
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/872/alone%20jgmecpg.JPG
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/872/alone jgmecpg.JPG
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/872/alone%20jgmecpg.JPG
[ALT] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[TITLE] => Новости
)
[~PREVIEW_PICTURE] => 90318
[LANG_DIR] => /
[~LANG_DIR] => /
[SORT] => 500
[~SORT] => 500
[CODE] => zhiteyskie_istorii-_slyezy_baby_tani
[~CODE] => zhiteyskie_istorii-_slyezy_baby_tani
[EXTERNAL_ID] => 35830
[~EXTERNAL_ID] => 35830
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[LID] => ru
[~LID] => ru
[EDIT_LINK] =>
[DELETE_LINK] =>
[DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 18.08.2009 09:39
[FIELDS] => Array
(
[DETAIL_PICTURE] => Array
(
[ID] => 90319
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-10 13:40:59.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 400
[WIDTH] => 349
[FILE_SIZE] => 118202
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/fee
[FILE_NAME] => alone.jpg
[ORIGINAL_NAME] => alone.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 68411de748c94c196e80439acf820bdb
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/fee/alone.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/fee/alone.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/fee/alone.jpg
[ALT] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[TITLE] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
)
[SHOW_COUNTER] => 1763
)
[PROPERTIES] => Array
(
[REGION_ID] => Array
(
[ID] => 279
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Регион
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 40
[CODE] => REGION_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 37
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Регион
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[AUTHOR_ID] => Array
(
[ID] => 280
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Автор
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 50
[CODE] => AUTHOR_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 36
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Автор
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[SIGN] => Array
(
[ID] => 281
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Подпись
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 55
[CODE] => SIGN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Подпись
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[FORYANDEX] => Array
(
[ID] => 278
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Экспорт для Яндекса
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 90
[CODE] => FORYANDEX
[DEFAULT_VALUE] => Нет
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] => 220
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Экспорт для Яндекса
[~DEFAULT_VALUE] => Нет
)
[IS_MAIN] => Array
(
[ID] => 282
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Самая главная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 100
[CODE] => IS_MAIN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Самая главная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[IS_IMPORTANT] => Array
(
[ID] => 283
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Важная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 150
[CODE] => IS_IMPORTANT
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Важная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[WITH_WATERMARK] => Array
(
[ID] => 290
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-18 09:33:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Все фото с водяным знаком
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 200
[CODE] => WITH_WATERMARK
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Все фото с водяным знаком
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[MORE_PHOTO] => Array
(
[ID] => 284
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Фото
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 250
[CODE] => MORE_PHOTO
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Фото
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[TEXT] => Array
(
[ID] => 285
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Абзацы
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 300
[CODE] => TEXT
[DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] => ISWIN_HTML
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] => Array
(
[height] => 200
)
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Абзацы
[~DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
)
[CNT_LIKES] => Array
(
[ID] => 286
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1000
[CODE] => CNT_LIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[CNT_DISLIKES] => Array
(
[ID] => 287
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Не нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1001
[CODE] => CNT_DISLIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Не нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
)
[DISPLAY_PROPERTIES] => Array
(
)
[IPROPERTY_VALUES] => Array
(
[ELEMENT_META_TITLE] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[ELEMENT_META_DESCRIPTION] => Мы с сынишкой шли по тихой улочке раскинувшегося вдоль Дона села. «Вечер добрый!» - поздоровались со стоявшей у изгороди бабулей. Бабуля пригласила меня присесть на лавочку.
«Садись-ка, отдохни… Вот жисть-то какая пошла.. Сижу дома одна и цельными днями плачу»… - «Почему?» - «Онна я... Дети поразъехались. Никто не наведывает меня...»
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT] =>
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE] => Новости
[SECTION_META_TITLE] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[SECTION_META_DESCRIPTION] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани. - Главные новости Воронежа и области
)
[RES_MOD] => Array
(
[TITLE] => Житейские истории. Слёзы бабы Тани.
[SECTIONS] => Array
(
[269] => Array
(
[ID] => 269
[~ID] => 269
[IBLOCK_ELEMENT_ID] => 194800
[~IBLOCK_ELEMENT_ID] => 194800
[NAME] => Общество
[~NAME] => Общество
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[SECTION_PAGE_URL] => /obshchestvo/
[~SECTION_PAGE_URL] => /obshchestvo/
[CODE] => obshchestvo
[~CODE] => obshchestvo
[EXTERNAL_ID] => 142
[~EXTERNAL_ID] => 142
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[GLOBAL_ACTIVE] => Y
[~GLOBAL_ACTIVE] => Y
)
)
[IS_ADV] =>
[CONTROL_ID] => bx_4182259225_194800
[CNT_LIKES] => 0
[ACTIVE_FROM_TITLE] => 18.08.2009 09:39:53
)
)