Array
(
[ID] => 62886
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-05 06:50:33.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 508
[WIDTH] => 350
[FILE_SIZE] => 127962
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/e92
[FILE_NAME] => yaya.jpg
[ORIGINAL_NAME] => yaya.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 6c988045472bc3b303d484206bf3650a
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[ALT] => Житейские истории. Яяка
[TITLE] => Житейские истории. Яяка
)
Array
(
[DETAIL_PICTURE] => Array
(
[ID] => 62886
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-05 06:50:33.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 508
[WIDTH] => 350
[FILE_SIZE] => 127962
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/e92
[FILE_NAME] => yaya.jpg
[ORIGINAL_NAME] => yaya.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 6c988045472bc3b303d484206bf3650a
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[ALT] => Житейские истории. Яяка
[TITLE] => Житейские истории. Яяка
)
[~DETAIL_PICTURE] => 62886
[SHOW_COUNTER] => 2803
[~SHOW_COUNTER] => 2803
[ID] => 195762
[~ID] => 195762
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[IBLOCK_SECTION_ID] => 269
[~IBLOCK_SECTION_ID] => 269
[NAME] => Житейские истории. Яяка
[~NAME] => Житейские истории. Яяка
[ACTIVE_FROM] => 22.07.2009 09:44:44
[~ACTIVE_FROM] => 22.07.2009 09:44:44
[TIMESTAMP_X] => 05.12.2018 12:50:33
[~TIMESTAMP_X] => 05.12.2018 12:50:33
[DETAIL_PAGE_URL] => /obshchestvo/zhiteyskie_istorii-_yayaka/
[~DETAIL_PAGE_URL] => /obshchestvo/zhiteyskie_istorii-_yayaka/
[LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[~LIST_PAGE_URL] => /novosti/
[DETAIL_TEXT] => Имя у него было самое обычное и распространённое по всей России – Иван. Но по имени в деревнях люди обращаются при личных встречах. А чаще за глаза, когда нужно бывает о ком-то расспросить, вслед за именем употребляется прозвище, или даже без имени, сразу его употребляют, тогда становится ясно, о ком идёт речь.
Броским и ярким словцом, не всегда обидным, кстати, заменяются и имя, и фамилия. Как правило, о прозвище не говорят как о кличке в нашем понимании, а спрашивают мягко и как-то не обидно – как того или другого по-уличному звать?
Ну а Ивана звали – Яяка. Воспитывал он троих детей, был вдовцом. Почему такое прозвище он носил? Да кто ж его знает, только намёк-то некоторый в этом слове есть.
Трудно одному поднять троих. И стадо пас, и в колхозе работал, всё, что мог, – испытал. Годам к сорока пяти потянуло его в церковь. И зачастил он в соседнее село на службу, своей-то церкви в селе не было – разрушили. А детки-то подрастали, девчонки заневестились – жизнь. Стал Яяка ходить мёртвых отпевать. Дадут ему, сколько надо, за труд – он и доволен: хоть и не велик приработок, да всё - в семью.
Соседи его за божьего человека не считали, видели слабости его духовные, видели и охоту к деньгам. Да и недалёк он был в познании Бога, даже по мнению тех же соседей. Хотя, известно, человеческая мерка - не Божия. Трудно человеку угодить.
Прошло какое-то время, батюшка стал доверять ему больше и больше. Но сердобольные старушки говорили, что нечист Иван на руку. Священник был умный и долго не доверял слухам, но однажды всё же решил проверить Ивана. Так вот, когда служба кончилась, сел он тихонько за ширму в алтаре, а блюдо с деньгами поставил на стол. Иван должен был прибраться в храме, доложить дьякону и ехать домой. Входить в алтарь батюшка не позволял посторонним, и Иван это знал.
Сел батюшка за ширму, а сам думает: упаси, Господи, раба Твоего Ивана от искушения, а меня, грешного, прости за то, что сижу, караулю его! Прости и за тарелку, моей рукой поставленную.
А в зале меж тем слышались звуки уборки, стулья, ведро – всё говорило само за себя. Спустя некоторое время всё стихло. Батюшка подождал, громко выдохнул, будто сам победил искушение. Встал - и тут в щель увидел лицо Ивана. Тот осторожно вошёл в алтарь, внимание его сразу привлекла тарелка, он приблизился к ней. «Стой!» - хотел крикнуть батюшка, но почему-то промолчал. Иван загрёб ладонью мелочь, сыпанул в карман и вышел. «Иван! – выдохнул священник. – Стой, Иван!»
Яяка остановился, лицо его горело, сам он дрожал, как осиновый лист, а взглянуть на батюшку не смел. «Иван, ты согрешил, - сказал батюшка. – Я отлучаю тебя от помощи по храму, но в храм ходи, Иван, грешен ты».
Иван достал из кармана горсть медяков и белых, разжал руку, храм наполнился звоном, будто десятки медных маленьких кинвалов прохохотали в лицо чему-то святому и чистому, что было в его душе.
Он вышел из храма и пошёл домой. На остановку заходить не стал - или не мог, кто знает?
Селяне, дождавшись автобуса, видели Яяку на дороге: шёл он пешком, вытирая слёзы. Люди уж знали, в чём дело. Кто-то шептал: плачет! гляди, плачет!.. Кто-то бурчал: придуривается, заплачет такой, жди!..
Было ли это крушение Веры? Были ли это слёзы? А если были, то о чём? Кто может сказать… Кто знает сердце человеческое и что в нём. Но по селу сложилось мнение: приспособленец Яяка, халявщик. Детям его было тяжело – ведь отец же. Видели они, да иногда и слышали, укор селян – люди не умеют прощать, – мучились, понятное дело. Как ни тяжело детям переносить стыд за родителей, да делать нечего. Время, однако, лечит.
Вначале Яяка старался не показываться на улицу – стыдился. Потом обвыкся, но свои привычки церковные оставил, стал ругаться матом, старался быть во всём похожим на других. Из колхозной фермы для телёнка таскал силос. А люди, что ж, поговорили – и забыли. Только священник из Большого Бора наказывал с людьми приехать. Звал, да Яяка не хотел и всякий раз бранил священника за глаза. А за что, спросить? Может, за то, что грех его открыл, а может – для людей.
Годы шли, дети у него выросли, помогал он им, как мог. Тянул, чтобы всё было, как у людей, значит.
Вот как-то ночью сельповский сторож Валюшин (это по-уличному, а так – Николай) обходил территорию, охраняя кафе и два магазина. Вошёл во двор кафе и, к великому удивлению своему, увидел, что глазок в окне кафе выставлен. Надо сказать, что был он любителем крепких напитков, потому и не испугался - ему это могло показаться. Подошёл ближе – ан нет, точно, глазка нет! Он тихонько, тихонько, да к телефону – звонить в район.
Милиция приехала утром, опросила Валюшина, написали протокол – всё, как надо. Следствие пошло, но никто и не сомневался, что опять не найдут вора, так как ограбление это было не первым. Каково же было удивление селян, когда через месяц «воронок» подъехал к дому Яяки. Вывели его в наручниках, дом закрыли и повезли его в район. Ключи от дома отдали в сельсовет. Село отреагировало по-своему. «Ясно теперь, - говорили бабы, - какой он верующий! Теперь уж понятно». Рассказали батюшке. «Бог ему судья», - только и сказал тот.
Судили Яяку показательным судом в клубе. Не пощадили, не пожалели детей, хоть и выросли они уже. Привезли в клуб в наручниках, как большого преступника. Людей набилось в клуб – тьма. А он, опустив голову, коротко отвечал на вопросы. Тяжело было стоять перед всеми в свете электрических лампочек, когда вокруг столько судей. Поднял он голову однажды, будто ища поддержки, поглядел в зал, да только кто ж такого поддержит?
А дети на судилище не пришли. Так больше ни разу в зал он и не взглянул. В последнем слове сказал коротко: «Вину признаю».
Дали ему шесть лет. Хорошо ещё, не конфисковали имущество, хоть какая-то милость.
Бабулька одна подошла в Бору к священнику: «Батюшка, Иуду-то нашего на шесть годков посадили!..» Посмотрел он на неё, да ничего и не ответил, вышел только вон из храма.
Понемногу село успокоилось и зажило своей привычной жизнью. Всё реже и реже вспоминалось о Яяке, понятное дело – заботы. Годы летели. Но вот однажды ранней весной по деревне прошёл слух: Яяка вернулся. Отсидел полностью свой срок и вернулся.
И действительно, он приехал. Постарел, поседел. Видел я его как-то, поздоровался, а он промолчал. Вторично встретил его у разрушенного дома, поздоровался – молчит. Подошёл, тронул его за плечо, он разогнулся – голубые глаза его выцвели, передних зубов нет. «Здорово, дядь Вань!» Он едва улыбнулся: «А, это ты, не слышу я, значит, совсем, так вот случилось. В тюрьме потерял слух начисто, вот так вот…»
Я покричал ему ещё что-то, да он так и не понял.
Запал он мне в душу: да была ли у него вера, а если была, разве могла она хоть сколько-то остаться в нём после всего этого? В церковь он так и не стал ходить, выпивал, но не так уж, чтоб сильно.
И вот как-то в зиму вечером проходил я по улице. Было уже довольно темно и холодно. Поравнялся я с домом Яяки, глянул на открытые окна, а он стоит перед иконами и крестится и поклоняется, губами двигает – молится. Постоял я немного, посмотрел. А он закончил молитву, протянул руку и выключил свет, потом подошёл к окну и взглянул на улицу, лунный свет слегка озарил его лицо. Увидев меня, Яяка то ли улыбнулся, то ли поморщился, а я, кивнув ему, пошёл своей дорогой.
Неужели, Господи, в таком невежестве и в таких грехах можешь Ты сохранить хоть какую-то каплю веры в человеке?
Неужели искра Твоя не угасла, есть ещё надежда Ивану, мне, да и всей нашей России? Милостив Ты и воистину Господь всех!
Помилуй нас, Господи! Иваны мы, и все до одного – Яяки.
[~DETAIL_TEXT] => Имя у него было самое обычное и распространённое по всей России – Иван. Но по имени в деревнях люди обращаются при личных встречах. А чаще за глаза, когда нужно бывает о ком-то расспросить, вслед за именем употребляется прозвище, или даже без имени, сразу его употребляют, тогда становится ясно, о ком идёт речь.
Броским и ярким словцом, не всегда обидным, кстати, заменяются и имя, и фамилия. Как правило, о прозвище не говорят как о кличке в нашем понимании, а спрашивают мягко и как-то не обидно – как того или другого по-уличному звать?
Ну а Ивана звали – Яяка. Воспитывал он троих детей, был вдовцом. Почему такое прозвище он носил? Да кто ж его знает, только намёк-то некоторый в этом слове есть.
Трудно одному поднять троих. И стадо пас, и в колхозе работал, всё, что мог, – испытал. Годам к сорока пяти потянуло его в церковь. И зачастил он в соседнее село на службу, своей-то церкви в селе не было – разрушили. А детки-то подрастали, девчонки заневестились – жизнь. Стал Яяка ходить мёртвых отпевать. Дадут ему, сколько надо, за труд – он и доволен: хоть и не велик приработок, да всё - в семью.
Соседи его за божьего человека не считали, видели слабости его духовные, видели и охоту к деньгам. Да и недалёк он был в познании Бога, даже по мнению тех же соседей. Хотя, известно, человеческая мерка - не Божия. Трудно человеку угодить.
Прошло какое-то время, батюшка стал доверять ему больше и больше. Но сердобольные старушки говорили, что нечист Иван на руку. Священник был умный и долго не доверял слухам, но однажды всё же решил проверить Ивана. Так вот, когда служба кончилась, сел он тихонько за ширму в алтаре, а блюдо с деньгами поставил на стол. Иван должен был прибраться в храме, доложить дьякону и ехать домой. Входить в алтарь батюшка не позволял посторонним, и Иван это знал.
Сел батюшка за ширму, а сам думает: упаси, Господи, раба Твоего Ивана от искушения, а меня, грешного, прости за то, что сижу, караулю его! Прости и за тарелку, моей рукой поставленную.
А в зале меж тем слышались звуки уборки, стулья, ведро – всё говорило само за себя. Спустя некоторое время всё стихло. Батюшка подождал, громко выдохнул, будто сам победил искушение. Встал - и тут в щель увидел лицо Ивана. Тот осторожно вошёл в алтарь, внимание его сразу привлекла тарелка, он приблизился к ней. «Стой!» - хотел крикнуть батюшка, но почему-то промолчал. Иван загрёб ладонью мелочь, сыпанул в карман и вышел. «Иван! – выдохнул священник. – Стой, Иван!»
Яяка остановился, лицо его горело, сам он дрожал, как осиновый лист, а взглянуть на батюшку не смел. «Иван, ты согрешил, - сказал батюшка. – Я отлучаю тебя от помощи по храму, но в храм ходи, Иван, грешен ты».
Иван достал из кармана горсть медяков и белых, разжал руку, храм наполнился звоном, будто десятки медных маленьких кинвалов прохохотали в лицо чему-то святому и чистому, что было в его душе.
Он вышел из храма и пошёл домой. На остановку заходить не стал - или не мог, кто знает?
Селяне, дождавшись автобуса, видели Яяку на дороге: шёл он пешком, вытирая слёзы. Люди уж знали, в чём дело. Кто-то шептал: плачет! гляди, плачет!.. Кто-то бурчал: придуривается, заплачет такой, жди!..
Было ли это крушение Веры? Были ли это слёзы? А если были, то о чём? Кто может сказать… Кто знает сердце человеческое и что в нём. Но по селу сложилось мнение: приспособленец Яяка, халявщик. Детям его было тяжело – ведь отец же. Видели они, да иногда и слышали, укор селян – люди не умеют прощать, – мучились, понятное дело. Как ни тяжело детям переносить стыд за родителей, да делать нечего. Время, однако, лечит.
Вначале Яяка старался не показываться на улицу – стыдился. Потом обвыкся, но свои привычки церковные оставил, стал ругаться матом, старался быть во всём похожим на других. Из колхозной фермы для телёнка таскал силос. А люди, что ж, поговорили – и забыли. Только священник из Большого Бора наказывал с людьми приехать. Звал, да Яяка не хотел и всякий раз бранил священника за глаза. А за что, спросить? Может, за то, что грех его открыл, а может – для людей.
Годы шли, дети у него выросли, помогал он им, как мог. Тянул, чтобы всё было, как у людей, значит.
Вот как-то ночью сельповский сторож Валюшин (это по-уличному, а так – Николай) обходил территорию, охраняя кафе и два магазина. Вошёл во двор кафе и, к великому удивлению своему, увидел, что глазок в окне кафе выставлен. Надо сказать, что был он любителем крепких напитков, потому и не испугался - ему это могло показаться. Подошёл ближе – ан нет, точно, глазка нет! Он тихонько, тихонько, да к телефону – звонить в район.
Милиция приехала утром, опросила Валюшина, написали протокол – всё, как надо. Следствие пошло, но никто и не сомневался, что опять не найдут вора, так как ограбление это было не первым. Каково же было удивление селян, когда через месяц «воронок» подъехал к дому Яяки. Вывели его в наручниках, дом закрыли и повезли его в район. Ключи от дома отдали в сельсовет. Село отреагировало по-своему. «Ясно теперь, - говорили бабы, - какой он верующий! Теперь уж понятно». Рассказали батюшке. «Бог ему судья», - только и сказал тот.
Судили Яяку показательным судом в клубе. Не пощадили, не пожалели детей, хоть и выросли они уже. Привезли в клуб в наручниках, как большого преступника. Людей набилось в клуб – тьма. А он, опустив голову, коротко отвечал на вопросы. Тяжело было стоять перед всеми в свете электрических лампочек, когда вокруг столько судей. Поднял он голову однажды, будто ища поддержки, поглядел в зал, да только кто ж такого поддержит?
А дети на судилище не пришли. Так больше ни разу в зал он и не взглянул. В последнем слове сказал коротко: «Вину признаю».
Дали ему шесть лет. Хорошо ещё, не конфисковали имущество, хоть какая-то милость.
Бабулька одна подошла в Бору к священнику: «Батюшка, Иуду-то нашего на шесть годков посадили!..» Посмотрел он на неё, да ничего и не ответил, вышел только вон из храма.
Понемногу село успокоилось и зажило своей привычной жизнью. Всё реже и реже вспоминалось о Яяке, понятное дело – заботы. Годы летели. Но вот однажды ранней весной по деревне прошёл слух: Яяка вернулся. Отсидел полностью свой срок и вернулся.
И действительно, он приехал. Постарел, поседел. Видел я его как-то, поздоровался, а он промолчал. Вторично встретил его у разрушенного дома, поздоровался – молчит. Подошёл, тронул его за плечо, он разогнулся – голубые глаза его выцвели, передних зубов нет. «Здорово, дядь Вань!» Он едва улыбнулся: «А, это ты, не слышу я, значит, совсем, так вот случилось. В тюрьме потерял слух начисто, вот так вот…»
Я покричал ему ещё что-то, да он так и не понял.
Запал он мне в душу: да была ли у него вера, а если была, разве могла она хоть сколько-то остаться в нём после всего этого? В церковь он так и не стал ходить, выпивал, но не так уж, чтоб сильно.
И вот как-то в зиму вечером проходил я по улице. Было уже довольно темно и холодно. Поравнялся я с домом Яяки, глянул на открытые окна, а он стоит перед иконами и крестится и поклоняется, губами двигает – молится. Постоял я немного, посмотрел. А он закончил молитву, протянул руку и выключил свет, потом подошёл к окну и взглянул на улицу, лунный свет слегка озарил его лицо. Увидев меня, Яяка то ли улыбнулся, то ли поморщился, а я, кивнув ему, пошёл своей дорогой.
Неужели, Господи, в таком невежестве и в таких грехах можешь Ты сохранить хоть какую-то каплю веры в человеке?
Неужели искра Твоя не угасла, есть ещё надежда Ивану, мне, да и всей нашей России? Милостив Ты и воистину Господь всех!
Помилуй нас, Господи! Иваны мы, и все до одного – Яяки.
[DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[~DETAIL_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_TEXT] =>
[~PREVIEW_TEXT] => Поравнялся я с домом Яяки, глянул на открытые окна, а он стоит перед иконами и крестится и поклоняется, губами двигает – молится. Неужели, Господи, в таком невежестве и в таких грехах можешь Ты сохранить хоть какую-то каплю веры в человеке?
[PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[~PREVIEW_TEXT_TYPE] => html
[PREVIEW_PICTURE] =>
[~PREVIEW_PICTURE] =>
[LANG_DIR] => /
[~LANG_DIR] => /
[SORT] => 500
[~SORT] => 500
[CODE] => zhiteyskie_istorii-_yayaka
[~CODE] => zhiteyskie_istorii-_yayaka
[EXTERNAL_ID] => 35288
[~EXTERNAL_ID] => 35288
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[LID] => ru
[~LID] => ru
[EDIT_LINK] =>
[DELETE_LINK] =>
[DISPLAY_ACTIVE_FROM] => 22.07.2009 09:44
[FIELDS] => Array
(
[DETAIL_PICTURE] => Array
(
[ID] => 62886
[TIMESTAMP_X] => Bitrix\Main\Type\DateTime Object
(
[value:protected] => DateTime Object
(
[date] => 2018-12-05 06:50:33.000000
[timezone_type] => 3
[timezone] => UTC
)
)
[MODULE_ID] => iblock
[HEIGHT] => 508
[WIDTH] => 350
[FILE_SIZE] => 127962
[CONTENT_TYPE] => image/jpeg
[SUBDIR] => iblock/e92
[FILE_NAME] => yaya.jpg
[ORIGINAL_NAME] => yaya.jpg
[DESCRIPTION] =>
[HANDLER_ID] =>
[EXTERNAL_ID] => 6c988045472bc3b303d484206bf3650a
[~src] =>
[SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[UNSAFE_SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[SAFE_SRC] => /upload/iblock/e92/yaya.jpg
[ALT] => Житейские истории. Яяка
[TITLE] => Житейские истории. Яяка
)
[SHOW_COUNTER] => 2803
)
[PROPERTIES] => Array
(
[REGION_ID] => Array
(
[ID] => 279
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Регион
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 40
[CODE] => REGION_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 37
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Регион
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[AUTHOR_ID] => Array
(
[ID] => 280
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Автор
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 50
[CODE] => AUTHOR_ID
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => E
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 36
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Автор
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[SIGN] => Array
(
[ID] => 281
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Подпись
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 55
[CODE] => SIGN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Подпись
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[FORYANDEX] => Array
(
[ID] => 278
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:37:30
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Экспорт для Яндекса
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 90
[CODE] => FORYANDEX
[DEFAULT_VALUE] => Нет
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] => 220
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Экспорт для Яндекса
[~DEFAULT_VALUE] => Нет
)
[IS_MAIN] => Array
(
[ID] => 282
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Самая главная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 100
[CODE] => IS_MAIN
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Самая главная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[IS_IMPORTANT] => Array
(
[ID] => 283
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-14 14:39:11
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Важная
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 150
[CODE] => IS_IMPORTANT
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Важная
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[WITH_WATERMARK] => Array
(
[ID] => 290
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-18 09:33:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Все фото с водяным знаком
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 200
[CODE] => WITH_WATERMARK
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => L
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => C
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[VALUE_ENUM_ID] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Все фото с водяным знаком
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[MORE_PHOTO] => Array
(
[ID] => 284
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Фото
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 250
[CODE] => MORE_PHOTO
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => F
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] => jpg, gif, bmp, png, jpeg
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Фото
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[TEXT] => Array
(
[ID] => 285
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Абзацы
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 300
[CODE] => TEXT
[DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
[PROPERTY_TYPE] => S
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => Y
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] => ISWIN_HTML
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] => Array
(
[height] => 200
)
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Абзацы
[~DEFAULT_VALUE] => Array
(
[TEXT] =>
[TYPE] => HTML
)
)
[CNT_LIKES] => Array
(
[ID] => 286
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1000
[CODE] => CNT_LIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
[CNT_DISLIKES] => Array
(
[ID] => 287
[TIMESTAMP_X] => 2018-12-06 06:38:44
[IBLOCK_ID] => 52
[NAME] => Кол-во "Не нравится"
[ACTIVE] => Y
[SORT] => 1001
[CODE] => CNT_DISLIKES
[DEFAULT_VALUE] =>
[PROPERTY_TYPE] => N
[ROW_COUNT] => 1
[COL_COUNT] => 30
[LIST_TYPE] => L
[MULTIPLE] => N
[XML_ID] =>
[FILE_TYPE] =>
[MULTIPLE_CNT] => 5
[TMP_ID] =>
[LINK_IBLOCK_ID] => 0
[WITH_DESCRIPTION] => N
[SEARCHABLE] => N
[FILTRABLE] => N
[VERSION] => 1
[USER_TYPE] =>
[IS_REQUIRED] => N
[USER_TYPE_SETTINGS] =>
[HINT] =>
[PROPERTY_VALUE_ID] =>
[VALUE] =>
[DESCRIPTION] =>
[VALUE_ENUM] =>
[VALUE_XML_ID] =>
[VALUE_SORT] =>
[~VALUE] =>
[~DESCRIPTION] =>
[~NAME] => Кол-во "Не нравится"
[~DEFAULT_VALUE] =>
)
)
[DISPLAY_PROPERTIES] => Array
(
)
[IPROPERTY_VALUES] => Array
(
[ELEMENT_META_TITLE] => Житейские истории. Яяка
[ELEMENT_META_DESCRIPTION] => Поравнялся я с домом Яяки, глянул на открытые окна, а он стоит перед иконами и крестится и поклоняется, губами двигает – молится. Неужели, Господи, в таком невежестве и в таких грехах можешь Ты сохранить хоть какую-то каплю веры в человеке?
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_ALT] =>
[ELEMENT_PREVIEW_PICTURE_FILE_TITLE] => Новости
[SECTION_META_TITLE] => Житейские истории. Яяка
[SECTION_META_DESCRIPTION] => Житейские истории. Яяка - Главные новости Воронежа и области
)
[RES_MOD] => Array
(
[TITLE] => Житейские истории. Яяка
[SECTIONS] => Array
(
[269] => Array
(
[ID] => 269
[~ID] => 269
[IBLOCK_ELEMENT_ID] => 195762
[~IBLOCK_ELEMENT_ID] => 195762
[NAME] => Общество
[~NAME] => Общество
[IBLOCK_ID] => 52
[~IBLOCK_ID] => 52
[SECTION_PAGE_URL] => /obshchestvo/
[~SECTION_PAGE_URL] => /obshchestvo/
[CODE] => obshchestvo
[~CODE] => obshchestvo
[EXTERNAL_ID] => 142
[~EXTERNAL_ID] => 142
[IBLOCK_TYPE_ID] => news
[~IBLOCK_TYPE_ID] => news
[IBLOCK_CODE] => novosti
[~IBLOCK_CODE] => novosti
[IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[~IBLOCK_EXTERNAL_ID] => 29
[GLOBAL_ACTIVE] => Y
[~GLOBAL_ACTIVE] => Y
)
)
[IS_ADV] =>
[CONTROL_ID] => bx_4182259225_195762
[CNT_LIKES] => 0
[ACTIVE_FROM_TITLE] => 22.07.2009 09:44:44
)
)
