Общество
Человек и его дело. Честь смолоду
07.12.2006 00:00
И сумел-таки председатель райпрофсожа Баяндин убедить тогда собрание. В третий раз поднявшись на трибуну конференции по принятию коллективного договора Воронежского отделения дороги, он рубил горячо и ответственно: «В моем подъезде проживает Николай Скоморохов, слесарь вагонного депо Отрожка с полутора десятками детей, мал-мала меньше. Спасибо государству, соответствующим жильем оно их обеспечило. По закону раз в год мы этой многодетной семье тоже можем оказать помощь в размере оклада родителей и, к сожалению, не более того...»
И сумел-таки председатель райпрофсожа Баяндин убедить тогда собрание. В третий раз поднявшись на трибуну конференции по принятию коллективного договора Воронежского отделения дороги, он рубил горячо и ответственно:
- В моем подъезде проживает Николай Скоморохов, слесарь вагонного депо Отрожка с полутора десятками детей, мал-мала меньше. Спасибо государству, соответствующим жильем оно их обеспечило. По закону раз в год мы этой многодетной семье тоже можем оказать помощь в размере оклада родителей и, к сожалению, не более того. Но вы же понимаете, что это – сущая мелочь. Я предлагаю в течение всего года компенсировать им расходы хотя бы на самое необходимое – хлеб и молоко. Неужели мы не в состоянии всем отделением прокормить чуть ли не единственную в России столь многодетную семью?
Убедил тогда Виктор Яковлевич делегатов конференции. Приняли они решение ежедневно оплачивать детям на пропитание семь буханок хлеба и столько же литров молока. Для семейного бюджета Скомороховых это была ощутимая подмога. А участвовавший в работе конференции бывший в то время начальником Юго-Восточной дороги Василий Шевандин не только аплодисментами поддержал добрую заботу профсоюзного вожака о людях: многодетной семье руководство магистрали подарило списанный микроавтобус – чтобы было на чем съездить по хозяйственной надобности или вывезти всю малокалиберную ораву на природу. Райпрофсож потом и место в райисполкоме «выбил» под гараж рядом с домом, а дорога взялась его построить.
…Род Баяндиных не баловала жизнь плавными поворотами. Дед Виктора по матери, справный донской казак, в лихие времена сплошной коллективизации и расказачивания со всей семьей был выслан в пермские леса. От лютого голода сгинули родители, один за другим и шестеро их детей. Лишь в этой стылой пропасти повезло матери будущего Виктора, Ефросинье Николаевне – нашлись добрые люди с бескорыстным куском ржаного хлеба.
Отец, Яков Васильевич, по фронтовым дорогам до победного дня не дошагал, после жестокой контузии пришел домой, списанный из боев вчистую. В 44-м, после многолетней высылки, приехали вновь обживать полузабытую родину – тихий Дон. Тут, в год окончания войны, и родился у них Виктор.
- Отец пожил всего 53 года, - Виктор Яковлевич окунается в детство, как по осени в холодную донскую воду. – Слишком тяжела была та контузия. А мать работала в Мальчевском лесничестве Ростовской области.
Что ни говори, а в лесу в те послевоенные годы прожить было полегче. Он и накормит, и согреет. Управлялась работящая казачка на покосе, на делянке с житом, на подворье – троих детей, кроме нее, никто не поднимет.
- И ведь в то время трудами матери мы с сестрами не бедствовали, - замечает Виктор Яковлевич. – Более того, что оставалось из продуктов, мать бескорыстно раздавала нуждающимся. Помнила она тот кусок ржаного хлеба в свою пермскую погибель. «С голодного деньги брать – великий грех, - учила она Виктора. – Живи по совести, сынок. И будешь ты самым богатым человеком». Я ту материнскую науку сызмальства вот до этих седых волос запомнил.
По нелегким строчкам биографии складывалась его судьба. После десятилетки пошел столярничать в вагонное депо Миллерово. Через год поступил в Харьковский институт инженеров транспорта на механический факультет вагоностроения и вагонного хозяйства.
- Помните, в то время был всесоюзный призыв «Комсомол! Даешь Тюмень – Сургут!» - в глазах Баяндина отблеск того молодого задора. – Мы отправлялись туда во время каникул целыми поездами. Первый раз работал монтером пути – строили примыкание к станции Войновка и местному аэропорту. А остальные три поездки – вальщиком леса. По 12 часов в день с бензопилой «Дружба». И я благодарен судьбе за те времена. Она втянула меня в нелегкую, но не приукрашенную жизнь. Мы, студенты, учились организовывать труд, сбивать бригады в коллектив, налаживать быт, не бояться самостоятельности. Да и деньги смолоду своими мозолями зарабатывать.
Давно знаю Баяндина, слышал о нем разное: самостоятельный, настойчивый до упорства, ершистый, резкий и несговорчивый за правду. Вот и оттуда, видать, это пошло. Попробуй полдня, облепленный таежным гнусом, с ревущей бензопилой в руках быть сговорчивым с вековой, в два обхвата, елью. Тут если не ты ее повалишь, то она тебя.
А в один из приездов в родительский дом в Мальчевской приметил Виктор хорошую местную девчонку. И когда только вырасти успела, вон уже, пригожая, в девятом классе учится. Так и запала в сердце. И объявил он Тамаре:
- Кончу институт, станешь моей женой.
Сказал – и сделал. Ее родители было всполошились:
- Да как же так? Девке еще два года учиться в волгоградском строительном вузе.
- Одно другому не помеха, - резонно рассудил Виктор. Из заработанных на лесоповале 500 рублей справил себе жениховский костюм, купил обручальные кольца. Тамара после свадьбы поехала учиться дальше, а выпускник-железнодорожник – бригадиром тележечного цеха в Лиховское вагонное депо. Вскоре – мастер. Потом старший мастер. Через два года после окончания учебы к нему в Лихую приехала и Тамара.
- Мне всю жизнь везло на хороших людей, начиная с матери и жены, - улыбается Баяндин. – Прекрасным человеком оказался и начальник депо Подвигин. Я до сих пор влюблен в Николая Григорьевича. Он дал мне понимание человеческой порядочности. А как молодого специалиста учил не бояться производственных и житейских трудностей.
Крутые, без ковровых дорожек ступени служебной лестницы достались Виктору Баяндину. Она и привела его в начале 87-го года в председатели райпрофсожа Воронежского отделения Юго-Восточной дороги. На отчетно-выборной конференции 47 делегатов высказались за его кандидатуру против четверых. Семь лет возглавлял он отделенческую профсоюзную организацию. Тут-то в полной мере и проявилась его принципиальность, настойчивость и неуступчивость в принятии объективного решения. Во времена махрового блата и тотального дефицита как отстоять правду рядового честняги-труженика, которому так же нужны квартира, машина, путевка в санаторий, лечение ребенка или вон, как Скомороховым – постоянная материальная поддержка?
- Это была настоящая служба людям, - без всякого пафоса замечает Баяндин. – Спасибо материнской науке. И хотя мою прямоту кое-где считают недостатком, никто не может обвинить меня в необъективности, нечестности, хапужестве. Помните, как Верещагин сказал в «Белом солнце пустыни»: «Я мзду не беру, мне за державу обидно». Да, мы купили дочери квартиру. Но за собственные шесть тысяч долларов – деньги по тем временам огромные. Под старость лет обзавелся «Фордом» - но на него полжизни зарабатывал. Так что прятать глаза от людей мне незачем.
Прочили его и на пост председателя дорпрофсожа, уже в верхах вроде бы «добро» дали. Но что-то не сработало. И Баяндину вскоре предложили возглавить пассажирское хозяйство всей Юго-Восточной дороги.
В трудное времена принял он на себя эту ношу. Не было средств ни на покупку, ни на восстановление подвижного состава.
- Более того, за три года мы списали 270 пассажирских вагонов, - до сих пор сожалеет Баяндин. – Но что я мог поделать, коль такая команда сверху поступала. А тут еще новая напасть: руководство подняло вопрос о выплате зарплаты пассажирщикам из своих заработанных средств. Я прикинул, что в принципе могу выплачивать всем, кроме работников вагонных депо. По зарплате-то они емкие, а чистых доходов не приносят. Я понимал свою ответственность перед нижестоящими командирами – ведь им придется объяснять людям, почему месяцами закрыто окошко деповской кассы. А сверху продолжали давить и давить.
И Баяндин подал в отставку. Почти полгода ее не принимали, но свое заявление назад он не забрал.
Так, более шести лет назад, он возглавил Воронежское железнодорожное агентство Дирекции по обслуживанию пассажиров. В надежном коллективе работают 130 человек. Полностью обеспечить запросы населения в железнодорожных перевозках – такую задачу поставило перед собой агентство. И выполнило ее. Для этого полностью компьютеризировали процесс продажи билетов, создали специальную группу по учету и анализу мест в поездах и сделали многое другое. За все времена ни одного случая брака, ни одной жалобы от пассажиров.
Помнится, благодарный Николай Скоморохов, когда возводил гараж, предложил:
- Яклич, пристраивайся рядом. Втихаря свой гараж возведешь, никто не узнает. Место свободное – вот оно, есть.
Баяндин стрельнул сигаретным окурком в кучу стройматериалов, усмехнулся:
- Для гаража-то оно, Николай, есть. Только вот для совести мне потом места не останется…
Леонид Дьячков.
Фото Олега Гуличева.<
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
