И дикий голубь над головой

18.05.2017 22:16

Юбилейный номер «Коммуны» не мог обойтись без новой рубрики. Первым в рубрике «Люди редких профессий» представляем орнитолога, научного сотрудника Воронежского заповедника Петра Дмитриевича Венгерова.

Премьера рубрики: люди редких профессий

Светлана Воробьёва Естественно, что юбилейный номер «Коммуны» не мог обойтись без новой рубрики. Мы долго думали, чем удивить наших читателей. И остановились на том, что, начиная с нынешнего номера, периодически будем рассказывать о людях редких профессий. Первым же в этой рубрике мы представляем орнитолога, научного сотрудника Воронежского заповедника, доктора биологических наук Петра Венгерова.

Светлана Воробьёва,
корреспондент отдела информации

– Пётр Дмитриевич, я довольно часто открываю сайт Воронежского заповедника и всякий раз встречаю вашу фамилию в текстах о жизни птиц. Вы всегда с такими нюансами, таким знанием дела рассказываете о пернатых. Вообще, насколько редкая профессия орнитолога?

– Нельзя говорить, что орнитологов уж совсем мало. Учёных просто не может быть много, потому что они, как говорится, штучный товар. У нас существует Центрально-Чернозёмное отделение Союза охраны птиц России, в котором членами являются как профессиональные орнитологи, так и любители. Научные сотрудники есть и в Воронежском государственном университете, и в педагогическом, и, конечно же, в Воронежском заповеднике.

– Как вы поняли, что изучение птиц – это дело всей вашей жизни?

– Всё началось ещё в детстве. Не знаю почему, но я любил наблюдать за птицами, интересовался их поведением. Мог беспрестанно следить за их полётом. Хотя учился в Воронежском лесотехническом институте по специальности «экология, защита и охрана леса», но всегда знал, что без птиц моя жизнь не обойдётся. Однако прекрасно понимаю, что жизни не хватит, чтобы досконально изучить даже один или два вида пернатых, а их в нашей Воронежской области около трёхсот.

– В Вавилоне были распространены предсказания будущего по полёту птиц. Пётр Дмитриевич, вы уже много лет наблюдаете за пернатыми и может, замечали, что по их поведению можно сделать какие-нибудь прорицания?

– Только если предсказать погоду. Птицы редко ошибаются с краткосрочным прогнозом. Есть такие наблюдения, что они могут предчувствовать затмение солнца задолго до того, как солнечный диск начинает закрываться. А вот угадывать погодные изменения за неделю или две они не способныЯркий пример – снегопад, который случился 19 апреля.

Чувствовали ли пернатые нашествие стихии? Думаю, что нет. Многие уже приступили к размножению, так как весна выдалась ранняя. Конечно, ненастье пережили только те птицы, у которых кладки были полные и гнезда хорошо защищённые. Стрижи, например, могут предчувствовать метель за несколько дней. Они отличаются тем, что питаются так называемым «воздушным планктоном», который очень чутко реагирует на низкую температуру и дождь. Пищевой замены для них нет, поэтому стрижи могут на несколько дней отлететь на расстояние до 200 километров, чтобы переждать ненастье. В это время их птенцы спокойно переживут напасть, впав в оцепенение.

– А чем интересна Воронежская область в плане изучения птиц?

–Наш регион находится на пересечении двух зон: северная и средняя часть – это лесостепь, а вот южная – степь. Поэтому благодаря такому пограничному положению у нас встречаются представители как типично лесной фауны, так и настоящие степные обитатели. Также Воронежская область может гордиться большими особо охраняемыми территориями. У нас два природных заповедника – Воронежский и Хоперский, общей площадью примерно 47 тысяч гектаров, много памятников природы. Такие огромные просторы помогают сохранять и способствовать восстановлению численности многих видов птиц, которые попали не только в Красную книгу Воронежской области, но и России (дрофа, змееяд, орлан-белохвост, солнечный орел, средний пестрый дятел и др.).

– Сейчас многие отмечают, что птицы всё чаще приходят в города и селятся рядом с людьми. Что могут сказать по этому поводу учёные-орнитологи?

– Действительно, тенденция такая существует. Возьмём, к примеру, Воронеж середины двадцатого века и настоящее время. В городе сформировались урбанизированные самоподдерживающиеся популяции птиц, численность которых регулируется не за счёт прилёта новых, а своими силами. В городе обосновалась такая умная и «продвинутая» птица, как сорока. Вы можете сказать, что ничего удивительного не видите, так как она гнездится во дворах и часто встречается. Но так не было примерно до середины семидесятых годов прошлого века. Пришли к нам и ещё две замечательных птицы: горихвостка-чернушка и кольчатая горлица. Сформировалась популяция большой синицы, которая селится даже в зданиях. Я уже не упоминаю тех птиц, которые издревле соседствуют с человеком – воробьи, ласточки, голуби.

Удивительным стал для орнитологов последний случай. Мы и не предполагали, что очень осторожный и пугливый дикий голубь клинтух поселится в полых опорах ЛЭП на сельскохозяйственных угодиях. Раньше он всегда гнездился в дуплах, его численность резко уменьшалась, потому что старых лесов становится всё меньше. А тут он начинает приспосабливаться к новой среде. До клинтуха опоры ЛЭП облюбовала галка. Однако это ничуть не удивило орнитологов, ведь известно, что она и раньше селилась в вертикальных печных трубах заброшенных домов. Почему такое поведение клинтуха нас радует? Потому что исчезает проблема уменьшения его численности.

– Сейчас многие виды птиц занесены в Красную книгу. Вот некогда была проблема, связанная с исчезновением дрофы. Вы, кстати, писали об этом в «коммуновском» журнале «Кольцовский сквер»…

– Угроза исчезновения тех или иных видов птиц всегда есть. В природе всё должно находиться в гармонии, поэтому если мы замечаем, что представителей одного вида стало резко больше или меньше, то это явный индикатор того, что утрачено равновесие. Очень жалко, что исчезают степные виды птиц, такие как дрофа и стрепет, так как очень мало осталось нераспаханных площадей. Например, дрофа, по описанию выдающегося исследователя и нашего земляка Леонида Семаго, селится только на целинных полях. Однако мы видим, что со временем дрофа перешла и на пахотные земли. Проблема в том, что люди сами могут способствовать уничтожению птиц. Например, трактористы могли бы объехать гнёзда дрофы, ведь они заметны, но далеко не все это делают. Существует проблема, связанная с химизацией полей. Понятное дело, что удобрения вносить необходимо, без них не обойдёшься, но страдают пернатые от чрезмерного их использования.

Ещё одна огромная проблема – браконьерство. Весенняя охота является традиционной забавой в Воронежской области. Под прицел попадают часто и другие редкие птицы. Мои знакомые из Центра реабилитации диких животных сообщили, что сейчас массовые поступления луней и сов с огнестрельными ранениями. Что в данном случае движет охотниками? Я думаю, что они это делают исключительно ради забавы.

– Не так давно я была в Польше и обратила внимание на то, что в каждой деревне живут по одной или несколько семей аистов. Местные жители тогда мне рассказали, что специально занимаются привлечением птиц, строят для них помосты. Есть ли подобная практика привлечения пернатых в нашем регионе?

– Если говорить по поводу аистов, то они сами к нам прилетают и селятся на старых водонапорных башнях. Они живут только там, где есть поблизости влажные луга, где они могут найти себе пропитание. Печальный случай произошел в Борисоглебске. Семья аистов облюбовала в городе столб линии электропередачи. Пара стала вить там гнездо, которое касалось проводов под напряжением, естественно, ради безопасности электрикам пришлось его разорить. У нас в Хреновском бору орнитолог Александр Соколов реализует программу по сохранению и привлечению дневных хищных птиц, таких как орлы, орланы и сокола. Однако я считаю, что сейчас необходимо сохранить те виды, которые находятся на стадии вымирания. Важно понимать, что птицы будут жить и размножаться там, где есть подходящие для них условия.

Так произошло с орланом-белохвостом. Когда-то этот вид был на грани вымирания, и в Хопёрском заповеднике оставалась всего лишь одна пара. Теперь же эта величественная птица расселилась по поймам Хопра и Дона, пришла к водам Воронежа. У него улучшилась кормовая база. Многие пруды отданы под размножение карпа. Орлан-белохвост питается рыбой, которую он выхватывает из воды. Урона для хозяев прудов он не наносит, так как берёт больных рыбёшек, всплывших вверх брюхом.

– Пётр Дмитриевич, вы много времени уделяете преподавательской деятельности в Воронежском педагогическом. Что это для вас?

– Мне очень нравится общаться со студентами, так как они люди любознательные, а рядом с ними чувствуешь себя моложе. Существует мировой опыт: каждый учёный является педагогом, а каждый преподаватель высшей школы просто обязан быть учёным. Одно без другого немыслимо.

– У меня возник во время нашего с вами разговора «страшный» вопрос: что случится, если вдруг все птицы исчезнут?

– На него ответила как-то американский биолог Рэйчел Карсон в книге «Безмолвная весна». Эта книга привела в ужас всех политиков, общественных деятелей и стала толчком для развития природоохранных движений и экологических инициатив. Я же могу сказать так: если погибнут птицы, то и человеку останется мало времени на Земле. Потому что пернатые первыми реагируют на изменение климата, атмосферного воздуха, вообще на условия жизни.

– Сами вы держите дома птиц?

– Раньше держал дома чижей, щеглов да и хищники были. А теперь настало то время, когда меня больше интересуют наблюдения за птицами в природе. Сегодня утром у меня была уже экскурсия в лес, а вечером пойду наблюдать за птицами на поле и озеро…

Орнитолог Пётр Венгеров. Фото Светланы Воробьёвой.