Облапошить – и глазом не моргнуть

08.08.2012 09:14

«Развод» по телефону — дело не новое. На удочку мошенников попался уже не один воронежец.

Общество

«Развод» по телефону — дело не новое. Но и в нём открываются всё новые рассказы несчастных жертв и тех, кому удалось его избежать

Может, знаете отечественный комедийный фильм «Мамы», вышедший в этом году, состоящий из восьми новелл? Героиня одной из них попадает на телефонный «развод» на деньги. История для нашего времени обычная. Ей сообщают, что сыну срочно нужна помощь, что она должна в течение определённого времени послать N-ное количество рублей.

Мать мчится, прямо в бигуди, к ближайшему банкомату, чтобы перевести нужную сумму. Приезжает сын, которому мать рассказывает, что сделала, чем ему помогла, справляется, всё ли у него теперь в порядке. Он молча её слушает, говорит, что всё хорошо. Но, оказывается, именно он — главарь банды, вымогающей деньги у бедных матерей. Попался дружок на собственный крючок, не думал, что его собственная мама может стать жертвой его же аферы.

А вот — реальная история одного воронежца. Сергей Васильевич со своей женой ждали вечером сына Андрюшу, который должен был заехать за своим ребёнком Митей, проводившим время с бабушкой и дедушкой. Вдруг у Сергея Васильевича звонит сотовый телефон:

– Алло, пап, меня забрали в полицию. Поговори со следователем... — говорит голос сына, и трубка переходит к кому-то другому.

Этот кто-то:

– Это вас из Железнодорожного РОВД беспокоят. Ваш сын – у нас. Он попал в неприятную историю. Его взяли с наркотиками. Мы с ним пообщались — видим, парень нормальный, не может такого быть, что он виноват. Верим, что – подстава. Но срок за это дело приличный дают. В общем, товарищ родитель, парня надо вытаскивать...

Отец перепугался: быть такого не может. Что делать? А эти ему:

– Да вы не волнуйтесь! Будем договариваться. У вас деньги есть?

– А сколько нужно?

– Пятьдесят тысяч. Думаю, найду, как сына вашего «отмазать». У вас там торговый центр какой-нибудь есть вблизи?

– Да, «Арена».

– Деньги наличными или на карточке?.. Ага, ну хорошо. Идите в «Арену», только, смотрите, телефон не отключайте. Как придёте туда — сообщите, что пришли. А я тогда скажу, что дальше делать.

Обомлевший отец просит ещё раз дать сыну трубочку, но там сообщают, что его уже увели в камеру.

Отец чует: что-то не то. Сигнализирует жестами жене: мол, иди, набери Андрюшку — выясни, где он. Она так и делает, отойдя в другую комнату. Приходит и руками показывает, что сын-то идёт домой, уже почти на месте.

И тут Сергей Васильевич вздумал играть. Заходит в лифт, а там ему встречается полицейский с папочкой.

«Стою, — говорит, — и размышляю: то ли это меня пасёт тот «мент», что за деньгами уж сюда явился, то ли он по другим делам...» Но пронесло: не по его честь.

Выходит — полицейский «бобик» стоит. Сергей Васильевич решает с ними поговорить о таинственном звонке, а телефон на парапет кладёт, чтобы свободнее разговаривать можно было с полицейскими. Так, вроде, не слышно в трубке, о чём речь на улице у «бобика» идёт. А аппарат-то велели отцу-спасителю не выключать, пока тот до торгового центра не дойдёт. Чтоб не проверил их, не позвонил ненароком сыну.

А тут навстречу — сам Андрей. Отец машет ему, чтоб не подходил близко. Отошли — всё, как есть, ему рассказал, и полицейским заодно. А те и докладывают:

— Да вы разве не знаете, что этих телефонных мошенников бесполезно отлавливать? Вот сейчас вы придёте, а вам скажут деньги на счёт положить, лично с вами встречаться-то никто не пойдёт! Так как же мы их поймаем? Знаете, сколько таких из тюрем сидят и «развлекаются»?!

Тут смотрит Сергей Васильевич, а к его мобильнику какой-то воришка уж вприпрыжку скачет! Пугнул его — тот удрал.

Сотрудники полиции после долгих уговоров нехотя соглашаются остаться с Андреем и подождать, пока Сергей Васильевич дойдёт до «Арены», чтобы взять жуликов с поличным.

– Что мне делать? — спрашивает наш «детектив» в телефон.

– Внутрь заходите, — отвечает ему «следователь».

Он и заходит, а навстречу ему — мужчина в штатском:

– Это вы принесли пятьдесят тысяч рублей?

Осматривается Сергей Васильевич — вокруг никого нет: ни Андрея, ни прикрытия.

– Покажите документы, — говорит незнакомцу.

А тут Андрей вместе с сотрудниками полиции появляются.

— Пап, так этот в штатском — из той бригады, что подстраховывать будет. Из полиции он, не преступник.

– Я пришел, — говорит Сергей Васильевич в телефон. — Что дальше делать? Вы где?

– Видите где-нибудь терминал? Запишите номер счёта. И перечисляйте деньги.

А наш «сыщик», выполнивший всё задание на «отлично», им и говорит:

– А вы не хотите с моим сыном поговорить?

А в трубке уже — короткие гудки. Радостный Сергей Васильевич сразу же кинулся к сотрудникам полиции, чтобы те бросились ловить подлецов.

Однако те не поспешили.

– Нет, — качают головами, — так номер нам не найти. Это бесполезно. Вот сидит он, к примеру, в колонии... «Симку» другому передал. А обыскивать там не дадут. Кто из них – сроду не выяснишь. Если б кто лично сейчас к вам подошел, можно было брать. Этот «развод» – практически нераскрываемый.

Вот и выходит, что наших матерей и отцов «разводить» так будут вечно — знают же, подлецы, что их не найдут. Хорошо ещё, что Сергей Васильевич отважился на такой шаг — инициативу проявил, захотел преступление раскрыть, помочь.

Хотя, между нами говоря, им двигала жажда расследования, адреналин. А позвони вот так преступник матери — она сломя голову понесётся, все деньги отдаст, если ребёнку плохо, даже не думая лишний раз проверить, правда это или нет.

Вот что осталось загадкой: как это Сергей Васильевич именно сына вначале услышал? Неужели он не догадался, что с ним говорит чужой человек? Такой вопрос можно задать сотням «облапошенных», и все они в один голос ответят, что с ними говорил именно их ребёнок. Что же получается — зомбирование через телефон?

— Да нет же! — клялся и божился преисполненный доблести Сергей Васильевич— Это был точно он — мой Андрюшка! Значит, они имеют какие-то связи с АТС — Бог их знает. Но голос моего сына они, точно, подстроили!

Сотрудница Сергея Васильевича, услышавшая его историю, предложила ввести между родителями и детьми кодовое слово, которое должен назвать ребёнок, который попал в беду. Ведь мошенники его-то уж точно не могут знать! Не назвал «пароль» — обман, значит!

Другая сотрудница возмутилась:

— Это дело опасное. Вот забыл мой сын наш с ним «пароль» в панике, если у него по-настоящему проблемы, а я ему и не поверила, сказав, мол, не морочьте мне голову, мошенники вы! Так и беда случится..