Общество
Сто лет за спиной…
22.07.2006 00:00
Сто лет – возраст! Но, достаточно бодрая и аккуратненькая, милая и улыбчивая, Анна Мироновна Храмченко выглядит как минимум на 20 лет моложе, чем есть ей на самом деле. Хотя жизнь этой крестьянки из села Березняги Петропавловского района – долгая-долгая «книга» о страданиях и потерях, о разочарованиях и горьких обидах. Детство в этой книге – самая тяжелая страница. В семье – пятеро детей, Аня – самая...
Сто лет – возраст! Насколько же велико было удивление, когда меня встретила достаточно бодрая и аккуратненькая, милая и улыбчивая старушка, выглядевшая как минимум на двадцать лет моложе, чем есть ей на самом деле.
«Наверное, судьба досталась легкая», – подумалось.
Ах, как же я ошибалась! Потому что жизнь крестьянки из села Березняги Петропавловского района Анны Мироновны Храмченко – это долгая-долгая «книга» о страданиях и потерях, о разочарованиях и горьких обидах.
Детство в этой книге – первая и самая тяжелая страница.
Анна Мироновна Храмченко с дочерью, внуком и правнуком.
Фото из семейного альбома.
В семье – пятеро детей, Аня – самая старшая. Трудные годы столыпинской ломки села, революционных потрясений и череда войн – Германской и Гражданской. Многие семьи в эти годы голодали. Пока семья Храмченко держала буренку, как-то еще сводили концы с концами.
«Я здесь собрала кое-какие тряпки, – однажды сказала мужу мама Марфа, подав отцу узелок, – ты бы пошел в соседние села, поменял их на продукты».
Лишь через несколько дней, когда стало понятно, что отец не вернется, нашли от него послание, нацарапанное мелом на шкафу: «Живите, как сможете».
После этого не жизнь была, а сплошное мучение. Корову кормить нечем, оттого молока она давала мало, едва хватало на всю семью. Начали «пухнуть» от голода. Пришлось зарезать кормилицу. Когда съели все мясо, а потом и шкуру, дети потихоньку стали уходить из жизни. Сначала умерли братья Ваня, Тимофей, Егор, потом младшенькая сестра Прасковья. Нанять людей, чтобы вырыли могилки, было не на что. И тогда взяла Марфа лопату, рыдая, выкопала ямку возле сарая, да туда и стала складывать умерших детей, завернув их тела в «рядюжки».
Вскоре в семье осталась одна дочка Аня.
«Пойду я к «казакам», – не выдержала однажды Марфа и, оставив дочурку на попечение своей матери, ушла пешком в соседнюю Область войска Донского. Туда многие тогда ходили «на заработки». Женщины нанимались к богатым людям ткать холсты. Мужчины помогали по хозяйству, выполняли трудную, грязную работу.
Мама ушла, бабушки через несколько дней не стало – скончалась горемычная.
А что делать маленькой Ане? Поголодала она день, другой, третий, да и пошла по людям – побираться. Кто давал кусочек хлеба или картошину, а кто гнал со двора. Две жалостливые старушки угостили молочком, к ним и приноровилась ходить каждый день за милостынькой.
И долго бы бродила она еще по дворам, но кто-то из односельчан пожалел и, отправляясь на работу к казакам, захватил и ее к матери...
– Это еще кто? – грозно спросил Марфу хозяин, лишь только девочка появилась на пороге его дома.
– Да дочка моя, Аня, – с перепугу мать не знала, что и сказать, даже бросила ткать холст. – Ей некуда деваться, вот она и пришла ко мне.
– Не нужна она здесь, – категорично заявил тот, – мы брали на работу только тебя. А эта работать не сможет. Чего ее даром кормить?
И пришлось Ане днем просить милостыню у местных жителей, а только ночью приходить к маме. Местные ребятишки очень обижали бедняжку: и дразнили, и кидались камнями, и били палками. Но взрослые все же иногда жалели и давали молочка или сухарик.
Потом мать серьезно заболела, и хозяин выгнал ее с работы. Ничего не оставалось женщине, как только возвращаться вместе с дочкой на родину, в Березняги.
Долго шли. Время осеннее, мокрое, а они – в стареньких рваных черевиках, без теплой одежды. Подошли к реке – моста нет. Плывет на лодке молодой казак:
– Садитесь, перевезу. Только за плату, естественно…
Ах, и откуда она та «плата»?! Сняла мать с себя чулки и отдала казаку. Перевез...
В Березнягах их, конечно же, никто не ждал. А дом и вообще какие-то варвары обобрали: ни окон, ни дверей. Пошли к маминому брату. У того семья зажиточная, две коровы – может, помогут несчастным? Но брат только на одну ночь и пустил, а наутро выпроводил. Снова в свою хатку отправились. И начали «горе мыкать». Тяжело больная мама вскоре умерла. Снова Аня осталась одна-одинешенька на всем белом свете.
Однажды, когда от голода у нее уже не было сил и подняться, в дом неожиданно вошел брат отца, приехавший из Новочеркасска.
– Кто здесь лежит? – спросил он у обессилевшего ребенка.
– Это я, Аня. А ты кто?
– Я твой дядя.
Мужчина вытащил из сумки огромный пирог и несколько кусков сахара, положил на стол.
– Только не ешь все сразу. Понемножку. Нельзя тебе переедать, а то можешь умереть.
И разрезал пирог на две части. А сам ушел ночевать к родственникам. Аня, жадно набросившись на кушанье, тут же съела половину. Потом подумала, подумала и – съела вторую. Сгрызла и сахар.
«Пусть лучше умру, зато наемся», – подумала она.
На счастье, все обошлось, от переедания даже живот не заболел.
А на следующий день дядя обменял их старенький амбар на мешочек муки, взял с собой племянницу и отправился в ростовские края на работу.. По дороге они варили на костре «затирку», замешанную на муке. Что дядя полный котелок ест, что племянница от него не отстает… Аня так радовалась этой незатейливой пище. Она надеялась, что теперь-то она будет неголодная и сама, но судьба пока не собиралась «поворачиваться к ней лицом». Дядя вскоре после того, как закончилась мука, не выдержав нищенской жизни, бросил девочку прямо на дороге и ушел сам искать лучшую долю.
Дни шли своим чередом. Весна сменяла зиму, осень – лето. Чьи-то дети смеялись, игрались, учились в школах. А бедная сирота все скиталась по белу свету в поисках крова и тепла. И нигде их не находила...
Наконец-то в Березнягах отыскалась-таки у нее тетка Агафья. Женщина недавно овдовела, а на руках остались трое малолетних детей. В качестве няньки она и взяла к себе родственницу. А еще в качестве батрачки. Работала девочка за двоих, а то и за троих: и дома, и в поле, и еще за малышами присматривать успевала. Сама любви и ласки не видела, но зато не голодала.
Через десять лет, когда теткины дети подросли, в ее услугах перестали нуждаться и выпроводили сироту восвояси. Хорошо, что возраст позволял уже самой наниматься в работницы: снопы в поле вязала, живность пасла. На кусок хлеба себе зарабатывала.
Потом устроилась в колхоз. А работы Аня никогда не боялась. Днем трудилась в поле, а ночью – сторожем на колхозном дворе. Там в сторожке и жила. За хорошую работу не раз получала премии: и деньгами, и продуктами, и тканями, даже телятами. Одну телочку продала и купила себе маленькую хатку. Теперь у сироты появилось наконец свое собственное жилье. Рада была до смерти.
Однажды чуть не вышла замуж. Парень из соседнего села предложил руку и сердце, пригласил домой. А родственники узнали, что Аня – сирота и бесприданница, подняли девушку на смех. Отказала она тому жениху.
Через время приняла какого-то мужичка заезжего. Родила двух дочерей. А горе-отец в один прекрасный день «махнул хвостиком» и «улетел» в неведомые края.
Началась Великая Отечественная война. Если солдаты сражались на фронте, то сельские женщины с детьми помогали «ковать победу». Аня вместе с другими копала окопы, трудилась на колхозных полях, чтобы вырастить хлеб для фронта, для победы. А еще... воспитывала драгоценных своих дочурок. Малышки маму редко видели, настолько та была занята работой, но всегда очень радовались ей и знали, что она их любит и сможет защитить от любого врага. Как бы ни было трудно, но вырастила своих дочек Анна Мироновна без чьей-либо помощи. И воспитала их замечательными людьми…
Сегодня она живет со старшей дочерью Марией. Младшая Валя, к сожалению, умерла в восьмидесятые годы. Погиб в транспортной аварии и один из троих внуков. Есть четверо взрослых правнуков. Они очень любят дорогую свою прабабушку и частенько навещают ее, хотя живут не в Березнягах, а далеко в городах.
Недавно внук Сергей из Воронежа привез в подарок новенький цветной телевизор и мобильный телефон. Он всегда «балует» маму и бабулю и вкусными гостинцами.
Нередко навещает пожилых женщин глава администрации Березняговского сельского поселения Сергей Григорьевич Тукаленков, интересуется их здоровьем, помогает, чем может. В День пожилых людей подарил старушке комплект постельного белья. Благодаря его же заслугам празднование столетия уважаемой бабушки 15 февраля стало праздником районного масштаба. Да это и правильно! Мы должны знать и почитать своих долгожителей.
– Анна Мироновна, – вспомнив просьбу знакомых, спрашиваю бабулю, – дайте, пожалуйста, рецепт: как дожить до ста лет?
– Голодать надо, – смеется она. – С пустым желудком долго можно прожить, а с полным тяжеловато будет.
– А сколько вы еще хотите прожить?
– Ну, лет пять хотелось бы. А там, может, повезет, так и все десять. Ведь я только сейчас и жить-то начала... Не голодная, в тепле… Дочка, спасибо ей, и внуки, правнуки заботой окружают. Да и президент Путин обо мне не забывает, – шутит старушка, – каждый год открытки к праздникам шлет...
Долгожительница, оказывается, почти не ест мяса. Она очень любит квашеную капусту, употребляет ее без меры. Дочь Маша строго следит, чтобы у мамы всегда были и фрукты-овощи. С удовольствием бабушка ест колбаску. Но – немного. Даже винцом в большой праздник может «не побрезговать». Правда, самую-самую малость.
Видит Анна Мироновна хорошо и без очков, даже нитку в иголку вставляет. Работать любит и по сей день. Обычно, пока Мария управляется по хозяйству, долгожительница и носочки заштопает, и в доме порядок наведет. Может, и на более трудную работу сил бы хватило, да любящая дочка не велит.
– Мама, пришло тебе время отдохнуть, – говорит она.
А раньше-то Анна Мироновна и шила, и вышивала, и вязала внукам носки, варежки. И за поросятами, которых держали с дочкой, вместе ухаживали. И в огороде на пару управлялись.
Серьезно болела в последний раз лет в пятьдесят. Простудные хвори, правда, иногда одолевают. Но чайком, да молочком с медом, да малиновым вареньицем, да травками лечебными дочка быстро маму выхаживает. Жалеет Анна Мироновна только об одном, что читать так и не научилась. И еще, она всегда относится к людям с добром. И зла совершенно не помнит.
Вот только часто до слез донимает бабушку один и тот же сон: будто она снова маленькая девочка и ходит по улице с протянутой рукой...
Татьяна ИВАНОВА,
журналист.
Петропавловский район.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.
