Судебный очерк. Смертельный соблазн

03.02.2006 00:00

В первой половине прошлого года в лесу вдоль трассы Москва – Ростов стали находить полураздетых женщин. Большинство из них замерзли на зимнем морозе. Одну удалось спасти, другую милиционеры обнаружили в машине у предполагаемого преступника. Началось следствие, потом состоялся суд, который дал обвиняемому 25 лет строгого режима. Однако точка в деле не поставлена: кассационная жалоба ушла в Верховный суд, и не известно еще, каков будет его вердикт. С первых дней 2003 года в районе 502-512-го километра ростовской дороги с периодичностью две-три...

В первой половине прошлого года в лесу, вдоль трассы Москва – Ростов стали находить полураздетых женщин. Большинство из них замерзли на зимнем морозе. Одну удалось спасти, другую милиционеры обнаружили в машине у предполагаемого преступника. Началось следствие, потом состоялся суд, который дал обвиняемому 25 лет строгого режима. Однако точка в деле не поставлена: кассационная жалоба ушла в Верховный суд, и не известно еще, каков будет его вердикт. С первых дней 2003 года в районе 502-512 километра ростовской дороги с периодичностью 2-3 недели стали находить трупы женщин. Некоторые воронежские газеты взахлеб рассказывали об изнасилованных и брошенных в лесу телах. Обыватели смаковали подробности. Как потом установит следствие, все погибшие, мягко говоря, не отличались примерным поведением. У всех в крови был обнаружен алкоголь, а у некоторых сильнодействующие лекарственные препараты. Так что «клубнички» для размышлений на сексуальные темы хватало. Из всех использованных и выброшенных на мороз женщин лишь одна была задушена, другие умерли от переохлаждения.

Милиция не могла понять – зачем преступнику понадобилось усыплять, насиловать, а потом выбрасывать из машины своих попутчиц? Кто он – психически больной человек или очередной маньяк, жаждущий половых страстей? Но для их удовлетворения сегодня нет проблем: вдоль дорог стоят частоколы жриц любви. Желающие делают с ними все, что хотят, но никто не травит и не выбрасывает после на мороз. К тому же жертвы были найдены в одной лесополосе. Оставляя их недалеко от дороги, разве не думал преступник или преступники, что милиция расставит сети в этом районе и в них обязательно кто-то попадется. Он и попался…

13 июня прошлого года в 4 утра на лесной дороге возле села Репное милицейский патруль остановил автомобиль «Москвич», которым управлял житель Нововоронежа Федор Богданов. На переднем сиденье в бессознательном состоянии находилась Елена Иванникова. Испуг водителя и его путаные объяснения насторожили милиционеров, и любитель ночных поездок был доставлен в райотдел милиции Железнодорожного района. Тем более, что по словам задержавших, на вопрос – как в его машине оказалась женщина без сознания – мужчина ответил весьма странно: «Я никого не убивал». В последующие два-три дня задержанный находился в изоляторе временного содержания и после беседы с оперативниками решил написать явку с повинной и заявления о совершенных преступлениях.

Согласно добровольному признанию он, Федор Богданов, в ночь с 9 на 10 февраля 2003 года на одной из улиц Воронежа посадил в свою машину некую Стадник. Она была пьяна и не отказалась от предложенного ей дополнительного возлияния. Выпив водки, потеряла сознание, после чего Богданов изнасиловал ее, затем завез в лес, вытащил из машины на снег и уехал. Температура воздуха в тот день была около минус 20 градусов. Чтобы полураздетый человек замерз на таком морозе достаточно двух-трех часов.

24 февраля аналогичная схема была использована в отношении любительницы ночных прогулок Гараниной, 27 февраля – Поповой, 13 марта – Будаевой, которая была не просто выброшена из машины, но и задушена. Возможно, такая же участь ждала 12 июня Иванникову, но «помешала» милиция. Гаранина осталась жива, потому что за 4 часа пребывания в лесу при температуре воздуха минус 7 градусов она не успела замерзнуть. Ее счастье, что ранним утром невдалеке проходил какой-то участливый мужчина, который заметил лежащую на земле женщину и быстро доставил ее в больницу.

У читающих эти строки возникает естественный вопрос: «Откуда этот маньяк появился на воронежской земле, что заставило его столь жестоко издеваться над несчастными женщинами?» Причина банальна, ничего загадочно таинственного здесь нет. Прежде всего заметим, что все «несчастные» пострадавшие шатались в пьяном виде по ночному городу. Все по своей воле влезли в автомобиль абсолютно незнакомого молодого мужчины. Ни одна не отказалась от предложения хлебнуть горячительного.

На что рассчитывали эти дамы, совершая столь опрометчивые, с точки зрения здравого смысла, поступки? Или они думали, что после того как хлебнули водки, симпатичный незнакомец стихи о любви им начнет читать? На что рассчитывают милые двадцатилетние девочки, прикрывая бедра и грудь лишь узенькими полосками ткани и фланируя в таком виде по вечернему городу? Кого хотят сразить сногсшибательными «прикидами» и «боевым» раскрасом лица? Ведь потом, пуская сопли и размазывая слезы, будут судорожно рыдать в дежурной части и говорить, что «они никого не трогали, а эти парни к ним стали приставать и потащили в темный двор». Посочувствуем невинным созданиям?

Давайте пожалеем, что далеко не у всех юных девушек и молодых женщин хватает ума сопротивляться соблазнам разгульной жизни, противостоять «желтушной» прессе и телевидению, смакующим темы сексуальных утех. Мы живем во времена всеобщей безнравственности. В рыночном обществе мораль полностью вытеснена физиологией. По всем каналам телевидения населению упорно вдалбливается в мозги, что именно половые отношения – определяющая часть человеческой жизни. Кто, с кем, сколько раз за ночь – любимые темы телефильмов, всевозможных ток-шоу и бульварных газет. Изо дня в день миллионными тиражами, с утра до вечера по государственным и частным телеканалам повествуется о силе половых суперменов, печатаются откровения проституток, звучат песни не только пошлого, но откровенно скабрезного содержания. Все ли выдерживают массовую психическую атаку?

Федор Богданов, 44-летний рабочий из Нововоронежа не выдержал. Он работал сантехником на одном из предприятий города, не пьянствовал, не прогуливал, помогал родителям по деревенскому хозяйству – обычный гражданин с неполным средним образованием. Жена – учительница, дочь – студентка, сын – школьник. Все было нормально до тех пор, пока глава семьи не начал ощущать болезнь, неприятную для мужского самолюбия. Практически она не минует ни одного мужчину, однако вполне лечится и если не зацикливаться на ней, не укорять мужа ослабевшей мужской потенцией, не ставить ему в пример киношных героев-любовников, то в семействе сохраняется мир и спокойствие. Увы, у жены Федора Богданова не хватило выдержки и такта. А когда упреки повторяются все чаще, то мысли мужчины в одном направлении двигаются: «Неужели я действительно импотентом становлюсь?»

Уязвленное самолюбие требует проверки собственных способностей, но так чтобы в случае фиаско никто не смог ухмыльнуться над его мужским бессилием. Выход один: надо испытать возможности на незнакомой, крепко спящей женщине. Довести ее до бессознательного состояния можно снотворным, добавленным в водку или сок. Задумано – сделано. Ближе к ночи Богданов выезжает «таксовать» на улицы Левобережного района Воронежа. Завидев одинокую полупьяную дамочку, останавливается, предлагает довезти до дома. Никто из ночных бабочек не отказывается ни от поездки, ни от стаканчика с соком или водкой. Откуда им знать, что добровольно вливают в себя сильнодействующее снотворное? Дальше по плану. Доказав самому себе, что он настоящий мужчина, Богданов терял интерес к подопытной. Подъезжал к лесу, вытаскивал бессознательную даму из «Москвича» и уезжал. Что с ней будет дальше, его не интересовало.

Такую историю задержанный милицией нововоронежский гражданин изложил собственноручно в заявлениях о явке с повинной. Впрочем, когда он допрашивался в качестве подозреваемого, потом обвиняемого и наконец подсудимого, утверждал, что не причастен к преступлениям, которые ему вменяют. По его словам все «добровольные» заявления вынужден был написать, поскольку подвергался избиению сокамерниками. Прокуратура проверяла его жалобы, но никаких нарушений порядка в ИВС не нашла. К слову сказать, автор этих строк, по долгу службы присутствующий на разных судебных слушаниях, не раз наблюдал изукрашенных кровоподтеками обвиняемых и подсудимых. Однако не помню случая, чтобы прокуратура после расследования жалобы завела уголовное дело по факту избиения сидельца следственного изолятора. Остается лишь удивляться – куда девается в таких делах рвение прокурорских работников?

Думаю, обвинение должно быть благодарно Федору Богданову за его признательные заявления, поскольку множество других фигурирующих в деле доказательств его вины либо мало убедительны, либо добыты с нарушениями уголовно-процессуального кодекса. «Сырое» дело поставило трех судей в весьма сложное положение: раньше в такой ситуации материалы просто-напросто возвращали на доследование, но теперь институт доследования отменен, и суд обязан либо закрыть глаза на слабую доказательную базу и давать подсудимому срок, либо против своей воли, вынужденно освобождать его.

Но как освобождать, если о шести женских трупах говорит весь город? Вот и решили судьи, что, по крайней мере, три смерти точно на совести нововоронежского слесаря. Фемида и отвесила ему 25 лет строгого режима. О том, что признание, написанное в камере следственного изолятора, может быть чистейшим самооговором, предпочли не думать.

Перед вынесением приговора спросил у адвоката подсудимого А.К.Кузнецова – каков, по его мнению, будет вердикт суда?

– Скорее всего, оправдают, потому что никаких неопровержимых доказательств вины Богданова следствие так и не добыло, – ответил Алексей Ксенофонтович.

Провидец из Кузнецова оказался неважный: судьи посчитали, что собранные обвинением материалы вполне доказывают вину человека, сидящего в клетке. Когда чтение приговора подходило к концу и уже прозвучал срок наказания, я взглянул на обвиняемого и его защитника. Кто знает, что творилось в тот момент в их душах, но внешне тот и другой сохраняли полное спокойствие.

Мне показалось, что Богданов просто не смог сразу осознать и понять, что его ждет впереди. Не мог уяснить ужас того, что на волю ему уже никогда не выйти, ведь четверть века за тюремной решеткой ни один человек не способен выдержать. Признаться, мне стало жаль осужденного. В клетке молча стоял и спокойно смотрел на судей ни какой-нибудь монстр с дегенеративной физиономией и оскалом садиста-убийцы, а обыкновенный молодой мужчина с обычным, располагающим к доверию лицом. Эх, парень, за что сгубил свою жизнь, какую цену заплатил за проверку половых способностей!

Чужая душа – потемки. Никто с полной уверенностью не скажет – виновен этот человек в преступлениях, которые ему инкриминируются или нет. Это знает только он сам. Но закон освобождает гражданина от свидетельствования против себя. Это должны делать соответствующие органы. Убедительно ли в данном случае сделали? Вовсе не ставлю своей целью защитить осужденного. Для этого у него есть опытный адвокат, который даст свое толкование каждому сомнительному факту обвинительного заключения.

Я лишь читаю этот документ, и нет у меня уверенности в правоте его строк. Да, нарушивший закон должен отвечать по всей строгости. Но только в том случае, если все доказательства вины честны и объективны. Потому что, если они базируются только на явке с повинной и признательном заявлении, написанном в камере ИВС, то мы можем быстро вернуться во времена Генерального прокурора 1937 года Вышинского, утверждавшего, что «признание – царица доказательств».

Каков неопровержимый аргумент вины насильника, покушавшегося на честь женщины? Наличие мужской спермы на теле потерпевшей. В данном случае генетической экспертизой выявлены у пострадавших следы спермы от совершенно разных мужчин, но только не от Богданова. Выходит, он непричастен к изнасилованиям? Или генетике по-прежнему нет доверия? Впрочем, на другой вопрос следствия был получен однозначный ответ эксперта. На одежде потерпевших оказались шерстяные волокна, входящие в состав ткани, из которой сделаны чехлы в автомобиле Богданова, а на сиденьях его «Москвича» обнаружены такие же волокна, как и в тканях одежды потерпевших. Улика на первый взгляд абсолютна: значит, все погибшие женщины побывали в автомобиле обвиняемого.

Однако зададимся простым вопросом: разве одежда потерпевших и чехлы автомобиля изготовлены из уникальных текстильных материалов, не имеющих аналогов? Конечно, нет: это товары широкого потребления и массового спроса. Федор Богданов занимался частным извозом. Сколько сотен женщин перебывало у него в автомобиле? А сами потерпевшие разве не терлись на сиденьях других машин с такими же чехлами? Вот то-то.

Но, быть может, у обвинения есть свидетели, которые абсолютно уверенно могут заявить, что видели гражданок Стадник, Гаранину, Попову, Будаеву в машине Богданова? Таких свидетелей не нашлось. Но хоть оставшаяся в живых Гаранина могла опознать насильника, с которым разговаривала, ездила по городу, пила водку? Она и опознала …некоего гражданина Д., заявив при этом: «Я точно уверена, что именно это тот мужчина, который подвозил меня в тот вечер».

Больше того, в первоначальных показаниях потерпевшая назвала характерные особенности лица подозреваемого. У Богданова таких особенностей на лице нет. Лишь когда оперативные работники показали ей фотографии арестованного, предложили послушать запись его голоса, а потом организовали вторичное опознание – вот тогда Гаранина «узнала» его, да и то с оговоркой.

С автомобилем, в котором совершалось насилие, тоже оказалась полная неясность. Гаранина, например, утверждала, что садилась в «Жигули» с тонированными стеклами и квадратными фарами. Знакомая Елены Стадник Филипцова показала, что та уехала на красных «Жигулях». О такой же марке машины говорит и Иванникова, которая к тому же уверяла, что управлял машиной «мужчина с русыми волосами». Причем, посадив ее в машину на остановке Димитрова, он поехал на улицу Чапаева (это другой конец города), чтобы в одном из частных домов купить бутылку водки. После этого подъехал к ночному киоску, взял там пакет с соком и шоколадку. Что за странно нелогичные перемещения по городу, почему нельзя было все это снадобье купить в любом киоске на той же улице Димитрова?

Ответа на этот вопрос нет, поскольку сам подсудимый уверяет, что полупьяную женщину он посадил в районе ВАИ. Едва сев в машину, она стала просить выпить. Водитель останавливает «Москвич» возле павильона у хладокомбината и берет там все необходимое. Продавец этого киоска опознает ночного покупателя, в то время как продавщица с улицы Чапаева скажет, что никогда его не видела. Тем не менее, и этот эпизод уголовного дела трактуется не в пользу Богданова. Почему? Разве статья 14 УПК РФ не говорит о том, что «все сомнения в виновности обвиняемого… толкуются в пользу обвиняемого».

Криминалистические экспертизы от 31 июля и 4 августа 2003 года выявили идентичные шерстяные волокна на чехлах автомашины Богданова и на одежде потерпевших. Серьезная улика. Но ведь подозреваемый был задержан 13 июня. Почему экспертиза была проведена только через полтора месяца и где все это время находились чехлы? Хранились опечатанными в лаборатории или валялись на полу в кабинете оперативников? Вопрос не праздный, потому что, по выражению подсудимого, они были собраны в охапку оперативными работниками и унесены в здание райотдела милиции. Кто даст гарантию, что какой-нибудь смекалистый милиционер, чтобы избежать еще одного «дохлого дела», не потер друг о друга чехлы и вещи потерпевших? После такой операции самый слепой эксперт обнаружит необходимую улику.

Есть еще более удивительные обстоятельства. Пакет с соком, в который по версии обвинения подсудимый впрыскивал шприцом сильнодействующие отравляющие препараты, был представлен на экспертизу спустя почти два месяца. Естественно, эксперт делает вывод, что «в категорической форме говорить о наличии клофелина в соке невозможно, ибо прошло слишком много времени». В таком случае, где прямые доказательства того, что именно Богданов травил этих гражданок сильнодействующими препаратами? Ведь без убедительных аргументов на нововоронежского слесаря можно «повесить» трупы вообще всех женщин, обнаруженные в те месяцы в области.

Кстати, помните странную фразу Богданова при задержании его в машине вместе с Иванниковой: «Я никого не убивал». Милиционеры говорят, что именно так он ответил на их вопрос – что он делает в лесу? А Богданов уверяет, что такой ответ он дал после произнесенных работниками милиции слов, что в лесу обнаружено несколько трупов. Фраза одна, да только контекст, в котором она была произнесена, подается по-разному. Кому поверим?

Словом, подождем, что скажет Верховный суд. Покажется ли ему убедительным приговор воронежских судей или чашу весов перетянут аргументы адвокатской жалобы. Виноват ли Федор Богданов? Виноват, по крайней мере, в том, что, дожив до 44 лет, так и не научился думать, к чему могут привести опрометчивые действия. Ему бы пьяную женщину в вытрезвитель отвезти, а он ей за водкой бегал, потом вояжировал с бездыханным телом по ночному городу. Очевидно, хотел с пьяной бабы денег срубить по-быстрому. Вот и срубил на всю оставшуюся жизнь. Даже если и выйдет он на свободу, разрушенная семья и презрение детей будут ему жестокой платой за попытку мимолетного удовольствия.

Так что всем его последователям, любителям ночных приключений есть смысл поразмышлять о том, стоит ли из-за кратковременных половых утех пускать под откос всю свою жизнь? Борис Ваулин.
© При перепечатке материалов сайта ссылка на Kommuna.ru или издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на Kommuna.ru обязательна.