Общество
Сыновья Чапаева
19.01.2008 10:00
Детей у Василия Ивановича Чапаева было трое. В 1910 году родился Александр, в 1912-м – Клавдия, а еще через два года – Аркадий. Жизни сыновей, достойные легендарной фамилии, связаны с воронежской землей. Одного она приняла на вечный покой, другой защищал ее от врага.
Их жизни, достойные легендарной фамилии, связаны с воронежской землей. Одного она приняла на вечный покой, другой защищал ее от врага.
Детей у Василия Ивановича Чапаева было трое. В 1910 году родился Александр, в 1912-м – Клавдия, а еще через два года – Аркадий. Мать, красавица Пелагея, была поповской дочкой, из семьи зажиточной. Отец, напротив, принадлежал к бедному роду. Родители с обеих сторон противились браку, но молодые взяли верх. И сами сваты, и многие односельчане в долгий брак не верили: ну не бывает такая сильная любовь!
Жили молодые с мужниными родителями в одной маленькой избе. Отношения у Пелагеи со свекровью, а особенно со свекром, не заладились. Появились дети – прибавилось хлопот. А тут война полыхнула.
14 сентября 1914 года ратника ополчения 1-го разряда крестьянского села Будайки Василия Ивановича Чапаева призвали на военную службу по мобилизации. Простившись с Пелагеей, сыновьями и дочерью, родителями и поцеловав икону Спасителя, он отправился на фронт.
Воевал Василий Чапаев отчаянно. Раньше в царской армии солдат награждали Георгиевским крестом. У Георгия было четыре степени. Воин, получивший четыре креста – IV, III, II и, наконец, I степени – имел льготы и привилегии, ему даже большие чины обязаны были честь отдавать. Полный Георгиевский кавалер тогда – это все равно, что сегодня Герой Советского Союза или Герой России.
Василий Иванович Чапаев.
Так вот: Василий Чапаев за первые два года войны стал полным Георгиевским кавалером. В одном из наградных документов так писали: «Фельдфебель Василий Иванович Чапаев… руководил подчиненными, показывая пример отличной храбрости и мужества, проявленным при взятии занятого неприятелем укрепленного места, ободрял и увлекал за собой подчиненных и, будучи опасно ранен, после сделанной ему перевязки вернулся в строй и снова принял участие в бою».
Все бы ничего, да дурная весть пришла из дома. Каждая корявая буковка отцовского письма будто осколками битого стекла обдирала сердце: «Сын, ты должен знать, твоя жена, что блудливая сука, тебе изменила, сбежала с кондуктором. Я приволакивал ее за косу дважды, а она опять убегала. Саньку твоего нам оставила, а Клавку с Аркашкой забрала. Кондуктор жену свою бросил…Такие дела».
Мрачнее тучи ходил Чапаев, пули искал вражьей. Но оберегал его Господь от смерти. Лишь новую рану получил. После госпиталя появилась возможность убыть в краткосрочный отпуск к родным. Отыскал Пелагею в чужом доме. Нашел такие слова, что она покаялась и вернулась к нему и детям.
У Василия был хороший друг Петр Камишкерцев. В одном из боев Петр получил тяжелое ранение в живот. Умирая, просил Чапаева позаботиться о его детях Олимпиаде и Вере. Сердечный друг поклялся до самой своей смерти опекать этих девочек. Вскоре от фельдфебеля Чапаева перестало поступать жалование, которое он регулярно пересылал. Деньги были немалые. «Прости меня, тятя, - оправдывался он в письме родителю. – Но не могу более высылать вам деньги на жизнь. Перевожу их теперь семье погибшего друга. Вот так-то… Не сердись, пойми – поклялся перед умирающим, понимаю – тяжко будет… Простите… Низко кланяюсь вам с мамой в пояс… Целуйте и обнимайте моих деток. Сладкого таракашку-Аркашку, лапушку-раскрасавицу Клавдюню и Саньку».
Отец не осудил… А Пелагея – так та все равно убежала к своему любовнику.
С установлением Советской власти Чапаев перешел на сторону красных. Взял к себе дочек покойного друга Петра, а с ним и вдова увязалась, тоже Пелагея, но лицом не очень. Взял вроде хозяйки в доме, за детьми присматривать – с приемышами ведь теперь их пятеро стало.
Кто такой Чапаев, по сию пору у нас в стране знают и стар, и млад. Но настоящий Василий Иванович мало чем походил на героя одноименного фильма-боевичка тридцатых годов. На самом деле был он командиром не кавалерийской дивизии, а стрелковой, сугубо пехотной. Скакать на лошадях не любил - так, по необходимости, когда выбора не было. Ездил на автомобиле и на мотоцикле. В дивизии у него было аж четыре аэроплана. Хоть примитивная, но имелась даже радиосвязь. Под его началом служил целый интернационал – кроме русских, украинцев в строю были и венгры, и китайцы, и румыны, и даже негры! И все любили своего командира, благоговели перед ним. Слово «Чапай» тогда на Южном Урале и в Поволжье имело особый, победный смысл.
Осенью 1918 года Чапаев попросился на учебу в Москву, в Академию Генерального штаба. Характеристика, выданная ему командованием армии, в состав которой входила 25-я дивизия, начиналась такими словами:
«Начальник Николаевской пехотной дивизии Василий Иванович Чапаев, ныне командируемый в Академию Генерального штаба, известен… как военный вождь революционных войск…»
Уже через пару месяцев Василий Иванович запросился из Академии назад. Сам Ленин сказал тогда:
- Да, таким, как Чапаев, место сейчас на фронте, а не в Академии.
В марте 1919-го Василий Иванович прибыл в свою дивизию и вновь стал ею командовать. Уже обосновавшийся там в качестве комиссара будущий писатель Д.Фурманов записал в своем дневнике:
«Его личность поглотила мое внимание. Я все время к нему присматриваюсь… Чапая всюду встречали восторженно. Популярность его всюду огромная, имя его известно решительно каждому мальчугану. Крестьяне шумно выражали ему свою благодарность… Мы заезжали к нему в семью, которая живет в деревне Вязовка Пугачевского уезда, верстах в пятидесяти от Пугачева. У него там старик со старухой, трое ребят (два мальчугана и девчурка) и еще женщина-вдова со своими двумя ребятами».
В семью Василий Иванович с фронта наведывался часто. Он любил своих детей, был заботлив к приемным Лиме и Вере. А вот с Пелагеей Камишкерцевой, несмотря на ее превеликое желание стать ему женой, отношения не сложились. Тогда женщина по-своему стала мстить: завела и она любовника, начальника артсклада чапаевской же дивизии по фамилии Живоложинов. Чапаеву было все равно. Он надеялся на возвращение законной жены, готовый простить ее за все измены. Но Пелагея-первая не возвращалась…
В ночь на 5 сентября 1919 года белогвардейцы скрытно напали на отряд Чапаева. Была надежда, как вспоминали потом уцелевшие, что Василий Иванович найдет выход из ловушки, как не раз он выбирался из самых безнадежных ситуаций. Но в пять часов утра шальная пуля угодила ему в живот, и он потерял сознание. Историки до сих пор не знают, как именно погиб Чапаев – когда реку переплывал, или уже на том берегу Урала. На факт есть факт: тридцатидвухлетний комдив, человек, при жизни ставший легендой, навечно оставил боевой строй, детей и еще живых отца с матерью.
Прослышав о смерти мужа, законная жена Пелагея вспомнила о брошенных детях. Вроде бы пошла за ними пешком, зимой. Была на сносях от сожителя. Тот, боясь, что она уйдет насовсем, спрятал обувку. Ходьба босиком по льду Волги не могла не сказаться на здоровье: вскоре Пелагея Ефимовна померла.
Сыновья Александр и Аркадий продолжали жить с мачехой Камишкерцевой в доме Живоложинова, с которым она сошлась. Как пишет правнучка Василия Ивановича Евгения Чапаева в своей книге «Мой неизвестный Чапаев», Живоложинов за что-то мстил их погибшему отцу. Он взял за правило за столом отстреливать им из нагана кончики волос, да так, чтобы они упали непременно в еду. А над родными детьми Пелагеи – Лимой и Верой – не издевался.
Чапаевская дочь Клавдия тем временем оставалась со стариками. А когда Иван Степанович и Екатерина Семеновна отошли на вечный покой, она, считай с восьми лет, бродяжничала, жила с ворами в трущобах, от голода еле держалась на ногах. Так бы и околела в какую-нибудь холодную зиму эта маленькая беспризорница, да случай выручил – после очередной облавы ее определили в детский приют.
А братья ее, конечно, такой нужды не испытывали, но каково было сносить унижения от этого самого Живоложинова и этой рябой мачехи?
Всякий раз, когда возникали какие-нибудь материальные трудности, Пелагея Камишкерцева брала Саньку и Аркашку за руки и вела по большим начальникам: вот, мол, дети самого Чапая, а бедствуют. И ей шли навстречу уездные, губернские и прочие власти. Как-то у Живоложинова возникли проблемы с законом. Грозила тюрьма. Пелагея опять повела детей к парадным подъездам. Там слушали, как сынов Чапая воспитывает и содержит добрый дядя Георгий. Ей поверили.
Видно, сильны были отцовские гены! И Александр, и Аркадий, и Клавдия, невзирая на все невзгоды, выпавшие на их долю в детстве, выросли настоящими людьми, достойными своей знаменитой фамилии.
Больше всех из детей на родителя вышел похожим младший сын Аркадий. Такой же красивый, такой же энергичный, по-отцовски живой умом. Это в анекдотах Василий Иванович деревенский лапоть. А на самом деле офицер царской армии, полный Георгиевский кавалер, а потом легендарный красный полководец Чапаев был от природы одарен многими достоинствами, в том числе интуицией, смекалкой, чутьем на толковых людей, благородством. Ни Александр Македонский, ни Суворов с Кутузовым «академиев» не кончали, а полководцами были, как говорится, от Бога. Таким, по крайней мере, военачальником как Ворошилов, Буденный Чапаев мог стать вполне, не оборвись его жизнь так рано.
Младший сын Чапаева - Аркадий.
Аркадию тоже прочили блестящее будущее. Отучившись в обычной школе, он поступил в летную школу. Отличник во всем, в том числе и поведении, он быстро пошел в гору. Обратите внимание: в свои 18 лет Аркадий становится членом Всесоюзного Центрального Исполнительного Комитета. В наше время этому соответствует депутатство в Государственной Думе Российской Федерации. Да нет, Аркадий, пожалуй, был рангом повыше, ведь страна тогда была большой…
Как летчик, Аркадий знался со многими выдающимися пилотами того времени. Ну и, конечно же, особые отношения у Аркадия были с самим Валерием Чкаловым – ведущим испытателем самолетов научно-исследовательского института Военно-Воздушных Сил СССР. С ним они вместе служили, жили в одном доме в Москве. Многому научился Аркадий у этого великого летчика, обкатавшего в небе более 70 типов самолетов, придумавшего интересные, особо трудные, но так необходимые в реальном бою фигуры высшего пилотажа, совершившего рекордные перелеты на гигантские по тому времени расстояния!
Вместе с Валерием Павловичем Аркадий участвовал в разработке новых схем испытательных полетов. Его очень интересовали новые, перспективные авиационные разработки. В частности, привлекала идея автожиров – летательных аппаратов, в которых роль крыла выполняет вращающийся под напором встречного воздуха большой винт горизонтального расположения.
Когда обсуждались вопросы создания постоянно дрейфующей полярной станции, видных летчиков и авиаконструкторов приглашали в Политбюро ЦК ВКП(б). Интересовались их мнением, как организовать доставку полярников к месту назначения, как выбрать подходящую льдину на просторах Северного Ледовитого океана, как обеспечивать станцию всем необходимым. Собачьи упряжки, лыжи и даже мощный ледокол были отвергнуты. Оставался один путь – воздушный. Известный летчик Михаил Водопьянов напечатал статью в газете: высадка на льдину самолетом возможна. Георгий Байдуков тоже заявил, что без станции «Северный полюс» дорога в Америку будет закрыта. Спрашивали и мнение Аркадия Чапаева. Он предложил высадить полярный десант с помощью автожиров, подвешенных под крылья тяжелых самолетов. Новаторская идея не прошла, еще и автожиров не построили, но, что самое ценное, - большие люди в Кремле интересовались мнением летчика, которому на тот момент, в 1936 году, было от роду 22 года.
Аркадий часто ездил по стране, встречался с пионерами в Артеке, с солдатами и офицерами в воинских частях, выступал в трудовых коллективах. Рассказывал о своем героическом отце. Особенно много вопросов задавали после выхода на экраны фильма братьев Васильевых «Чапаев». Аркадий, конечно же, гордился и этим фильмом про отца, и книгой Фурманова, по которой сняли фильм. Но всякий раз подчеркивал: фильм – это искусство, реальность была совсем иной, может, даже более героической и драматической.
Осенью 1938 года Аркадий Чапаев вплотную занимался летной практикой. Тогда испытывали новый самолет конструкции Поликарпова И-180. Поначалу все шло гладко: количество взлетов соответствовало количеству посадок. Но 15 декабря произошло несчастье. Самолет, за штурвалом которого находился Валерий Петрович Чкалов, потерпел аварию: отказал мотор на низкой высоте, возможностей для маневра у летчика не было. Чкалова увезли в больницу, где он скончался.
А через полгода, 7 июля 1939 года, несчастье произошло и с Аркадием Чапаевым.
В ту пору он находился в Борисоглебске. Как слушатель Военно-воздушной академии имени Жуковского проходил летнюю практику в здешней авиационной школе, которую в свое время окончил его покойный друг и наставник Валерий Чкалов и которая уже тогда была удостоена права называться именем советского аса.
На предусмотренное программой обучения задание Аркадий вылетел на истребителе И-16. Этот моноплан считался надежной машиной, проверенной в боевой обстановке: в небе Испании, охваченной гражданской войной с 1937 года, советские летчики-добровольцы на И-16 творили чудеса, на их счету было немало сбитых немецких и итальянских самолетов.
Спустя положенное время Чапаев на свой аэродром не вернулся. Поднялась тревога. Спустя некоторое время поступила информация – И-16 упал в озеро Ильмень. Озеро неглубокое, но скорость, с которой падал самолет, была такова, что всей своей массой и вместе с летчиком он ушел глубоко в илистое дно. Самолет вытащили тросами и веревками, а тело Аркадия из сплющенной кабины вырезали с помощью автогена.
Специальная комиссия долго изучала обстоятельства авиакатастрофы, унесшей жизнь младшего сына Василия Ивановича Чапаева. Кое-кто предположил, что налицо происки «врагов народа» - какую-нибудь гайку открутили или в бензин соли насыпали. Кому-то пришла идея быстренько слепить образ героя: мол, отказал двигатель, летчик пытался отвернуть падающий самолет от населенного пункта; сам погиб, а людей спас.
Евгения Чапаева в упомянутой выше книге «Мой неизвестный Чапаев» не делает из бабушкиного брата героя. Она прямо пишет: «Однажды Аркадий уходил в полет во взвинченном состоянии. Жена приложила для этого все усилия. Что произошло в небе – никому не известно. Только на землю он приземлился мертвым».
По версии некоторых источников, в красавицу Зою Аркадий влюбился с первого взгляда. Раз и навсегда – таким однолюбом был и его героический отец. Но и велико было разочарование, когда начались семейные неурядицы. И вот узнал красный военный летчик, что Зою к нему подослали чекисты, что его она не любила, а постель делила не из-за чувства, а по служебной необходимости. Заодно подглядывала и за Чкаловым.
Вроде бы есть в архивах аварийный акт от 7 июля 1939 года. В нем А.В.Чапаев характеризуется как летчик примерной дисциплины, организованный в работе. Всегда опрятен, подтянут (отцовская черта – Василий Иванович следил за своим внешним видом, спрашивал строго за это с других). «Летная успеваемость хорошая и отличная, - говорилось далее в документе. – Женат. Закончил Энгельсскую военную школу летчиков». И далее прямо говорится: «Перед полетом жалоб на здоровье не представлял. Был весел».
Тут надо сказать вот что. Совершить самоубийство – это значит взять на себя великий грех. Наверное, столь же велик грех обвинять человека в совершении суицида, не зная, как было на самом деле. Может, и вправду зловещую роль сыграла Зоя, «настроив» мужа. А может, действительно, потерял сознание. Или мотор отказал. Один Бог знает, что тогда произошло в небе. Он и судья Аркадию, прожившему всего-навсего двадцать шесть лет без месяца.
Смерть Аркадия сильно опечалила Климента Ефремовича Ворошилова, в те годы народного комиссара обороны СССР. Ворошилов распорядился возвести на могиле погибшего монумент и выделил немалые деньги, но их, говорят, разворовали. Сейчас на Борисоглебском городском кладбище, где похоронен младший сын легендарного полководца, самодеятельным архитектором Владимиром Тучиным сооружен памятник, за которым ухаживает коммунхоз.
Впоследствии экспозиция, посвященная Аркадию Васильевичу Чапаеву, открылась в главном музее его отца – в городе Чебоксары, столице Чувашии. Автор этих строк связался с директором музея В.И.Чапаева Маргаритой Майоровой.
- У нас, к сожалению, мало документов, касающихся собственно Аркадия. Вот есть его летные очки, шлем, кое-какие личные вещи. Да он и прожил-то совсем ничего. И не успел обзавестись наградами, мемуарами. Самое ценное у нас – это фотографии Аркадия. На одной он изображен с братом Александром и сестрой Клавдией. Это фото 1922 года. На другой он с женой Зоей Ивановной в 1937 году. Есть снимок, где Аркадий с Зоей стоят рядом с другом семьи Валерием Чкаловым. И еще одно редкое фото: Аркадий Чапаев и Леонид Брежнев, тогда еще никому не известный. У меня такое впечатление, - добавила Маргарита Майорова, - что если бы не авиакатастрофа, то из Аркадия Васильевича получился бы выдающийся летчик, а может, государственный деятель или же крупный военачальник. Способный был парень. Что касается первого сына Чапаева, Александра Васильевича, то, уверена, о нем воронежцы многое знают, он воевал на вашей земле. В музее тоже есть кое-что о нем: документы, шинель, фуражка, фотографии.
Александр, первенец четы Чапаевых, едва не стал жертвой собственной матери. Пелагея, родившая его лет, наверное, в семнадцать, вскоре устроилась на кондитерскую фабрику. Работа была тяжелой. Младенец кричал по ночам. Сам Василий Иванович ездил по соседним деревням – избы строил, иконы реставрировал. Молодая мама, которую к тому же невзлюбили свекор со свекровью, стала нервной, несдержанной, на замечания огрызалась. Однажды Санька кричал, что есть мочи. Обессилевшая Пелагея сил не находила, чтобы даже рукой пошевелить. На крик с улицы прибежал свекор.
- Почему у вас малец до синевы орет? – накинулся он на сноху.
А на Пелагею словно памрак нашел: вскочила, схватила ребенка за ноги и с размаху хотела ударить его головой о бревенчатую стену. Иван Степанович успел подставить руку, выхватил младенца. А потом выволок Пелагею за ее длиннющую косу на улицу и отлупил вожжами до потери сознания.
После гибели отца Александр, как и брат Аркадий, воспитывался мачехой. Ходил в школу, учился в аграрном техникуме. Но соблазн продолжить дело отца – стать военным - был велик. Он поступил в артиллерийское училище, потом служил в боевых частях, затем работал в Академии моторизации и механизации Красной Армии. На фронтах Великой Отечественной войны Александр Васильевич Чапаев пребывал с первых ее дней.
Старший сын Василия Чапаева Александр.
Крещение огнем получил в качестве командира дивизиона противотанковых орудий. Уже тогда вышестоящие командиры отметили, как он по-отцовски горяч характером и хваток в боевой обстановке. В августе 1941-го генерал-лейтенант А.И.Еременко, тогда заместитель командующего Западным фронтом, писал в «Красной Звезде»:
«Среди наших командиров мне довелось встретить сыновей славных героев Гражданской войны. Они не уступают отцам в героизме. На этой батарее, громившей врага прямой новодкой, я встретил капитана – сына легендарного Чапаева. Он дерется самоотверженно и честно».
Особые и, пожалуй, лучшие страницы фронтовой биографии этого сына Чапаева были написаны на воронежской земле. Сюда он прибыл утром 3 июля 1942 года. Город представлял собой муравейник. Население спешно покидало Воронеж, который то и дело бомбили фашистские самолеты. Двигались машины и повозки со скарбом, люди несли узлы и плачущих детей. У моста через реку образовалась очередь. Изучая местность на левом берегу, Александр Чапаев и группа бойцов, сопровождавших его на рекогносцировке, увидели, как немецкий Ю-88 сбросил парашютный десант. Кругом никаких военных не было. Чапаев приказал десант уничтожить. Добравшись до парашютистов, уже сбросивших с себя экипировку, наши бойцы вступили в бой. Через считанные минуты двоих убили, остальных диверсантов взяли в плен. Таким был первый день для А.В.Чапаева на территории Воронежа и области.
…В течение полугода артиллерийская бригада, которой командовал сын Чапаева, поочередно занимала боевые порядки на участке фронта от Воронежа до Коротояка. В первой половине января 1943 года, когда дело шло к освобождению Воронежа, артиллеристы-чапаевцы заняли и удерживали плацдарм у села 1-е Сторожевое.
Потом они участвовали в тяжелых боях за районный центр Нижнедевицк. Бригаде приказали скрытно зайти в тыл врага. Пешему, да с одним автоматом это, может, и легко сделать, но мастерства и искусства требовала переброска через линию фронта противотанковых пушек, снарядов. Чапаевцы справились с этой задачей блестяще, вышли на означенный рубеж, приготовились к схватке за Нижнедевицк. А перед рассветом совершенно неожиданно подступила крупная немецкая часть. Оказывается, ее сюда «выдавили» бойцы нашей 40-й армии. Получился слоеный пирог: впереди враг в Нижнедевицке и сзади поджимает враг, которому деваться некуда. Противник, видя свое преимущество, набросился на чапаевцев и приданную им пехоту с двух сторон. Было бы совсем худо, если бы не атака «катюш» - гвардейские реактивные установки быстро сбили спесь с фрицев. Они, побросав оружие, в массовом порядке сдались в плен. После этого Нижнедевицк был освобожден.
Наверное, последним из воронежских коллег-журналистов, кто виделся с Александром Васильевичем Чапаевым, был Николай Гамов, тогда собственный корреспондент «Советской России». Встретились они сначала в Чебоксарах – там в театре была премьера оперы о В.И.Чапаеве. Сына Героя Отечества пригласили на эту премьеру, а собкор пришел, чтобы написать рецензию. Через некоторое время они встретились уже в Москве, где проживал Александр Васильевич с семьей – с женой, Анной Ферапонтовной, детьми Аркадием и Татьяной. Старший сын, Виктор, уже жил отдельно со своими тремя детьми.
- Мы пили чай, долго говорили про род Чапаевых, - делился после Гамов. – Александр Васильевич выглядел хорошо. Это статный, с открытым и добрым лицом человек. Мне показался очень похожим на отца. Он хорошо помнил события, связанные с боями на воронежской земле, не забывал названия населенных пунктов – все города, села, хутора, где пришлось воевать. Особо держит в памяти Чижовку – она была самым жарким местом. Здесь на скопление наших танков фашисты бросили свою авиацию. Шла непрерывная ожесточенная бомбежка. Чапаев-сын признался, что военным стать не собирался. После аграрного техникума уехал по распределению в Оренбургскую область работать агрономом. Пришло время служить в Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Служил срочную, тогда и прикипел к военному делу.
В знаменитой Курской битве Александр Васильевич участвовал подполковником, войну закончил полковником. Получил два ранения. После того, как отгремели бои, артиллерийскую бригаду, которой он командовал, расформировали, а ее тридцатипятилетнего командира направили на высшие академические курсы Военной академии имени Дзержинского – кузницы артиллерийских кадров страны. По окончании курсов его назначили командующим артиллерией Приволжского военного округа, то есть службу дальнейшую проходил практически в тех же самых местах, где воевал в Гражданскую его героический отец.
В 1954 году на Тоцком полигоне, что в Оренбургской области, был проведен необычно опасный эксперимент: во время общевойсковых учений взорвали на высоте 350 метров атомную бомбу мощностью 40 килотонн (это раза в два больше, чем мощность бомбы, сброшенной американцами на Хиросиму). Практически сразу после взрыва через его эпицентр проведено было около 45 тысяч солдат и офицеров и большое количество разной техники – танков, САУ, орудия, БТРы, автомобили, тягачи, самолеты. Картина была страшной. Лесной массив сгорел дотла. Земля оплавилась и походила на лунный ландшафт. Оставленные в качестве подопытных животные истлели.
Сводными артиллерийскими частями в этом жутком пекле руководил гвардейский полковник Александр Чапаев. Его и первым подвергли медицинскому обследованию. Альфа-, бета-, гамма-дозиметр сразу зашкалило. Стало ясно, что он дозу получил не просто большую, а запредельную. Те же результаты дала проверка и многих других участников Тоцкого эксперимента.
В отставку Александр Васильевич ушел в звании генерал-майора. Будучи на заслуженном отдыхе, активно занимался военно-патриотической работой. Посещал, в частности, много раз 25-ю гвардейскую дивизию имени В.И.Чапаева, рассказывал молодым воинам об отце, о своей солдатской службе, о мужестве и доблести защитников Отечества, проявленных в огненные годы Великой Отечественной. Он также объехал все наиболее значимые места, через которые в свое время проходил боевой путь легендарного Чапая. Ну, и, конечно, он не раз бывал в Воронеже, о чем писала в свое время «Коммуна».
В 1985 году Александр Васильевич умер, прожив жизнь, достойную памяти отца.
Вот такими были сыновья Чапаева.
Кстати, публикаций о них в российской печати с деталями биографий практически нет. Об Аркадии даже родственники в своих многочисленных книгах написали по одному абзацу. Александр упоминается в военных мемуарах. И этот мой рассказ мог бы быть полнее. Возможно, кто-нибудь из наших читателей старшего возраста знает какие-либо подробности о сыновьях Чапаева. Прошу откликнуться.
