Общество
В мире интересного. Жизнь после войны
03.12.2008 09:57
Нынешний премьер-министр Ирака Нур Аль-Малики - шиит, избранный путем демократических выборов. Есть у него и сторонники, есть и противники. Противники – в основном сунниты, считающие, что шииты не должны управлять страной, что это противоречит иракским традициям. Простые люди поддерживают Малики, считая, что он делает очень многое для страны, хотя Америка и пытается оказывать на него давление.
Продолжаем публикацию (начало в №48) зарисовок нашей землячки Ирины Лесниковой о жизни современного Ирака, который постепенно восстанавливается после свержения режима Саддама Хусейна и войны, развязанной американцами.
Иракская рулетка
Были банды, которые убивали людей по какой-то своей поражающей цинизмом схеме. Например, в этом месяце - учителей школ и преподавателей вузов, в следующем - врачей, затем людей, занимающихся научной деятельностью (много врачей, ученых и преподавателей уехали из Ирака за последние годы, возможно – навсегда). Бывало и такое, что убивали тех, кто одет, например, в джинсы. Совсем непонятная логика. Похищали студентов, возвращающихся из университетов домой.
Такое ощущение, что у кого-то была цель не только уничтожить Ирак физически, но и искоренить образование, медицину, науку. Так, одно время студенты Багдадского университета перестали ходить на занятия из-за страха быть убитыми или похищенными. Занятий не было месяцами. Тогда премьер-министр выступал по телевидению и говорил, что те, кто не будут ходить на занятия в университет, будет отчислены. Со временем занятия возобновились.
Отель «Шератон» в Багдаде.
Сейчас иракская армия и милиция стали сильнее, организованнее, многочисленнее. При въезде в каждый город и поселок видишь по несколько пунктов проверок. Внутри городов их тоже много. При входе почти в каждую организацию – охрана. Требуют сдавать мобильные телефоны, обыскивают: мужчин - мужчины, женщин - женщины, охрана смешанная.
Американцы на улицах иракских городов.
Совсем недавно я была в посольстве России в Багдаде. Посольство находится в районе Мансур. Этот район считается одним из наиболее современных и престижных. Пару лет назад, нет, даже год назад, Мансур был очень опасным районом. Там постоянно взрывали машины и убивали людей. Было рискованно даже появляться возле посольства – могли запросто подстрелить. Известен случай, который произошел с сотрудниками посольства два года назад, когда автомобиль посольства расстреляли, охранника, пытавшегося оказать сопротивление, убили на месте, а сотрудников взяли в заложники, а потом убили.
Теперь в Мансуре не так опасно, но сотрудники посольства все равно не выходят за его пределы. Охраняют посольство русские вооруженные ребята. Как я слышала, продукты, воду и все необходимое доставляют им иракцы. Я и сама видела, как в посольство доставляли воду и еще что-то.
Пока я ждала решения своих вопросов, разговорилась с одним из охранников. Он сам завел разговор: спрашивал о ситуации в городе, где я живу, интересовался моим мнением по разным вопросам. В свою очередь я спросила его, выходят ли наши, русские, сотрудники, за пределы посольства, ходят ли по улицам свободно? Он ответил, что нет.
Столкнуть лбами шиитов и суннитов и разделить страну…
Нынешний премьер-министр Ирака Нур Аль-Малики - шиит, избранный путем демократических выборов. Есть у него и сторонники, есть и противники. Противники – в основном сунниты, которые считают, что шииты вообще не должны управлять страной, что это противоречит иракским традициям. Кстати, в доме одного из таких политиков, которого не устраивает шиит у власти и который активно борется с терроризмом, недавно нашли склад оружия. Какую группировку он поддерживал – не известно.
Нур Аль-Малики - премьер-министр Ирака.
Простые люди, не имеющие отношения к власти, и даже те, кто имеет, поддерживают Малики, считая, что он делает очень многое для страны, хотя Америка и пытается оказывать на него давление. Малики старается противостоять такому давлению и отстаивать интересы Ирака и иракцев, хотя это очень трудно в данной ситуации. Буш несколько раз давал Малики время, назначал сроки, в течение которых ситуация в стране должна быть налажена. Именно в это время ситуация обычно обострялась, будто кто-то старался доказать, что Малики не справляется со своей работой, что ситуация в стране им не контролируется, и он не способен навести порядок.
Конфликты между суннитами и шиитами начались во время последней войны. Они подогревались извне и нужны были для того, чтобы иракцы перебили и перерезали друг друга своими же руками.
До войны люди даже и не думали о том, кто из них шиит, кто – суннит, христианин или курд. После войны курды задались целью образовать отдельное от Ирака независимое государство. Американцы говорят о том, что Ирак стоит поделить на территории курдов, суннитов, шиитов, а между этими территориями – провести границы и поставить пункты проверок и чуть ли не таможню. То есть сделать из одного Ирака три отдельных государства. Тема знакомая: разделяй – и властвуй...
Во время войны и долгое время после проблема суннитов-шиитов была чрезвычайно острой, едва ли не самой главной. Существовала угроза настоящей гражданской войны. Соседи убивали друг друга, вырезали целыми семьями, хотя прежде много лет жили очень дружно. Что-то невероятное случилось с иракцами. Суннитам говорили, что шииты провоцируют конфликты, убивают суннитов, и наоборот. И те, и другие начинали мстить. Религиозные лидеры старались сдержать эту бесконечную резню и бойню. В своих проповедях они говорили, что не стоит верить, если вам говорят, что это сунниты (шииты) провоцируют конфликты, это – не они.
Такие проповеди действовали, они помогали на некоторое время успокоить людей. А потом снова все повторялось. По телевидению крутили видеоролики, говорящие о том, что не надо поддаваться на провокации, что за взрывами, убийствами, похищениями стоят не сунниты или шииты, как представители того или иного направления ислама, – за всем этим стоят совсем другие силы. Не надо своими же руками уничтожать себя, в то время как за происходящим наблюдают те, кому это выгодно.
Сейчас стало спокойнее. Во многих семьях один из супругов – суннит, другой – шиит. Многие люди, которые дружат всю жизнь, являясь суннитами и шиитами, сохранили нормальные, дружеские отношения. Не на всех повлияла та непростая ситуация.
Как вспоминают Хусейна?
Когда у власти был Саддам Хусейн, никто даже подумать не смел, что настанет время, и Саддама не будет у власти, а страну возглавит кто-то другой. На выборах 99 процентов голосов отдавалось Саддаму - иначе и быть не могло! А те смельчаки, которые составляли злополучный «один процент», обычно не оставались безнаказанными.
Когда Саддама «сняли» с поста, люди не верили в перемены, для них произошедшее было невероятным, невозможным событием. Без всякого преувеличения: люди с радостью отнеслись к избавлению от диктатора, разве что за исключением тех, кто при Саддаме жил с удобствами, комфортом, привилегиями, а теперь все это потерял.
Первое время к американцам, вторгшимся в Ирак и избавившим страну от власти диктатора, отнеслись как к избавителям, но очень скоро поняли, с какой целью на самом деле они пришли...
Бывший президент скрывался, время от времени транслировались его выступления, обращения к иракцам. До конца своей жизни он считал себя единственным и действующим президентом страны. На суде требовал к себе обращения - «господин президент». До последнего надеялся, что Америка, которой он «сдал страну», вытащит его, не даст свершиться смертной казни…
Все СМИ долгое время горячо обсуждали тему казни Саддама, иракцы скачивали друг у друга на мобильные телефоны видеокадры казни. Все только и говорили о том, что пришел конец тому, кто считал себя неуязвимым, непобедимым, неустрашимым, кому только религия не позволила называть себя Богом, кого боялись все иракцы, – диктатор, деспот! Люди перестали бояться говорить, выражать свое мнение о Саддаме, власти, партии Баас.
Напрашивается параллель между партией Баас и нашей Коммунистической в советские времена. Те же ступени: октябрята, пионеры, комсомольцы, потом члены Компартии, такие же репрессии в отношении инакомыслящих.
Беспартийность – клеймо, мешающее поступить в вуз, продвинуться по службе и так далее. Здесь были свои ступени, и те, кто не состоял в партии Баас, - в черном списке и под подозрением, в том числе и вся семья. Даже следили за ними (не только в Ираке, но и за рубежом): как живут, что делают, о чем говорят, с кем общаются? Тогда язык надо было крепко держать за зубами. Что-то не так сказал о президенте, о власти, о партии, о политике – и сразу у человека проблемы, вплоть до тюремного заключения, смертной казни без суда и следствия.
Имело место стукачество. Сосед на соседа мог донести, мог наговорить и то, чего не было на самом деле. А потом приезжала машина, человека забирали, не объясняя причин, – и больше его никто не видел. Ребенок мог, разозлившись на родителей, сказать, что папа или мама говорила то-то и то-то про Саддама. Наверное, нет ни одной семьи, которая не пострадала бы от режима Саддама.
Одна женщина мне рассказала, как однажды она собралась уходить с работы домой, а на выходе ее и многих других сотрудников затолкали в машину и, ничего не объясняя, отвезли в тюрьму. Кого-то отпустили почти сразу (она вышла через 40 дней), некоторые остались сидеть в тюрьме на несколько лет, а кто-то не вышел совсем. Никто ничего не объяснял: за что, за какие прегрешения?..
Мне рассказали о таком случае. Был месяц Рамадан – священный для мусульман месяц. Перед ужином в дом постучали. Вошли неизвестные в штатском. Сказали, что Абдуллу (хозяина дома) пригласили на ужин и уже ждут. Как он был в домашней одежде, так и поехал. Больше родные его не видели и ничего о нем не слышали. Таких случаев, наверное, миллионы. Сейчас находят списки казненных Саддамом, и в них многие родственники, искавшие своих близких, находят их имена.
Выехать из страны было почти невозможно, надо было иметь целую кучу разрешений, пройти массу проверок и комиссий. Кто уезжал на учебу, обязан был вернуться, иначе семья должна была выплатить штраф - огромную сумму, у родных могли возникнуть серьезные проблемы, за ними могли установить слежку.
Известно, что Саддам пытался истребить курдов. Во время суда над Саддамом и его соратниками очень много об этом говорилось, демонстрировались видеокадры, документы, доказательства и свидетельства фактов геноцида.
Служба в армии была обязательной. Дезертирам отрезали ухо, могли и убить. Военнообязанными были мужчины даже преклонного возраста, совсем старики. Если «призывник» не являлся сам, за ним приходили домой. Не найдя дома «призывника» преклонных лет, могли забрать одного из его сыновей.
Отношение к русским
Расскажу об отношении иракцев ко мне, русской. По этим примерам можно судить об отношении к русским вообще.
За несколько лет, в течение которых живу в Ираке, я ни разу не столкнулась с плохим отношением к себе. Ни разу не услышала от иракцев ни одного плохого слова о русских людях и о России. Всегда встречала доброжелательное, дружелюбное отношение!
Город Басра.
Когда летела в Ирак без мужа, в аэропорту и в самолете пару раз попутчики-иракцы меня спрашивали: впервые ли я лечу в Ирак, не нужна ли мне помощь? Мне приходилось отмечать любопытство и удивление, когда люди узнавали, что я – русская. Наверное, трудно им было понять, зачем я приехала в такое время в Ирак из мирной России. Меня часто принимают за иранскую или курдскую женщину - их много в Ираке. Вообще, иностранцев сейчас много в Ираке. И прежде всего – женщин, приехавших сюда с мужьями: из Югославии, Польши, Америки, Германии, Малайзии, Китая, Иордании, других стран.
Когда я приехала в Ирак, в ОВИРе меня приняли без очереди, так как я не отношусь к гражданам восточных стран. Во многих организациях и учреждениях, куда приходилось обращаться, меня, русскую, принимают без очереди, предлагают присесть и нередко угощают чаем или прохладительными напитками. Всегда вежливы и обходительны, чего не скажешь о большинстве наших, российских, госучреждений.
Соседи и знакомые очень дружелюбны, гостеприимны, с удовольствием поддерживают дружбу, то и дело угощают чем-то, иногда приносят целые обеды и ужины. Иракцы ненавязчивы. Но одно мне не понравилось сразу - здесь, как, наверное, и везде на Востоке, не принято заранее предупреждать или договариваться о визите. И это считается в порядке вещей. Конечно, малознакомые люди и те, с кем отношения не очень близкие, всегда предупредят о своем приходе, а если отношения более-менее дружеские, могут свалиться «как снег на голову». Незваный же гость, как говорится.... Всех своих знакомых мы просим предупреждать о своем визите. И сами стараемся заранее созваниваться и договариваться.
Особенности шопинга по-иракски
В Ираке все можно купить в долг - такой своеобразный кредит. Продавец может видеть покупателя впервые – и продать ему в долг свой товар. Все, что угодно, - от продуктов питания до мебели и техники. При этом некоторые записывают в специальную тетрадь имя, номер телефона, а некоторые даже и этого не делают. А если покупатель постоянный, оправдал доверие продавца - это гарантия «взаимовыгодного сотрудничества» на долгое время: скидки, лучший товар, опять же, возможность брать товар в долг и выплачивать так долго, как покупателю это удобно, пусть даже и год. Ну а если человек не оправдал доверия, то «кредитов» больше не будет.
90 процентов продавцов – мужчины. Продавец и хозяин магазина, как правило, – одно лицо. Они заинтересованы в успехе своего бизнеса, поэтому вежливы и внимательны. Очередей не бывает.
Иракский торговец-курд в своей лавке.
По соседству с нашим домом был магазин женской и детской одежды. Как-то я решила купить себе нижнее белье. Подошла к столику, на котором оно аккуратно разложено, стала выбирать. Продавцы-мужчины сразу вышли на улицу, где у них тоже товар, стали что-то там поправлять. Зашли в магазин только тогда, когда я отошла от столика. Не хотели смущать! Представляю сцену в российском магазине: охранник так бы и стоял рядом, глядя, что я там для себя присмотрела. И чтобы, не дай бог, чего не украла!
Если у продавца вдруг возникнет желание проявить уважение к покупателю, то он может продать товар со скидкой, иногда – с очень большой. Может сказать: «Пусть это будет на мой счет» – и отказаться брать деньги. Можно с таким предложением согласиться, а можно – настоять на оплате. Еще продавец может к купленному товару добавить что-нибудь «в нагрузку» – в качестве небольшого подарка. Обычно что-то недорогое. Мелочь, а приятно!
Про бесплатную еду и электричество
Еще со времен блокады каждый житель Ирака ежемесячно получает продукты и товары бесплатно или почти бесплатно. Платится только символическая сумма «за доставку» с каждого члена семьи, сравнимая с нашими 10 рублями. В список бесплатных продуктов входят: мука (9 кг на человека - в большинстве семей хлеб (лаваш) пекут сами), сахар (1-2 кг на человека), сухое молоко (по 250-500г), чечевица или фасоль (по 0,5-1 кг), чай (по 250г), растительное или топленое масло (по 1 л или 1 кг), рис (по 3 кг). Бывает, что добавляют еще какие-то продукты. Из непищевых товаров: стиральный порошок (0,5 кг на человека), туалетное мыло (по паре кусков), газ, керосин.
За газ и керосин приходится доплачивать, но это приемлемая сумма. Газ – в баллонах. Керосин используют для обогрева домов зимой (при помощи керосиновых обогревателей, так как. электричество не всегда бывает – об этом ниже), для приготовления пищи на керосиновых печурках, если нет газа.
Раньше по талонам получали даже школьные тетради, сыр, горох, кур и еще многое другое. При том, что все это есть в свободной продаже по очень доступным ценам. Поэтому даже самые бедные не голодают. Семьи тут большие, если умножить количество получаемых продуктов на членов семьи, то получается очень приличный запас.
Одна из самых главных проблем в Ираке – электричество. Его постоянно отключают. Эта проблема существует ещё со времен блокады. Нет ни одного дня, чтобы не было перебоев со светом. Его могут давать по схеме «2 на 2» – дают на два часа, потом на два часа отключат. Могут один час дать, а на три-четыре – отключить, или наоборот – когда как.
Во время и сразу после войны (последней) часто взрывали электрические станции, и электричества могло не быть несколько дней. Поэтому в каждом иракском доме есть генераторы, работающие на бензине. Можно подключиться к уличному генератору и платить ежемесячно определенную сумму.
Предприимчивые иракцы установили на улицах мощные генераторы, работающие на дизельном топливе, очень сильно гремящие, но зато обеспечивающие электричеством улицу или даже несколько. Когда государственный свет отключается, работает уличный генератор, но тоже не всегда. В летнее время – днем, когда очень жарко, и в темное время суток – часов до 3 ночи, а в зимнее – только вечером, когда стемнеет, и тоже не до утра.
Из-за перебоев с электричеством во многих продуктовых магазинах существует проблема сохранности продуктов, особенно в летнее время. В Ираке есть завод по производству льда. На улицах продают лед в блоках – килограммов по шесть. Покупают обычно четверть блока – килограмм- полтора. Раньше, когда холодильники в Ираке были не у всех, многие семьи покупали лед и хранили в нем продукты , воду для питья в герметично закрывающейся посуде. Сейчас многие делают то же самое: в большие термосы или в другую посуду кладут лед и туда же – банки-бутылки с водой и напитками, или мясо, рыбу.
О здешнем климате
Самое «уютное» и комфортное, по-моему, время в Ираке – с середины сентября до декабря и с середины марта до июня. Зима здесь очень далека от русской, конечно, но бывает и холодно.
Иракские дома строятся с учетом здешнего лета и совсем не рассчитаны на холодное время года. Каменные полы, щели в дверях, большие окна, в одно стекло и чаще с металлическими рамами, двери – часто железные и тоже наполовину или полностью остекленные. Центрального отопления нет. Обогревают жилье электрическими и керосиновыми обогревателями. Дома большие, бывают в три этажа (дом для одной семьи). Конечно, ковры на пол стелют, но все равно холодно. Ночью часто отключают свет, а керосиновые обогреватели опасно оставлять включенными на ночь, поэтому стараются прогревать комнату в течение дня. А ночью спят под несколькими одеялами. Днем зимой на улице теплее, чем в доме. Многие выходят погреться на улицу, под солнце.
Багдад. Ремесленник за изготовлением посуды.
Зимой в Ираке появляется много птиц – очень красивых. Наверное, прилетают из более холодных стран. Температура ночью может опускаться до плюс 5, а днем – до 20 градусов тепла. По русским меркам - тепло. Где-то с октября начинаются дожди, но не такие проливные, как в России. Очень редко бывает настоящий ливень, может – в год один раз, а то и реже.
Часто рассказываю своим знакомым про русские зимы – кто не был в России, тому трудно представить, что это такое. Летом нашему российскому климату они завидуют. Здесь же, в Ираке, летом невыносимо жарко. Не спасают ни каменные полы, ни кондиционеры (а от генератора кондиционер не работает). В каждом доме, в каждой комнате на потолках – вентиляторы. Их тоже недостаточно. Используют мубареды. (Не знаю, как по-русски называется этот прибор, который подает холодный влажный воздух. Он требует намного меньше электроэнергии, чем кондиционер, работает на генераторе, но и охлаждает слабее. Используется только при таком сухом климате, как в Ираке).
Река Тигр в Багдаде.
Обычно температура днем в тени держится в районе плюс 50. Бывает, что и до 60 градусов тепла поднимается. Ночью может опускаться градусов на десять. Многие ночью спят на крышах своих домов или во дворах. Магазины работают с раннего утра до полудня, потом закрываются на «сиесту», а часа в 4 открываются снова и могут не закрываться до полуночи и дольше.
Жара!
Днем люди стараются не выходить на улицу без острой необходимости. Летом бывают пыльные бури, чем-то похожие на пургу: поднимается сильный ветер, воздух становится оранжевым от пыли, ничего не видно вокруг. Бури бывают настолько сильными, что прекращают работу аэропорты, отменяются и переносятся авиарейсы. Даже через закрытые окна и двери пыль проникает в дома, оседая на мебели, вещах, вызывая аллергию.
В Ираке всегда очень много пыли – дождей мало, с апреля почти по ноябрь их вообще нет, рядом – пустыни. Самое жаркое, соответственно – самое тяжело переносимое, время – июль-август. Просто задыхаешься от жары! В это время созревают финики, которых в Ираке более 150 сортов. Финики в Ираке – второй хлеб.
Считается, что если во дворе растет хотя бы одна пальма, приносящая плоды, семья не будет голодной. Свежие финики похожи на густой мед или джем в шкурке. Очень вкусные и полезные.
Сбор урожая фиников.
Круглый год в Ираке растут самые разные овощи, фрукты, зелень. Каждые – в свой сезон. Например, капусту, морковь, свеклу, тыкву не найдешь летом – они растут только зимой. Много таких фруктов и овощей, которых нет в России. Например, сладкий лимон (аромат – лимона, а кислоты нет абсолютно), наранж (по виду – как апельсин, внутри рыхлый, как мандарин, очень-очень кислый; используют обычно его сок, добавляя в различные блюда). Самая разная съедобная зелень, бамия (даже не знаю, с чем сравнить, в России нет ничего подобного). В общем, свежие овощи-фрукты всегда на столе. И цены на все это доступные.
Зато в Ираке нет ягод (малины, клубники, смородины, крыжовника), грибы – только шампиньоны. Нет такого разнообразия злаковых, как в России. Здесь очень много разновидностей бобовых, рис, пшеница – больше не видела никаких круп. Все обусловлено климатом.
Каких деревьев больше всего в Ираке – так это пальм. Кроме фиников (из которых еще и варят мед-сироп – называется «дыбс») и масла, пальмовые ветки и листья используют для изготовления мебели, посуды, беседок, павильонов, заборов и крыш, вееров (точнее сказать, флажков для обмахивания – моаффе), мочалок, ковров, а также в качестве топлива. Ствол используют в строительных целях. Говорят, что в стволе очень мягкая и вкусная сердцевина. Не пробовала.
Кстати, в этом году в Ираке не переводили часы на летнее, а потом на зимнее, время. Очень удобно, никакого стресса для организма. Да здесь это и не нужно. И зимой, и летом светает примерно в одно и то же время – в 5-6 часов. В России зимой рано просыпаться тяжело – холодно, темно. В Ираке всегда светло утром после шести часов. И темнеет приблизительно в одно и то же время, с разницей в час-два. А официальный рабочий день в Ираке – с 7-9 часов до 13, максимум – до 15 (за редким исключением – больницы, например). Люди не работают до вечера, с перерывом на обед, как в России.
(Окончание следует).
