Земляки. Праздник, который всегда с ней

05.05.2010 09:38

Иногда Лилиана Ендовицкая достаёт подшивки «районок», в которых напечатаны её репортажи, фельетоны. И неспешно листает их. И всплывают в памяти события. Большой жизни журналистки.

5 мая, отмечавшееся в советское время как День печати, Лилиана Ендовицкая по-прежнему считает своим праздником

Сколько раз бывал в доме у Лилианы Васильевны Ендовицкой, но почему-то никогда не обращал внимания на то, что на стене у неё висит застеклённый коробок, заполненный рядами приколотых на булавках бабочек и жучков.

- Не знаю, каким чудом всё это сохранилось, - говорит Лилиана Васильевна. – Этой коллекции, думаю, уже лет восемьдесят. Мы с братом начали собирать её тогда, когда мне исполнилось лет семь, а ему года четыре. Ловили сачком бабочек, потом, под присмотром отца, окунали булавки в склянку с эфиром и осторожно прокалывали жучка или мотылька.

Даже в войну, когда пришлось спешно собирать нехитрый скарб («Мама категорически сказала: берём только самое необходимое») и уходить в эвакуацию в Борисоглебский район, Лиля всё-таки умудрилась прихватить с собой самую большую ценность своего детства – коллекцию насекомых.

Её направили учителем русского языка и рисования в Макашевку – всё-таки за плечами к тому времени были уже два курса Острогожского педучилища.

- Я как-то сразу сошлась с учениками, а они со мной, - вспоминает Лилиана Васильева. – Со старшеклассниками организовала драматический кружок. Отзанимавшись в школе, мы шли работать в поле, на ток, на ферму. А ещё ходили по домам колхозников - распространяли займы государству. Хоть и жили, перебиваясь с хлеба на воду, но не припомню случая, чтобы кто-то отказался подписаться на заем. А ещё собирали и отправляли посылки на фронт, варежки и носки вязали для бойцов.

Как только Острогожск освободили от фашистов, она сразу же вернулась домой. Город стоял в развалинах. Дошла и страшная весть: немцы, узнав, что родители Лилианы - коммунисты, в отместку замучили до смерти её бабушку.

В трудовой книжке у Ендовицкой значится, что пришла она в штат острогожской районной газеты 7 июля сорок третьего года.

- Вот с этого дня я и началась как журналистка, - считает Лилиана Васильевна. – Мне повезло в том, что первым моим редактором в Острогожске стал Владимир Викентьевич Нейно. Его спешным порядком прислали из Воронежа налаживать издание газеты. Это тот самый Нейно, который до войны редактировал областную пионерскую газету «Будь готов!». Мы, детвора, читали её просто взахлёб. Нам всё было интересно: и как в июне 1934 года в Воронеже встречали героя-авиатора Михаила Водопьянова (тогдашний редактор «Коммуны» Александр Швер возил его по городу на редакционной машине), о переписке воронежских школьников с великим садоводом Иваном Владимировичем Мичуриным, о детском автопробеге Воронеж – Москва, о том, как спасали челюскинцев.

Помнит Лилиана Васильевна и о том, как летом тридцать четвертого года, только вступив в должность редактора «Будь готов!», Владимир Нейно приезжал в командировку в Острогожск. А вскоре на первой странице областной пионерской газеты появился репортаж о том, как юные острогожцы создали в каждом колхозе отряды «лёгкой кавалерии» по три-пять человек, которые занимались охраной урожая. Строили сторожевые вышки на краях полей, ночевали тут же, в шалашах.

Тему эту Владимир Нейно долго вёл на страницах «Будь готов!». Все районы объездил. Добрался и до Воробьёвского. Здесь он сфотографировал и написал о юном помощнике Воробьёвской машинно-тракторной станции Ване Динцеве. Так его улыбающаяся фотография и появилась на первой странице областной пионерской газеты.

- В моей профессиональной карьере путь тоже лежал из Острогожска в Воробьёвку, - улыбаясь, говорит Лилиана Васильевна.

Тогдашний заведующий сектором печати обкома партии Иван Андреевич Сёмин вызвал Ендовицкую в Воронеж и сказал, что пора ей самостоятельно возглавлять творческий коллектив журналистов, а для этого есть вакансия в Воробьёвке.

Нельзя хотя бы в двух словах не вспомнить Ивана Андреевича Сёмина. Сам он – газетчик (до войны был редактором в Острогожске), отшагал фронтовыми дорогами, сражался под Сталинградом, потерял ногу. После войны выпустил книгу документальных очерков «Сталинградские были», выдержавшую два издания. Когда же возглавил сектор печати Воронежского обкома партии, то все силы бросил на поиск и подготовку кадров для районных газет. В послевоенную пору большинство редакций были просто оголены. То, что в газеты пришли Алексей Прасолов, Борис Стукалин, Илья Польский, снискавшие потом известность в журналистике и литературе, бесспорно, заслуга Ивана Сёмина: он их нашёл, поверил в их талант, направил на работу.

Присмотрел он и Ендовицкую.

Приехала она на новое место жительства и работы зимой, как раз перед самым Новым, 1952-м, годом. Перво-наперво – в райком партии, к первому секретарю Митрофану Мамоновичу Мамонову. Принял хорошо, сказал, что «будем работать вместе, а потому на ближайшем пленуме зачислим нового редактора районной газеты «Большевик» в состав бюро райкома партии».

Редактор острогожской районной газеты «Большевик» Лилиана Ендовицкая, 1951 год.

Редактор Лилиана Ендовицкая, 1951 год.

Вообще, Мамонов – личность легендарная. Жизнь его начиналась в страшной бедности. Мальчишкой-подпаском, за кусок хлеба брался по найму за любую работу. Но стремился к учёбе. Закончил в Воронеже Комвуз, ушёл в армию. В войну – командир полка, освобождал Воронежскую область. Есть его вклад и в знаменитую Острогожско-Россошанскую операцию, когда были разгромлены пятнадцать фашистских дивизий.

- Помнится, в феврале пятьдесят третьего года мы печатали биографии кандидатов в депутаты областного Совета, - вспоминает Лилиана Васильевна Ендовицкая. – Опубликовали и биографию Мамонова. Когда набор вычитывала в гранках, то не могла скрыть своего восхищения и невольно вскрикнула: «Вот это да!» Так наш бухгалтер Массальцева – она сидела в соседнем кабинете – вскочила и ко мне: «Что-то случилось, Лилиана Васильевна?» - «Да нет, - отвечаю. – Просто у нашего первого секретаря райкома партии столько военных наград, а я и не знала». А вообще нам, журналистам воробьёвской газеты «Большевик», с Мамоновым (с 15 февраля 1953 года она стала называться «Коммунист»), работалось, что называется, душа в душу. Он не надоедал со своими советами и «направляющими директивами». Он просто доверял нам.

Это потом, уже редактором в Землянске (теперь это Семилукский район) Лилиане Ендовицкой придётся столкнуться с другим стилем партийного руководства. Тамошний «первый» сразу же ей заявил: «Критики в газете никакой не должно быть! Понятно? Если не понятно, то нам придётся расстаться. Так что выбирайте».

И Ендовицкая ушла в другую редакцию.

На тот момент - в каменскую газету.

Однако вернёмся в Воробьёвку.

- Как вам работалось? – спрашиваю Лилиану Васильевну.

- Хорошо работалось, - отвечает. – Нас из творческих было всего-то трое: Кривоносов - ответственный секретарь, литературный работник (так тогда называли корреспондентов) - совсем молоденькая девчоночка Катя, а вот фамилию её запамятовала. И я – редактор. Писали все; по колхозам много ездили. Понятное дело – на лошадке, у нас в штате и конюх был. Лошадка, скажем так, была преклонных лет. А если отправлялись вёрст за тридцать, в Краснополье или Солонцы, то, считай, обратный путь чуть ли не весь идёшь пешком – устал наш «редакционный транспорт».

Много появлялось на страницах газеты критики. Тут вам и рейды, и статьи, и фельетоны. Фельетонистом была Ендовицкая. Причем уровень критики не ограничивался лишь персоной «стрелочника». Вот, например, двести строк о чинуше, тогдашнем секретаре районного Совета депутатов Ольге Шпотиной. Депутатскую работу не вела, а только по базам разъезжала да дефицит всяческий приобретала.

Искали, и находили, воробьевские журналисты и людей неординарных, талантливых. Так, на страницы «районки» попал восьмидесятилетний колхозник из Первого Никольского Н.П.Уваров. Это он руководил художественной самодеятельностью в селе, создал хор, сам пел и играл на гармошке. И стал победителем районного конкурса самодеятельных артистов. И это в таком солидном возрасте!

- А ещё мне запомнился Лаврентий Шмигиринов из Воробьёвской МТС, - вспоминает Лилиана Васильевна. – Он был единственным в тех краях, кто играл на скрипке. Мог и классику исполнить, и народные песни. А сын у него – Пётр, так тот играл на баяне. Вот такой дуэт был в районном Доме культуры.

С доброй улыбкой говорит о том, что когда они напечатали об очередном государственном снижении розничных цен на товары и продукты, то газету чуть ли не из рук выхватывали. Тогда лекарства на четверть подешевели, на столько же – керосин, а овощи и картошка – наполовину, одежда, обувь и галоши – на 20 процентов. В следующий номер они дали информацию, что товарооборот в связи с этим возрос в полтора раза.

…Иногда Лилиана Васильевна Ендовицкая достаёт из книжного шкафа подшивки районных газет, в которых напечатаны её репортажи, фельетоны, зарисовки. И неспешно листает их.

Страница за страницей. И всплывают в памяти лица, события, картины прожитой жизни. Большой жизни журналистки.