Политика
Окно в мире. За Великой китайской стеной
09.06.2009 10:00
Этой стеной Китай уже давно ни от кого не отгораживается. Реформы, которые здесь настойчиво проводятся в жизнь ради людей, и политика открытости уже вывели Поднебесную в число мировых лидеров. В Пекин делегация из главных редакторов восьми ведущих региональных газет России, приехала по приглашению ппресс-канцелярии Госсовета КНР - посмотреть, как развивается эта страна, как живётся здесь людям.
Этой стеной Китай уже давно ни от кого не отгораживается. Реформы, которые здесь настойчиво проводятся в жизнь ради людей, и политика открытости уже вывели Поднебесную в число мировых лидеров
Все долгие часы полёта от Москвы до Пекина моя соседка рисовала в особым образом разлинованной тетрадке иероглифы. Она – аспирантка, летела в Китай уже в пятый раз, и по тому, с каким тщанием она вырисовывала загадочные знаки, виден был её неподдельный интерес к языку нашего Большого соседа.
Когда самолёт, снижаясь, пробил плотную завесу облаков, в иллюминаторе показалась земля, точнее – слегка гористая местность с увеличивающимися по мере уменьшения высоты полета квадратами и прямоугольниками полей. Вот и дома стали различимыми, ленты дорог, отдельные автомобили. В такой многочисленной стране, как Китай, где проживает раз в десять народу больше, чем в России, казалось бы, и сверху должен видеться этот большой человеческий муравейник.
- А где же люди? – спросил я в шутку у соседки.
Она оторвалась от своих жучков-иероглифов, посмотрела в иллюминатор и со знанием дела ответила:
- Люди? А люди здесь работают.
И потом, в поездках по Китаю, я не видел скоплений больших народных масс. Никаких человеческих рек, никаких толп, и никто здесь не ходит строем, разве что военные.
Вот и Пекин. Если бы не иероглифы на рекламных щитах да граждане, внешний вид которых несколько отличается от европейского, то и невозможно было бы определить, какой стране принадлежит сей великий город. Есть в его облике что-то понемногу от Чикаго с Нью-Йорком, от Сингапура, от израильской Хайфы, от… Впрочем, сказать можно одно: это гигантский мегаполис, сверкающий чистотой и уютом. Высоченные здания из стекла и бетона. Широкие магистрали. Дорожные развязки в двух, а то и трёх, уровнях. Бордюры уложены как по ниточке, разметка – ясная.
Сюда мы, делегация из восьми главных редакторов ведущих региональных газет России, приехали по приглашению ппресс-канцелярии Государственного Совета Китайской Народной Республики посмотреть, как развивается эта страна, как живётся здесь людям.
Нередко в иных наших газетах можно прочитать, будто в Китае Компартия держит народ в узде, помыкает им, заставляет работать за чашку риса, а едят там даже дождевых червей. В «ту степь» клонят и разные радиоголоса, для которых если и есть рай, то он непременно находится в Соединённых Штатах Америки. Все эти разговоры, сразу скажу вам, уважаемые читатели «Коммуны», полная чушь. Ещё в старое время наш земляк Андрей Снесарев военный и учёный-геополитик, дивился Китаем и завещал нам уважительно относиться к его народу. А уж он-то хорошо знал, что Восток – дело тонкое!
- У Китая непростая история, - начал свой рассказ на первой встрече с нами заместитель начальника пресс-канцелярии Цянь Сяоцянь. – Но ни один год из этой истории мы не вычеркиваем и не переписываем. Судьбу страны принимаем такой, какая она есть – с подвигами народа и его страданиями, с войнами и революциями. Тридцать лет назад у нас начались реформы, которые позволили многократно повысить экономическую мощь государства и уровень жизни людей.
На следующий день мы гостили у начальника Департамента стран Европы и Центральной Азии китайского МИДа Чанг Ханха. И он особо подчеркнул, что в первые десятилетия социалистического строительства неоценимой была помощь Советского Союза:
- Мы это помним. Мы это ценим. По советскому образцу и подобию у нас действуют органы власти. Армия, наука, культура, образование – всё это строилось при прямом участии советского народа. Огромное число китайских специалистов обучалось в ваших учебных заведениях… Вы избрали другой путь. Мы остались верны социалистическому выбору. Мы строим социализм с китайской спецификой. Это социалистическая рыночная экономика.
• • • • •
Жил-был в Китае такой человек – Дэн Сяопин. Не занимая первых постов в государстве, он стал его лидером.
В 1949 году Компартия, членом которой он состоял, взяла власть в свои руки. Наследство было – хоть плачь. Разграбленная империалистами, потом и японским оккупантами, огромная по населению страна стояла в ряду беднейших. Ценой огромных человеческих и материальных затрат новым властям удалось стабилизировать ситуацию, а потом и повести Китай в гору.
К середине семидесятых годов прошлого теперь уже века ежегодный прирост валового внутреннего продукта составлял 9 процентов. Но этого было мало. Если провинции на побережье жили ещё более-менее сносно, то внутренние и северные территории продолжали бедствовать. Затеянная «культурная революция», под жернова которой угодил и Дэн, усугубила ситуацию.
После смерти Мао Цзедуна (при котором Дэн, ещё не опальный, занимал самое большее так это пост вице-премьера) ситуация в стране начала меняться. Дэн Сяопин возвращается из опалы. Становится председателем Народного политического консультативного Совета Китая, а чуть погодя – председателем Военного Совета КПК.
Опыт борьбы, ум, волевые качества, которыми он обладал, позволили ему стать тогда самым влиятельным человеком в партии, а значит, и в стране.
Дэн давно был одержим идеей реформ. Ещё в 1967 году на одной из партконференций он произнес фразу, которая потом стала знаменитой: «Не важно, какого цвета кошка. Главное, чтобы она ловила мышей», – опасно для себя намекая на то, что социалистическая экономика может иметь разные формы.
На пленуме ЦК КПК в 1978 году Дэн изложил программу модернизации страны. Доклад его назывался так: «Освободить мышление, искать истину в фактах, сплотиться и смотреть вперёд». За Дэном пошли по четырем направлениям модернизации – сельского хозяйства, промышленности, науки, Вооружённых сил.
В ту пору в Китае крестьяне составляли восемьдесят процентов. Жили коммунами – вроде наших колхозов. В деревнях разрешили, не распуская директивно коммун, самостоятельность в выборе, что сеять и выращивать. Дали «добро» на семейный подряд. Позволили заниматься несельскохозяйственной деятельностью. И – никаких налогов! В результате за короткий срок вечно голодный некогда китаец стал продавать зерно в другие страны.
В промышленности начали с хозрасчёта, следом пошли частные предприятия. Обошлись без оболванивания народа ваучерами. Дэн настоял на создании свободных экономических зон. Если кто не забыл, они у нас появлялись в Калининградской области, в Питере при Собчаке, ещё, кажется, в Ингушетии и Калмыкии. Увы, ничего путного в России с этими зонами не вышло.
А в Китае – обратите внимание – в свободных экономических зонах действуют десятки тысяч предприятий с иностранным капиталом. На встрече с начальником отдела Госкомитета по вопросам развития и реформ Ли Пумином мы услышали про некогда мелкое сельцо Шэнчжэнь, за два десятилетия превратившееся в трёхмиллионный город.
Смысл китайских реформ и в том, чтобы насытить производство новыми технологиями, выучить кадры. Для этого, следуя «политике открытости», огромное количество студентов и аспирантов государство направило в лучшие зарубежные вузы, среди которых, по счастью, оказались и воронежские.
Вот какая интересная штука получилась. Горбачев подсунул соотечественникам «общечеловеческие ценности», выборы директоров, пустопорожние разговоры про социализм, которого «должно быть больше». От всего этого Союз, стоявший в нескончаемых магазинных очередях, развалился.
По Дэну, бытие должно стоять там, где ему завещал быть Маркс, – впереди сознания. При Дэне идеологические принципы стали играть минимальную роль в экономике: «Не стоит сковывать себя идеологическими и практическими абстрактными спорами о том, какое имя это всё носит – социализм или капитализм», - заявил он в 1992 году. Но добавил: «В настоящее время Китай переживает процесс, когда требуется сосредоточить всё внимание на экономическом развитии. Если мы бросимся в погоню за формальной стороной демократии, то в результате не только не осуществим реальную демократию, но и не добьёмся и экономического подъема… Да, мы действительно хотим развивать социалистическую демократию, но это нельзя делать наспех. Тем более – нельзя следовать в этом западным образцам».
Когда Дэн Сяопин умер, какая-то то ли японская, то ли американская газета назвала его китайским Горбачёвым.
Эх, лучше бы Горбачёва назвали русским Дэн Сяопином!
• • • • •
Как сейчас живется китайцам? Не всем одинаково. Кто-то уже стал богатым. Кто-то еле сводит концы с концами. Из рассказов тех людей, с кем довелось общаться, мы узнали, что в среднем в КНР приходится 3200 американских долларов дохода на душу населения. Это в год. Не густо, если американец имеет почти такую же зарплату в месяц.
В российских «деревянных» получается примерно 8000 рублей ежемесячно на каждую китайскую душу. Много это или мало? В родной Воронежской области мы имеем 11018 рублей. Но учтите: в Китае дешевле продукты питания, да и китаец не нам, обжорам, чета. Восемьдесят пять процентов населения имеют собственное жильё, расходы на его содержание здесь считают несущественными, нет налога на недвижимость.
Переводчица и гид, которую мы на наш манер и по её просьбе звали Женей, - дама средних лет. Родилась она где-то на севере страны. Впечатления от детства – бедность. Велосипед, швейная машинка были предметом роскоши и зависти соседей. Сейчас никого не удивишь ни крутым сотовым телефоном, ни телевизором с плазменной панелью, ни автомобилем. Центральная власть прямо говорит народу: обогащайтесь; а если вам будут мешать чиновники, мы чиновников раздавим. За такой властью народ чувствует себя, как за Великой китайской стеной. А в России? У нас бюрократия говорит сама себе: обогащайся, а если народ или бизнесмены будут мешать, мы их…
Сама Женя (перевод на русский для неё хобби) уже состоявшийся предприниматель. Её бизнес – продажа водонагревателей: их ставят на крышах, заполняют водой, вода проходит по панелям и нагревается от солнечных лучей. Потом используется в бытовых целях. Она поверила в необратимость перемен, поверила властям и – в светлое будущее! Не смейтесь. Это у нас многие носы повесили, потеряли веру во всё и вся, в том числе и в себя. А в Китае экономические успехи являются отличным фоном для утверждения в обществе чувства социального оптимизма.
Да, тут никто не ставит грандиозных целей вроде «догнать и перегнать Америку». Пока стоит простая задача вывести гигантскую страну в число «середняков» по доходу на душу населения. Но при этом ВВП как бы автоматически станет вровень с ВВП США. То есть, по своей экономической мощи КНР лет через десять, если не раньше, может догнать ныне единственную сверхдержаву. И кем-чем тогда будет сам Китай?
Выросли ли в Китае цены из-за кризиса, интересовались мы на встречах с деловыми людьми, политиками, простыми гражданами. У нас-то в России они вон как заметно подросли!.. Нас заверили, что здесь, наоборот, цены упали. Те предприятия, которые работали на зарубежье, частью начали банкротиться, но многие перешли на внутренний рынок, снизили цены и – выиграли. Вся страна сейчас в новостройках. А поначалу частные банки не хотели снижать процентные ставки по кредитам. Тогда главный государственный банк сделал ипотеку семипроцентной – и частные банки засуетились: кому хочется разоряться! Стали и они держаться семи процентов. Началась массовая скупка жилья. А сам Национальный банк уже раздал ипотечных кредитов в десять (!) раз больше, чем в 2008 году.
На десять процентов подешевели автомобили, на тринадцать – мотоциклы и скутеры, столь популярные в Поднебесной. Если память не изменяет, продажи автомобилей в России упали вполовину. А в Китае – выросли на целых семь процентов. Здесь такую узду накинули на доллар, что курс его – обвалился!
Подешевевший товар хлынул в деревню, где с деньгами особо туго было всегда. Крестьяне стали его покупать. Упавший доход от экспорта начал компенсироваться ростом дохода на внутреннем рынке.
Китаец не только трудолюбив, он ещё и хитёр. В стране, пока нефть подешевела, создают её запасы. По телевидению то и дело показывают, как строятся новые дороги, как прокладываются новые газопроводы. Началась скупка (с далёким прицелом) обанкротившихся европейских банков. В общем, так и хочется, по-хорошему завидуя, сказать: кому – кризис, а кому – мать родна…
Китайцам, похоже, наплевать на этот самый кризис. Зайдёшь в магазин – много покупателей. В ресторанах, кафешках свободных мест по вечерам нет.
Гуляя по 18-миллионному Шанхаю, мы дивились его мощи. Тут вам и стоэтажные небоскрёбы, и гигантская башня «Жемчужина Востока», которая всего чуть-чуть пониже Останкинской, и метро исключительной чистоты и порядка, и много всего такого, отчего глаза становятся круглыми.
– В таком грандиозном городе у правоохранительных органов, наверное, много работы, - поинтересовался у представителей городской пресс-канцелярии.
- Ну что вы! Шанхай – один из самых спокойных городов в мире. Ночью женщина может одна совершенно безопасно гулять по его улицам.
Оказывается, за правопорядком здесь следят тысячи телевизионных камер, и то, что полицейских сравнительно мало, ещё ничего не означает. Техника работает в круглосуточном режиме, на контроле – буквально каждый квадратный метр. Был такой случай. Один гражданин приехал в магазин за покупками. Выходит с пакетами, а машины нет. По его звонку в полицейском участке были предприняты соответствующие меры: с камеры наблюдения «сняли» показания, проследили за маршрутом авто, и через пять минут угонщик был блокирован на оживлённой трассе.
Наказывают в Китае за нарушение закона строго. Смертную казнь отменять не собираются. Она грозит за многие нехорошие деяния. В том числе за коррупцию. Некоторое время назад в том же Шанхае погорел секретарь горкома по имени Чэнь Ляньюй. Он «посасывал» денежки из госкомпании, куда и его послали в совет директоров. Это у нас за такое по плечу похлопают, а там…
Газеты писали о жертвах большого землетрясения в Сычуани. Стихия уничтожила семь тысяч школьных помещений. Погибло много учащихся. Причём другие строения устояли. Начали разбираться – и нашли вот что: когда школы строили, то ответственные чиновники за взятки скрывали факт использования некачественного стройматериала. Мздоимцев быстренько арестовали. А по телевизору показали партийного вожака в городе Мяньчжоу, который на коленях умолял родителей не отправлять делегацию с жалобой к руководству страны.
О жалобах. Если люди жалуются «наверх», значит, не срабатывают мэр, губернатор провинции. И следом идут кадровые перемены. Губернаторов здесь меняют очень часто. И не только за жалобы. Больше за то, что не обеспечивают плановые показатели прироста валового внутреннего продукта. Плюс за мздоимство, если поймают.
С рангами не церемонятся. Как-то на взятках погорел министр КНР по продовольствию и лекарствам Чжень Сяоюй. Его расстреляли. Перед смертью Чжень послал в центральную газету «Письмо раскаяния», обращённое к гражданам КНР: не воруйте, не гонитесь за высокими постами, воспитывайте в себе чувство ответственности и помните, что он, Чжень Сяоюй, - горький пример того, к чему может привести безответственное обращение с властью… Эх, его бы слова да нашим чинодралам в уши!
Ведут борьбу со взяточниками специальные антикоррупционные бюро. Они контролируют только чиновников. И действуют строго в рамках закона.
Коррупционеров в стране ещё много. Считают, что здесь растаскивают по карманам в год несколько миллиардов долларов. В 2008 году ЦК КПК обнародовал пятилетний – до 2012 года – план борьбы с лихоимством и казнокрадством со стороны партийных и государственных чиновников. Руководителей всех уровней обязали обеспечить «законную, чистую и демократическую систему менеджмента». Большую роль в этой борьбе отвели прессе. Газеты, телевидение и радио будут поощряться за критику партгосчиновников. Единственное требование при этом к СМИ – соблюдать нормы профессиональной этики.
Мы спросили об условиях жизни наших китайских коллег. Оказалось, что журналисты, как и врачи с учителями, входят в число наиболее уважаемых и высокооплачиваемых профессий. И нашего брата там боятся, как огня. Не все критические материалы напечатают, но и по неопубликованным будут приняты такие меры, что мало не покажется.
• • • • •
Известно, что в Китае сдерживается рост населения. Это не от хорошей жизни. Дай волю - и народу наплодится столько, что яблоку негде будет упасть. Системой всяческих мер (ясное дело, не насильственных) утверждается принцип «одна семья – один ребёнок».
- Вы не думайте, что это вызывает у людей недовольство. Иные семьи и одного иметь не хотят…, - рассказала Линь, наша переводчица в Пекине. – Раньше, в старые времена, считалось так: много детей – значит, когда вырастут, в семье больше будет рабочих рук. Пенсии тогда не платили, дети обеспечивали доживание стариков-родителей. Сейчас пенсионная система налажена; скромно, но жить без поддержки наследников можно. Кстати, есть и послабления в нашей демографической политике. Я у родителей, например, одна. Мой будущий муж (дело у нас идёт к свадьбе) тоже единственный в семье. Мы можем иметь двух детей. Такое правило. Думаю, однако, обойдёмся одним. Родится мальчик или девочка, отдадим в хорошую школу, потом в вуз. Одному легче дать полноценное воспитание и образование.
От Линь мы узнали: детский сад, средняя школа – это в Китае бесплатно. Дальше учись за деньги. Если родители бедноваты, а отпрыск проявляет даровитость, то на помощь приходит государство.
- А где жить будете с мужем? У его родителей или у твоих?
- Нет, будем покупать себе жильё. На центр Пекина не рассчитываем. Тут квадратный метр стоит тысяч двадцать юаней. Возьмём что-нибудь поскромнее, ближе к окраине, в кредит, под банковские 4-5 процентов.
На глаза нам часто попадались туристические группы – в Пекине на площади Тяньаньмэнь и в других достопримечательных местах, на Великой китайской стене, в шанхайском Старом городе. Каждую группу ведёт гид с поднятым вверх флажком. Флажки – разного цвета. На них туристы ориентируются при пеших переходах.
Обратили внимание – очень много путешествующих в значительном, так скажем, возрасте. Оказалось, здесь начинает развиваться высокими темпами пенсионный туризм. Идут с рюкзаками дедушки с бабушками, щёлкают цифровыми фотоаппаратами, внукам по сотовым телефонам докладывают об увиденном. У пенсионеров стран Западной Европы пенсионный туризм давно в моде, причём зарубежный. В Китае такой туризм пока внутренний. Он бы был и «на выезд», но пока размеры пенсий скромноваты. В среднем на бывшего рабочего приходится долларов 250 в месяц, на бывшего крестьянина – в два раза меньше. То есть, это 7500 и где-то 3500 нашенских рублей. Имейте только в виду вот что: китайцы очень бережливы. Дорожат каждой копейкой. Экономят, ужимают, может быть, в харчах и обновках, но накапливают на поездки.
Магазинов и в Пекине, и в Шанхае, и в других городах – великое множество. То, что мы видели на прилавках, – высочайшего качества. В давние времена, если кто забыл, китайские фонари, термосы, авторучки с золотым пером, кеды, одежда символизировали собой товар высшей пробы. С начала девяностых годов наши «челноки» стали привозить из Китая абы что, лишь бы купить там оптом побольше и подешевле. В разных кустарных производствах китайского приграничья спрос учуяли и стали гнать халтурку. На самом же деле серьезные предприятия репутацию свою берегут, да ещё как, будь они и частными, и государственными.
В городе Хайнинь есть частная корпорация, которую называют «Город кожи». Здесь сосредоточены производство и продажа изделий из кожи и меха. Чего только нет! На самый изысканный вкус, любой каприз за ваши деньги. Торговый комплекс столь грандиозен, что его можно сравнить по размерам с двумя десятками магазинов вроде чижовской «России» в Воронеже. Председатель правления корпорации господин Жэнь Юфа лично водил нас по лабиринтам этого супергипермаркета, где всё так вкусно пахнет кожей и мехом, и с нескрываемой гордостью показывал товар – от копеечных кошельков до дорогущих шуб чуть ли не в сотню тысяч долларов. Для гостей из России Жэнь Юфа распорядился сделать значительные скидки, аж до сорока процентов. Чем и воспользовались дамы в нашей делегации. Всё, что они приобрели, было изумительного качества.
Очень хорошую мебель делает частная компания «Аусен». Генеральный директор госпожа Фэн Шиан показала производство, дала возможность поговорить с рабочими. Люди довольны зарплатой (в среднем долларов по 500), обхождением.
- Трудновато работать с российскими партнёрами, - жалуется директриса. – Много таможенных проволочек, бюрократических согласований. С американцами проще. Позвонил партнёр из США, запросил двести диванов. Я их отправила. Вот так бы, по-простому, с Россией торговать…
На одном предприятии научно-производственного профиля служащая Ци Цзи переводила нам слова своего директора (она училась на технолога в Киеве). Директор поведал такую историю. Прослышав о разработках одного нашего Дальневосточного НИИ, он договорился о сотрудничестве, взяв на себя обязанность наладить выпуск оборудования по производству экологически чистых панелей (вроде ДВП) из рисовой шелухи по технологии, придуманной тем самым НИИ. Сконструированное оборудование можно также использовать для приготовления кормовых добавок. Думалось, что в России заинтересуются разработкой. Увы – знакомые бюрократические препоны. Зато хохлы прознали, и теперь механизмы, готовые на экспорт, красуются с надписями на украинской мове.
• • • • •
Настало время возвращаться домой. Гостеприимные хозяева устроили нам на прощание роскошный ужин, блюд, наверное, из двадцати. Была утка по-пекински, суп из плавников акулы, разные морские деликатесы, бамбук, разваренный в утином бульоне, фрукты и прочее. Плюс соки-воды, пиво, вино рисовое. Пожалуйста, не завидуйте: если бы они приехали к нам, то и для них мы бы стол богато накрыли, но, конечно, по-русски.
И вот аэропорт. Проверка багажа, паспортный контроль… Стюардесса перед взлётом прошлась со стопкой наших газет. Я взял «Комсомольскую правду», её выпуск-дайджест специально для авиапассажиров.
Начал листать и увидел огромную, на две страницы, статью о Китае. Статья называлась «Пока Россия пьёт, Китай далеко уйдёт».
Стало больно и обидно. Захотелось заплакать…
