18.12.2017 22:52

В стране незаданных вопросов

18.12.2017 22:52

Закулисье большой пресс-конференции Владимира Путина не менее интересно, чем само выступление главы государства. На тринадцатую по счёту встречу Президента с журналистами собралось 1640 человек.

Репортаж | Закулисье большой пресс-конференции Президента России Владимира Путина не менее интересно, чем само выступление главы государства

В нынешнем году на тринадцатую по счёту встречу главы государства с иностранными и российскими журналистами собралось 1640 человек, что на 200 больше, чем в прошлом. Место и время встречи остались прежними – полдень, конференц-зал в Центре международной торговли.

Светлана ВОРОБЬЁВА
Воронеж – Москва – Воронеж

Утром поезд №25 Воронеж– Москва, скрипя железом тормозов, притащил к Павелецкому вокзалу шестнадцать вагонов из столицы Черноземья в столицу Родины. Бегу в метро и с пересадками оказываюсь на станции «Выставочная», откуда шаттлы (синие тонированные микроавтобусы с надписью Russia и флагом) везут нас к зданию Центра международной торговли. Все, кто не успел получить именные бейджи с фотографией, которые, к слову, раздавали за день до пресс-конференции, стоят в очереди за ними. Без этого куска пластика со всевозможными знаками защиты проход через блок-посты невозможен.

Становлюсь в очередь и я, так как приехала только утром. Передо мной два журналиста из Турции суматошно достают из сумки все свои документы – паспорта с визами, редакционные удостоверения, ещё какие-то свидетельства. На них долго смотрят, проверяют все бумаги. Очередь немного затягивается. Когда с ними закончили, я протягиваю свой паспорт и удостоверение. Мои документы изучают менее тщательно, быстро находят бейдж, и как остальным вручают войлочную папку, на которой тиснеными буквами выбито «2017 Пресс-конференция Президента РФ Владимира Путина». В папке блокнот, ручка, календарь на следующий год.

Двигаюсь к первым постам охраны. Ещё на улице нас встречают полицейские с ручными сканерами, которыми они просвечивают бейдж. Замечаю, что на небольшом дисплее сканера высвечивается информация обо мне. Сверив фото на дисплее со мной, живой, стоящей перед ними, пропускают.

Затем, уже в здании, второй пост охраны. Здесь система досмотра как в международном аэропорту – на ленту сканера ставятся ящички, в которые каждый грузит все сумки, рюкзаки, а также верхнюю одежду, технику и металлические предметы. Поставив все необходимое на транспортер, прохожу под рамкой – и она… звенит! Дорогу вперед мне быстро перегородили два полицейских. Я немного взволнованно осматриваю себя и вспоминаю, что буквально неделю назад решила своим наручным часам сменить имидж – впервые за пять лет вместо кожаного ремешка приделала к ним металлический браслет. Вот он-то и предательски зазвенел на металлоискателе. Виновато возвращаюсь на начальный пункт моего прохода, снимаю часы, и как чистый человек без единого звука выхожу «за рамки». Здесь приходится снова подчиняться правилам, и сдать в гардероб не только верхнюю одежду, но и свой рюкзак. Достаю диктофон и блокнот – что ещё нужно пишущему журналисту?!

Смотрю, как другие проходят те посты, что и я недавно миновала. Оказывается, что забытые на руках часы – это мелочь. Многие женщины пришли с косметикой – из сумочек охранники доставали духи, флаконы с лаком и муссом для волос, которые конфисковались до окончания пресс-конференции. Изъятию подлежали бутилированная вода и сок.

За два часа до начала в холле второго этажа, кажется, собрались все, желающие задать свои вопросы Президенту. Телевизионные журналисты записывали стенд-апы, фотографы щелкали затворами ежесекундно.

В огромном море коллег, тут и там над головами проплывали транспаранты с разными надписями. Чтобы выделиться, журналисты креативили как могли: начиная от провокационных надписей и заканчивая необычными костюмами. Так, встретился мне журналист газеты «За доблестный труд» из города Гусев Калининградской области Сергей Каюков.

– Я пришел в костюме Деда Мороза, потому что скоро Новый год, и я хочу поздравить нашего Президента с этим праздником. А можно я вам задам вопрос? – внезапно спросил меня Сергей Каюков. – Вы были в Калининграде?

– Нет, но очень хотелось бы, – отвечаю я.

– Так вот, мой вопрос Путину посвящен именно развитию туризма. К нам можно добраться только на самолёте. И я бы очень хотел попросить Президента договориться с перевозчиками, чтобы они не поднимали цены в летний период.

Поговорить с Дедом Морозом из Калининграда долго не удалось, да и сам он тут же затерялся в толпе. Пока до входа было ещё время, я рассматривала надписи на табличках. «КрымВаш, но есть вопрос…», «Путин бабай» (позже оказалось, что по-татарски это – дедушка), «Хуже не будет?», «Водоросли Архангельская область», «Про овёс»… Это не полный список того, что удалось прочитать в коридоре и уже в зале во время пресс-конференции.

Запускать стали примерно за 40 минут до начала. Первыми пригласили зайти операторов и фотографов, но по факту в приоткрывшиеся двери ломанулись все. Не побоюсь использовать это слово, потому что только мощными торсами охранников и сдерживалась хлынувшая в зал людская толпа. Немного подождав, пока большая часть пройдет, зашла и я. Увидела свободные спинки кресел, но оказалось, что просочившиеся ранее журналисты занимали места для себя, да ещё для пятерых коллег из своего региона. Так что пришлось примоститься сзади операторов, ведущих прямой эфир. «Что ж, тем интересней будет», – решила я и, нисколечко не огорчившись, проверила заряд батареек диктофона.

Собирается народ, знакомлюсь с коллегами. Рядом со мной сидит взволнованный журналист газеты «Город говорит» Михаил Макаров из города Шахты Ростовской области. Он постоянно хватается то за свой двусторонний плакат, на каждой стороне которого крупными буквами написано «Шахты» (на одной стороне чёрным по белому, а на другой – белым по чёрному), то за мобильный телефон, непрерывно снимая небольшие видеоролики-трансляции для Инстаграмма. С другой стороны – журналистка из Кургана, которая мне рассказывает, что именно она ввела моду на плакаты на пресс-конференции. Она достает из миниатюрной сумочки сложенный в несколько раз ярко-желтый лист, на котором написано «Экспорт с/х».

Сзади нас фотографы и операторы уже настраивают аппаратуру и обсуждают, как будут проводить вечер. Один лысый фотограф зычным голосом объявил: «Когда Путин отвечает на вопрос, плакаты опустить. Они мешают нам снимать. В тех, кто нарушит правило, полетят батарейки и аккумуляторы».

Вот вошел пресс-секретарь Президента Дмитрий Песков и сказал, что глава государства будет через пару минут. То, что Президент вошёл в зал, я поняла по тому, что услышала, как звук затворов сотни фотоаппаратов заглушил все остальные шумы.

Журналисты повскакивали со своих мест, словно школьники при входе учителя. Сел Президент, сели и остальные. В этот раз начали пресс-конференцию сразу с вопросов. Дмитрий Песков давал слово в первую очередь президентскому пулу, что логично, хотя многими сидевшими вокруг меня коллегами было расценено как несправедливость.

Если попытаться оценить пресс-конференцию количественно-качественными показателями, то продлилась она 3 часа 40 минут – на десять минут меньше, чем прошлая. Всего 55 журналистам удалось завладеть микрофоном, часть из них пытались за одно выступление задать сразу несколько вопросов.

Из неожиданного – вопрос, а скорее даже возмущенное выступление от пробравшегося в зал под видом журналиста председателя совета директоров Мурманского рыбокомбината Михаила Зуба. Оно, вероятно, было самым долгим по времени – около пяти минут. Владимир Путин же дольше всего отвечал на вопрос о ситуации на Юго-востоке Украины – больше 12 минут.

Вообще, в нынешнем году выявилась одна тенденция: Владимиру Владимировичу всё скучнее и скучнее отвечать на примерно однотипные вопросы журналистов, поэтому было решено объединить их тематически. То есть когда задавался вопрос, например, про сельское хозяйство, глава государства просил ещё журналистов, подготовившихся по этой теме, встать и озвучить своё, и на этот «пакет» уже готовил ответ. А на первом курсе журфака учат, что нельзя задавать сразу несколько вопросов, потому что собеседник ответит на последний или наиболее удобный ему.

О результатах такой «упаковки» можно судить, посмотрев внимательно трансляцию пресс-конференции или почитав стенограмму.

Главными темами стали коррупционные скандалы, героями которых являются Игорь Сечин и Алексей Улюкаев, тема выборов и фактического отсутствия на них оппозиции, конечно же, Украина и недавняя поездка Президента в Сирию. Много внимания уделили теме поддержки детей, особенно одарённых. Здесь, конечно же, были и «ТелеДетки», которые второй раз задавали свои детские вопросы.

Чем дольше шла пресс-конференция, тем напряженней становилась обстановка в зале. Только заканчивал свою речь глава государства, как с кресел вскакивали журналисты, они кричали, размахивали плакатами, чем изрядно веселили снимавших прямую трансляцию операторов, сзади которых я и сидела. Операторы иногда тихо переговаривались с сидевшими в черных костюмах и аккуратно подстриженными мужчинами с бейждиком «организатор», и на их лицах была загадочная улыбка, словно они знали что-то большее, чем все собравшиеся в зале.

Сидевший рядом со мной журналист из Шахт к середине пресс-конференции явно погрустнел и засобирался. От него удача отвернулась в самом начале: Путин заметил плакат коллеги, прочитал его сначала как «шахматы», но разобрав, что написано «Шахты», быстро потерял интерес. Поэтому заготовленный коллегой вопрос про стадион в городе, воспитавшем множество Олимпийских чемпионов, так и канул в Лету.

Чем ближе к концу подходила пресс-конференция, тем острее становилось противоборство. Сидевшие за мной журналисты не стесняясь обсуждали выступления коллег, считая поднимаемые ими темы менее важными, чем невысказанные ими. Конечно, много осталось ещё незаданных вопросов, в том числе и от меня, журналиста «Коммуны». Когда смотрела на грустные лица выходивших из зала журналистов, которым не досталось право голоса, мне хотелось их немного подбодрить: Владимир Владимирович ведь объявил, что собирается выдвигать свою кандидатуру на новый срок, поэтому, возможно, будет ещё не один шанс задать Владимиру Путину свои невысказанные вопросы.

В огромном море журналистов каждый во что бы то ни стало пытался задать
вопрос Президенту, но удалось только пятидесяти пяти. Фото kremlin.ru.