Политика

Записки советника

(Окончание). Старший советник органов госбезопасности Афганистана Павел Кудасов – один из героев книги Виктора Руденко «Особая миссия. Сотрудники КГБ СССР вспоминают об Афганской войне 1979-1989гг.».

К памятной дате |Четверть века назад советские войска завершили выполнение интернациональной миссии в Афганистане

Там, где появлялись шурави (советские), они сразу же оказывались в окружении мальчишек.
Павел Кудасов на одной из улиц Джелалабада. 1982 год. Фото из личного архива П.Кудасова

Окончание. Начало в №№13-18

Об истинной и мнимой жестокости

Осенью 1983 года в одном из кишлаков удалось блокировать отряд душманов – человек под пятьдесят, за которым долго и безуспешно охотились. Хадовцы потирали руки: душманы в ловушке, теперь не убегут! В предгорьях широко развита система подземных арыков – кяризов, в которых на глубине, по рукотворному руслу, течет вода. Чтобы не упустить «духов», с двух сторон кяризы подорвали, в итоге противник, попытавшийся сбежать по ним, оказался под землей в «мешке».

«Духам» предложили сдаваться, но последовал отказ. Вода есть, можно какое-то время протянуть.

За два дня ситуация никак не разрешилась: «духи» не сдавались, а мы не уходили. Долго обсуждали: как заставить моджахедов покинуть кяризы? На какую хитрость пойти? «Горячие головы» предлагали забросать дымовыми шашками и «выкурить» их из-под земли, или спуститься в кяризы и там их атаковать. И когда обсуждение планов зашло в тупик, пришел мулла и сообщил, что моджахеды забрали с собой из кишлака женщин и детей, всего около двухсот человек.

Ситуация кардинально менялась: не будем же воевать с женщинами и детьми?! Даже если там их и не двести, как сказал мулла, а меньше. Что делать? Мулла – тощий, с длинной бородой, на вид лет шестьдесят, хотя по внешнему виду трудно судить о возрасте афганца, суровая жизнь их быстро старит, согласился выступить посредником. Через отдушину крикнули «духам»: – Сейчас на веревке спустим муллу, он передаст условия сдачи.

Обвязали веревкой, спустили вниз. После возвращения он рассказал: из трупов погибших «духи» соорудили баррикады, настроены решительно, понимают, что за их кровавые дела с ними будет короткий разговор, женщины и дети плачут...

Непростая ситуация! Десантники и хадовцы готовы были применить силу, пойти на штурм. Попавший в «мешок» отряд моджахедов был активным боевым формированием, то, что удалось его блокировать, – настоящая военная удача, и упускать «добычу» никому не хотелось. Но какова будет цена победы? Мы об этом тоже думали.

Уничтожим отряд сейчас, с женщинами и детьми – это вызовет прилив сторонников в ряды «духов», многие колеблющиеся сразу же переметнутся в их лагерь. Считаю, что советское и афганское руководство приняло мудрое решение: свернуть операцию и уйти из этого района. Мулле передали: уходим ради спасения мирных жителей. Вот такой бакшиш «духам» к Новому году… Западная пропаганда любила рассказывать о зверствах советских войск, обходя своим вниманием такие факты.

Визит товарища К.

Осень, цветы, нарендж… Ярко желтые плоды наренджа (смесь лимона с апельсином) манят, так и хочется их сорвать. Но только очень смелый человек среди афганцев отважится его отведать, потому что он кислее лимона раза в два-три. Хорош для шашлыка, в Кабуле его продают поштучно и за немалую цену. Впрочем, нашим ребятам все нипочем, они едят его за милую душу, что вызывает у местных жителей дикое удивление. Кстати, сколько я ни искал потом в России на рынках этот экзотический фрукт, но так и не смог найти.

Нарендж вызвал у меня воспоминание об одном эпизоде командировки. Когда он созревал, к нам в Самархель пожаловал товарищ К. Шеф с утра поставил задачу: всем быть на базе, в город не выезжать, убрать жилые помещения, территорию, быть готовыми к докладу по оперативной обстановке в соответствии со своим участком работы. Потом добавил, что приезжает сам товарищ К. – Крючков Владимир Александрович, начальник Первого Главного управления КГБ СССР (ныне СВР).

Накануне в одной из центральных газет (очевидно, в «Правде») было помещено сообщение, что в ответ на непрекращающееся вмешательство во внутренние дела Афганистана бандформирований, нашедших прибежище в многочисленных лагерях вокруг Пешевара, финансируемых и вооружаемых странами Запада, в первую очередь США, Вооруженные силы Афганистана при поддержке Ограниченного контингента советских войск предполагают нанесение по этим базам авиационных и других ударов. Для таких действий, мол, имеются все законные основания. Можно предположить, что визит Крючкова имел отношение к этой информации, и что он совершал поездку для изучения обстановки, экспертной оценки ситуации.

От аэродрома до поселка Самархель по обочинам дороги, по которым мы дважды в день туда и обратно выезжали в Джелалабад, в день его приезда появились три танка с экипажами и подтянутыми хлопцами в штатском.

Разговор на базе советников проходил около трех часов. Крючков получил исчерпывающую информацию от нас, советников, по линии госбезопасности, военных и партийных советников. Затем вместе откушали шашлык, приготовленный из курдючного барашка, приправленного наренджем (в чем отличие курдючного барашка от обычного, поймут только товарищи, хоть раз в жизни его испробовавшие. Нет слов! «Хошмазе!»).

От имени советников я преподнес товарищу Крючкову пакистанский щит. Красное дерево, ажурная резьба, два кинжала, два топора, четки из сандалового дерева (кстати, такой щит висит и у меня дома и напоминает о «днях суровых, но интересных», наполненных, как говорится, доверху).

Крючков произвел на нас положительное впечатление. Немногословен, умеет выслушать собеседника, задает прямые, со знанием дела, уточняющие вопросы. Интересуется условиями житья-бытья на одном из самых «южных рубежей нашей Родины». Так что с одним из будущих руководителей ГКЧП я знаком не понаслышке.

По указанию товарища Крючкова сопровождавший его начальник охраны оставил для нас ящик виски «Джонни вокер», чем способствовал формированию еще более положительного имиджа начальника ПГУ.

Границу Пакистана советская и афганская авиация так и не пересекла. Ударов по базам не нанесли, в дело вмешалась Высокая Политика. В наши дни американцы особо ни у кого не спрашивают разрешения, бомбят территорию Пакистана, когда им заблагорассудится.

Жизнь готовила к войне

В Афганистан я попал добровольно, о чем нисколько не сожалею. Написал рапорт, попросился в служебную командировку. Хотя мог и не «высовываться», поскольку к тому времени у меня уже было двое детей.

Впрочем, в этом решении была определенная закономерность: судьба меня словно готовила к заграничной командировке еще со студенческих времен. Во-первых, в общежитии жил вместе с афганскими студентами. Одному из них помогал даже писать диплом. Будучи в Афганистане, узнал, что при Тараки мой товарищ входил в состав правительства, занимал высокий пост. Погиб в результате теракта, устроенного против него маоистской организацией: боевики расстреляли его из автомата у порога дома.

Во-вторых, после университета я служил два с лишним года офицером-артиллеристом на советско-афганской границе; горно-пустынная местность, климатические условия, аналогичные тем, что и на подавляющей части Афганистана. Поэтому мне, в отличие от многих коллег, было легче и акклиматизироваться, и включаться в работу.

Спустя годы я не изменил своих взглядов и продолжаю придерживаться мнения, что помощь афганскому народу была необходима. В какой форме, насколько грамотно и квалифицированно она оказывалась – другой вопрос. Но то, что касается ее необходимости, это однозначно! Многие афганцы восприняли Апрельскую революцию с надеждой, с большим ожиданием перемен. Они понимали, что в условиях средневековья жить дальше нельзя! Требовались реформы в сельском хозяйстве, в общественной жизни, которые бы позволили вздохнуть обществу полной грудью. Но, естественно, у таких перемен были свои противники как внутри страны, так и за рубежом.

Важно помнить: оказывая помощь афганскому правительству в борьбе с внутренним врагом, мы сдерживали возможность внешней агрессии в эту страну. Против Ограниченного контингента советских войск воевал весь блок НАТО, многие страны и организации оказывали моджахедам финансовую, экономическую помощь в громадных объемах. С полным правом можем говорить, что в Афганистане советские войска столкнулись с проявлением не только «холодной войны», ведущейся Западом против СССР, но и самой настоящей – «горячей».

Приходится только сожалеть, что в результате развала нашей общей Родины – СССР, проведенного вопреки мнению большинства советских граждан, голосовавших в 1991 году на общенациональном референдуме за сохранение Советского Союза (77 процентов населения), мы фактически бросили людей, воевавших с нами плечом к плечу. Тысячи, десятки тысяч афганцев после вывода войск были обречены на гибель от рук оппозиции! А требовалось тогда Наджибулле не так уж и много: оружие, боеприпасы и ГСМ. Он контролировал большую часть страны, он мог бы выстоять! С чем столкнулись американцы в Афганистане? Поддержав моджахедов, талибов во время нахождения в стране советских войск, они вырастили целую армию непримиримых, с которыми теперь безуспешно воюют. Натовцы пользуются еще меньшей поддержкой местного населения, чем в свое время советские войска.

Узелки моей памяти-3

Из дневника советника ХАД

1984 год

2 января

Все-таки 29 декабря улетел афганским «бензовозом», верхом на бочках с «порохом». Не светило быть в Кабуле на Новый год. С 30 на 31 декабря было сильное землетрясение, баллов шесть-семь. Выскочил на улицу в чем мать родила. Горы воют, молнии, собаки воют, часовой с испугу стреляет, дом покачивает, деревья трясутся – конец света! И потом еще два раза земля вздрагивала, и сегодня утром был небольшой толчок. На Новый год был Абдулла, Башармаль. Всю ночь стрельба праздничная. Отмечал с Фадеевым, Григорьичем, Хохловым, Хайраздином.

12 января

Первый дождь с лета 1983-го.

23 января

Шифровка – конец командировке! 31 января Сижу в аэропорту. Пытаюсь улететь в Кабул. Эти дни – сплошные проводы, то в коммуне, то с подсоветными. Погода нелетная. Может быть, сегодня не улечу.

1 февраля

Вчера не улетел, нелетная погода. Вечером была буря, дождь. Сегодня снова сижу в аэропорту, обещают к 12.00 самолет.

2 февраля

В три часа на случайном Ан-26 улетел в Кабул. В воздухе распили бутылку коньяка, летел с Бековым. Маслов уже улетел, не успел с ним увидеться. Сегодня получил обходной, заказал билет на 8 февраля. Вечером было землетрясение, все выбежали на улицу. Покупаю «колониальные товары».

5 февраля

Все подписи собрал, все деньги получил, 8 февраля в путь на Родину. Был у Дударовых, они хорошо устроились. В четыре часа пойду за паспортом.

9 февраля

День полета. Немного укачало, в целом терпимо. Таможню прошли быстро, такси взял, номер в «Пекине». Позвонил домой, завтра приедет Альбина.

---

Глава из книги Виктора Руденко «Особая миссия. Сотрудники КГБ СССР вспоминают об Афганской войне 1979-1989гг.».

Источник: газета «Коммуна» № 19 (26235), 08.02.2014г.