Право

Дисциплина нужна и судьям

Три дня продолжался VII Всероссийский съезд судей. Ничего неординарного на нём не произошло. Обычный анализ того, что уже сделано по укреплению судебной системы в стране, и обсуждение планов на будущее. В своем выступлении на съезде Президент Дмитрий Медведев напомнил о многих нерешённых проблемах. От Воронежской области в работе съезда принял участие председатель облсуда Виталий Богомолов.

Три дня продолжался Седьмой Всероссийский съезд судей. Ничего неординарного на нём не произошло. Были обычный деловой анализ того, что уже сделано по развитию и укреплению судебной системы в стране, и обсуждение планов на будущее. Сразу после открытия этого представительного собрания судейского сообщества, в котором участвовали 725 делегатов со всей страны, слово было предоставлено Президенту Дмитрию Медведеву. Он напомнил о многих нерешённых проблемах и пожелал делегатам успешной работы.

От Воронежской области участие в работе съезда принимал председатель областного суда Виталий БОГОМОЛОВ. С ним и встретился журналист «Коммуны».

- В своей речи на съезде Президент страны избегал словосочетания «судебная реформа».Он сказал о том, что «необходима тщательная дальнейшая отладка механизма правосудия». В чём, Виталий Петрович, на ваш взгляд, должна заключаться такая отладка?

- Думаю, хорошо ответил на этот вопрос председатель Высшего Арбитражного суда Иванов. Он сказал, что сейчас необходимы не экстенсивные, а интенсивные методы работы. Нужно не механическое увеличение штата судей и работников аппарата – следует сосредоточиться на улучшении работы уже имеющимися силами. Это и большее внимание техническому оснащению судов, их компьютеризации, совершенствованию ГАС «Правосудие». Должны быть лучше организованы работа самих судей и их помощников,т поощрение тех, кто трудится заинтересованно, творчески. Не могу не упомянуть о необходимости увеличения зарплаты работникам аппарата судов. Многие из них проделывают такой объем работы, за который надо платить в полтора раза больше.

- Это, как говорили прежде, ваши внутренние резервы. Но есть вопрос, который волнует всех соприкасающихся с работой судебной системы. О больших сроках рассмотрения гражданских и уголовных дел говорится на разных уровнях уже не один год, но положение не меняется. Вот и на съезде в очередной раз об этом зашел разговор…

- Здесь есть и внутренние, и внешние причины. К первым я бы отнес неумение многих председателей судов четко организовать дело. Много раз я уже говорил в своих выступлениях о слабой дисциплине труда, но положение улучшается недостаточно быстро. К внешним причинам относится злоупотребление участников процесса доверием судей. Они могут не являться в суд под самыми разными предлогами. Наказать за такие явные злоупотребления мы сегодня не можем.

На 1 октября 2008 года. в России действовало 2516 судов общей юрисдикции, в которых работали 20117 судей. В 112 арбитражных судах – 3481 судья.

Надо сказать, что недостаточно отлажен и механизм извещения участников процесса. Почта вовсе не стремится доставлять судебные повестки вне всякой очереди. Бывает, что заказное письмо с уведомлением лежит в почтовых отделениях по три месяца, а ведь у нас срок рассмотрения гражданских дел обозначен двумя. Нередко значительные задержки происходят из-за экспертизы. Конечно, она бывает разной по сложности, но когда проводится едва ли не год, то это уже ни в какие рамки не укладывается. Или по какому-то уголовному делу объявляется розыск и проводится по 10-12 лет, а дело «зависает»…

- Почему столь остро встал вопрос об обеспечении доступа к информации?

- Законопроект на этот счет Верховный Суд уже внес в Госдуму. Значение этого закона особенно велико в свете выработки антикоррупционных мер. Суды вовсе не хотят выглядеть закрытым институтом общества. Нам будет легче работать, когда такой закон будет принят. Для тех, кому действительно нужны определённые данные о работе судов или необходимо присутствовать на каких-то открытых заседаниях, должны пользоваться таким правом без ограничений. В порядке самокритики надо признать, что мы мало выступаем в СМИ, мало общаемся с журналистами. Судьи должны быть более открыты для прессы.

- Открытость порой не всегда от вашего желания зависит. Кабинеты судей столь малы, что на некоторых гражданских процессах участники их вынуждены стоять возле дверей в коридоре. Даже пишущий журналист в кабинет не может попасть из-за тесноты, что уж тут о телекамерах говорить.

- Вы правы, скученность и теснота – наша многолетняя беда, и пока её реального разрешения из-за недостатка финансов не предвидится.

- Тема Страсбургского суда тоже нашла своё место в обсуждениях на съезде, но говорилось об этом с некоторым болезненным укором в сторону граждан. Председатель Конституционного Суда Зорькин сказал, что «когда волна жалоб перехлестывает за рубеж, практически нарушается судебный суверенитет РФ». Но ведь люди жалуются в Страсбург потому, что в наших судах не смогли получить объективного рассмотрения дел. К сожалению, Воронеж занимает одно из первых мест по числу жалоб на несправедливые решения и приговоры.

- Поправлю вас: Воронеж в этом списке не по рассмотрению дел, а по неисполнению судебных решений. Суды, например, в соответствии с законом оперативно рассматривали дела по выплатам пособий матерям или инвалидам Чернобыля. Решения были у них на руках, но деньги по ним люди не могли получить много месяцев. Отсюда и жалобы. Здесь не суд виноват. Это болезнь государства, болезнь воронежского бюджета, в котором нет денег, чтобы законное решение суда исполнить. Поэтому правильно Президент Медведев поставил вопрос: необходим закон, который бы наказывал за волокиту в исполнении судебных решений. Разве это дело, когда выполняется лишь половина из них? Это подрывает доверие к государству и его авторитет на международной арене.

- Зашел разговор на съезде и о судах присяжных. А едва съезд закончился, Госдума в первом чтении приняла закон о сужении практики использования суда присяжных. В чем тут дело? И, кстати сказать, как вы оцениваете работу таких судов, ведь больших нареканий на их деятельность как будто бы не было?

- Законопроект я не видел и о каких-то особенностях его сказать не могу. Но, по имеющейся у меня информации, из практики суда присяжных будут изъяты уголовные дела, связанные с терроризмом. Дела такого рода должны рассматриваться более оперативно. К тому же в них могут содержаться сведения о государственных тайнах. Другой момент, очевидно, связан с попытками давления на «судей из народа». Их легче запугать, чем профессиональных юристов.

За 2007 год судами общей юрисдикции рассмотрено свыше 9 млн. гражданских дел, около 2 млн. уголовных и более 5,5млн. дел об административных правонарушениях. Арбитражными судами рассмотрено свыше 1,3 млн. дел по экономическим спорам. Конституционный суд рассмотрел 971 обращение.

Что касается моего мнения о работе суда присяжных, то он, конечно же, нужен в нашем обществе. Если мы говорим о демократизации, то пусть «судьи из народа» будут иметь право решать судьбу того или иного оступившегося человека. Но странное дело, в последнее время всё меньше подсудимых требуют, чтобы процесс шел с участием присяжных. Почему пропадает к такому суду интерес – для меня самого загадка.

- На форуме в Москве обращалось внимание на то, что до сих пор отсутствуют многие законы, без которых судам весьма затруднительно выполнять свою работу стабильно и эффективно. В частности, необходимо быстрейшее принятие закона о судоустройстве. В чем сложность принятия таких законов?

- Вопрос давным-давно перезрел. Мы до сих пор руководствуемся Законом РСФСР от 1981 года «О судоустройстве РСФСР». Ему – 27 лет, у нас страна уже другая. Несмотря на многочисленные поправки, закон безнадежно устарел и находится в противоречии с действующим законодательством.

С января 2005г. по июнь 2008г. квалификационные коллегии судов прекратили полномочия 278 судей и руководителей судов, вынесли предупреждения 1157 судьям. А в отношении 62 дано согласие на возбуждение против них уголовных дел.

Тем не менее, движения нет. До сих пор не приняты законы о судах общей юрисдикции, о Верховном Суде РФ, об административных и ювенальных судах. Конечно, такое положение не способствует эффективной работе судебной системы. Почему так получается, почему столь медленно идет законодательный процесс – это вопрос надо задать депутатам Госдумы.

- На съезде было упомянуто и драматическое происшествие с вашей коллегой – председателем Самарского облсуда Дроздовой. Слава Богу, что она осталась жива после покушения, но острая проблема продолжает существовать. Сегодня судьи уголовных судов решают судьбы матерых убийц, бандитов и террористов, в арбитражных судах рассматриваются дела, тянущие на сотни миллионов рублей. Понятно, что по их результатам обязательно возникнут недовольные. Возможно, и такие, кто пожелает «наказать непонятливого» судью. Как быть с безопасностью человека в мантии?

- Трудно сказать. (Задумывается). В наше время, когда существуют киллеры высокого класса, от нападения не застрахован даже самый высококвалифицированный чиновник. Что уж тут говорить о каком-то рядовом судье. Признаюсь, что оружие, которон нам полагается, я не получал и не собираюсь. Всем коллегам советую поступать так же, потому что в чрезвычайной ситуации, даже если оружие было применено правомерно, потом всю жизнь не отмоешься. К сожалению, действительно, по нашим улицам стало опасно ходить. Вспомните, как была убита несколько лет назад судья Железнодорожного суда Зуевич. Конечно, в случае получения угроз мы можем написать заявление в ФСБ, и охрана будет обеспечена. Но ведь не будешь всю жизн ходить с ней. Так что, на мой взгляд, проблема безопасности судей пока не решена. Впрочем, решать её должны совсем не мы.