Субботняя байка от Владимира Котенко. Объект для праведников

Возвести рай предписывалось исключительно руками ангелов, на этот счёт Всевышний издал строгую директиву...

Возвести рай предписывалось исключительно руками ангелов, на этот счёт Всевышний строгую директиву: «Чертей к объекту не подпускать на пушечный выстрел. Аминь!» Но ощущалась острая нехватка кадров. Тут-то и возник на стройке чернявый, шелудивый субъект, без мата ни слова, на голове рваная шляпа.

Мелким фертом прискакал к апостолу Петру и попросился на работу.

- Кто есмь?

- Ангел.

- Разве такие ангелы бывают? Хороших манер не знаешь, сплевываешь на пол, серой пропах. А почему шляпу не снимаешь?

- Некультурно без неё, – отвечал вертлявый субъект, пряча глаза.

Как вы уже догадались, головной убор гость не снимал лишь потому, что под ним были рожки. Субъект приволок откуда-то огромный списанный котел.

- Это ещё зачем? - нахмурился Пётр.

- А в чём же их варить?

- Кого?

- Этих самых… раков, - лукавил субъект.

- Раки – дело богоугодное, – подобрел апостол.

В другой раз новичок припёр гигантскую сковородку, жирную от подсолнечного масла.

- Зачем? - снова не понял апостол.

- А на чём их жарить?

- Кого?

- Эти самые… семечки…

- Семечки? Не грешно.

Вскоре вонючие типы пошли на стройку косяком. Пёрли нагло, как на буфет, брали отдел кадров грудью и подкупами. Хоть что из-под земли достанут, где плохо лежит, стащат, вернее, позаимствуют, толкачи незаменимые, не то, что эти ангелы, которым лишь бы псалмы петь в рабочее время.

Медленно, но верно шелудивые выпирали со стройки ангелов, бодали рогами, пугали хвостами. Даже главный инженер сбежал, а на его место попросился господин Вельзевулов, который вошёл в отдел кадров, как к себе домой, поигрывая хвостом, словно плёткой. Забросил копыто на копыто, развалившись в кресле.

Апостол Пётр даже опешил от такой наглости.

- Диавол? Сам?!

- Слыхал: вакансия у тебя. Главным инженером быть желаю.

- А в сроки уложишься? - вопросил апостол шёпотом.

- Ей-богу…

- Ты как клянешься, нечистая сила!

- Ей-дьяволу!

И вот настал день, когда протрубили трубы, и с вышестоящего облака спустилась приёмная комиссия. По такому случаю главному инженеру сшили белоснежный хитон до пят, чтобы укрыть копыта, хвост прикрутили проволокой к заднице, рога начисто спилили, а чтоб не вонял серой, вылили на него ведро благоуханий.

Всевышний увидел гигантские котлы, в них что-то чавкало и переливалось через край, качались стрелки на приборах, в кучах лежала смола, пылали огромные раскалённые сковородки, столь горячие, что хотелось лизнуть их языком. В саду вместо роз росли одни шипы, на деревьях вместо плодов висели пустые бутылки. Всюду было наплёвано и накурено.

Сам схватил апостола Петра за грудки.

- Ты чего мне вместо рая подсунул, а?

Апостол бубнил:

- Ну и что? Зато в сроки.

- В сроки, но ведь ад! - кричал Сам. - Где главный инженер? Живо его сюда, я его сейчас посохом перекрещу.

Хватились, а главный уже на заборе сидит, рожи строит, кукиш хвостом сложил, рога успел отрастить.

- Вельзевул! - ахнул Сам, но перекрестить не успел, ссыпался дьявол в тартарары, поминай, как звали. Лишь серой навонял.

Сам отчихался и сказал:

- Беда! Ну и беда! Я ведь по всему свету раструбил, дескать, рай готов. К нам праведников ведут. Видал, у ворот уже целая партия? Заждались бедолаги.

Апостол Пётр буркнул:

- Рай, ад… всё это относительно. Всё зависит от мировоззрения. Для одних рай – ад, для других – наоборот. Отворять? - вопросил Пётр.

- Отворяй, - махнул дланью Сам.

Источник: Газета «Коммуна», № 79 (25707), 28.05.11г.