Культура

Таланты из народа. После дождичка в четверг…

В Большом Самовце больше месяца не было дождя. Народ весь изохался. Местные фольклористы – здешний ансамбль народной песни – шли на спевку в Дом культуры. «А давайте прямо тут, у входа, заиграем песню! – предложила Зинаида Никифоровна Плешкова. – Глядишь – и небо развеселится, дождичка нам пошлет». Мальцев тут же растянул баянные меха, и все, приплясывая, пошли вкруговую, затянули песню...

В Большом Самовце больше месяца не было дождя.
Народ весь изохался: «По всей округе, худо-бедно, дождички перепадают, а нас стороной обходят. Вот горе-то! И чем мы провинились?» Местные фольклористы – здешний ансамбль народной песни – шли на спевку в Дом культуры. И только разговору было:

– Да уж руки отваливаются – ведра с водой на полив таскать, – сказала Анна Яковлевна Астапова, бывшая передовая свинарка.

– А что толку? – заметила Любовь Григорьевна Рощупкина, всю жизнь проработавшая в колхозе дояркой. – Поливай – не поливай, а без хорошего проливного дождя – все это напраслина.

– Да-а-а… – протянул в подтверждение Валентин Алексеевич Мальцев, здешний баянист, а по совместительству еще и композитор. Самодеятельный, конечно, но его песни земляки любят и поют. В прошлом году отмечали 300-летие Самовца, так он песню написал, посвященную родному селу. Так и назвал ее – «Самовец наш дорогой!»

Не заметили, как дошли до Дома культуры.

Небо стало замолаживать. Ни оттуда – ни отсюда черными тучами враз заволокло.

– А давайте прямо у входа заиграем песню! – предложила Зинаида Никифоровна Плешкова. – Глядишь – и небо развеселится, дождичка нам пошлет.

Мальцев тут же растянул баянные меха, и все, приплясывая, пошли вкруговую, затянули песню.

Поет «Зарянка». И двух куплетов не спели, как во всю загромыхал гром, своим грохотом заглушил песню, крупными каплями застучал дождик по домкультуровской крыше.

Народ со смехом кинулся в помещение.

– Я ж вам говорила, – отряхивалась от небесной воды Плешкова-старшая, – небо надо развеселить. Вот оно до слез и рассмеялось.

И что тут началось!

Пошли частушки наперебой играть, одна лучше другой. Задористые, с подковырками.

И смеху, смеху-то!

Даю честное слово, что ничего я не придумал. Все, как описал, так и было на самом деле, сам свидетель.

Ну а потом, наслушавшись частушек, сидели мы в клубе и вели неспешный разговор.

– К нам ведь за песнями ученый люд наведывался еще ой как давненько, – рассказывала Антонина Михайловна Сайко, она же худрук ансамбля и культработник с сорокалетним стажем. – Живы еще тогда были наши знаменитые певуньи Екатерина Ивановна Панина, Ксения Федоровна Бобкина – от них студенты ВГУ и записали много песен. Потом они вошли в сборник, который известный воронежский профессор-фольклорист Лазутин подготовил.

Но и сейчас в Самовце есть истинные «эксперты» по народной песне. Это Мария Николаевна Лыкова, которая девяносто третий годок разменяла, и, чуть помоложе ее, Дарья Денисовна Дорохина.

– Мы когда готовили программу, чтобы в Эртиле с отчетом выступить, – говорит Валентин Алексеевич Мальцев, – то задумали свадебный обряд на сцене разыграть. А как все в точности в старину происходило – толком и не знали. Пошли к Марии Николаевне Лыковой. У нее память цепкая, она нам все по полочкам и разложила.

И в Эртиле, на отчетном концерте, они не оплошали. Их даже публика не хотела отпускать – так понравилось выступление самовецких певцов и артистов в одном лице.

Вообще-то, в нынешнем составе самовецкие певуньи выступают чуть больше года. Фольклорный коллектив существовал здесь и в прежние годы. («У нас все село поющее. Безголосых нет. Бывало, как затянут песню в одном конце деревни, а в соседних областях Липецкой и Тамбовской слышно, – говорит педагог Евдокия Васильевна Голева, она же и поэт, стихи пишет и слова песен. – А вы что не знали, что у нас петух по утру кукарекает сразу на три области? Мы ведь в такой точке живем, что сразу три области сходятся»).

Но потом ансамбль распался, и на какое-то время спевки и выступления прекратились.

Долго подобное Антонина Михайловна Сайко потерпеть не могла.

– Я ведь, когда училась в Бобровском культпросветучилище, практику проходила в бутурлиновской Гвазде, – говорит Антонина Михайловна. – Знаете, наверное, что из этого села многие пришли в Воронежский хор. У тех же трех сестер Осиповых бутурлиновские корни. Ладно, отвлеклась. Так вот, песней я увлеклась еще на практике в Гвазде, а когда приехала в Самовец, поняла, что и здешние люди музыкальной культурой не обделены.

Когда заговорили о Воронежском хоре, то оказалось, что всех солисток они знают не только по именам-фамилиям, но и лично знакомы.

– Еще бы! – восклицает Зинаида Никифоровна Плешкова. – Они все у нас выступали, и не раз. Помните, как мы Марию Николаевну Мордасову встречали? Обступили, расспрашиваем, не хотели и отпускать!

А выступал тогда Воронежский хор прямо под открытым небом. Место для концерта выбрали за клубом, там тогда еще школу не построили. Подогнали друг к другу два грузовика, борта раскрыли – чем не сцена! И Мордасова пела, и Юлия Золотарева, и сестры Осиповы.

Все они, нынешние певуньи, – бывшие победители социалистического соревнования.

Хотя почему бывшие?

Слава-то трудом и потом добыта.

Вот Любовь Григорьевна Рощупкина, когда дояркой работала – а на ферму она пришла в четырнадцать лет, – «трехтысячницей» стала, когда другие и полторы тысячи килограммов молока от коровы за год с трудом надаивали. То же можно сказать и о Зинаиде Никифоровне Плешковой.

– Да вы не забывайте, что у нашей мамы одиннадцать детей, – говорит дочь Плешковой Елена, она же солистка ансамбля. – Представляете, сколько забот было, а все равно мама песню не бросала.

И нынешний репертуар у Елены (по мужу она Чунихина) от матери. И голос такой же – красивый, задушевный. И самая любимая песня тоже от мамы. Лена тихонько напевает:
Ночка темна, темна, темна,
Кругом горели огоньки,
Когда мы с миленьким сидели,
То я просилася домой… – А как ваш ансамбль называется? – спросил я певиц.

Те засмущались, заерзали на стульях.

– А никак! – ответила за всех Астапова.

– Так никуда не годится. Такие голоса, такой репертуар! И без названия!

– А давайте сейчас себя и окрестим! – тут же предложила Сайко.

Начали перебирать названия.

Как-то само собой пришло – «Зарянка».

– Почему именно «Зарянка»?

Любовь Григорьевна Рощупкина объяснила просто:

– Колхоз у нас назывался «Заря». И не на последнем месте был в районе. Нет «Зари», так хоть «Зарянка» останется.

На том и порешили.

Теперь, когда будут выступать на своей ли сцене, в районном ДК, или на сцене Воронежского театра оперы и балета (а что вы думаете – голоса у самовецких певиц о-го-го какие!), объявят их как ансамбль «Зарянка».

…А дождь не прекращался.

Такой спокойный, степенный, обстоятельный.

– Когда теперь на спевку? – спросил Валентин Алексеевич худрука Антонину Михайловну.

– Сегодня у нас что – среда? Значит, теперь в четверг.

Чуть призадумалась и заулыбалась:

– После дождичка! В четверг!

Виктор СИЛИН,
спец. корр. «Коммуны».

Эртильский район.

Фото Михаила Вязового.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.