Имя в истории России. Обо всех науках имел довольное понятие

16.11.2011 09:44

Трёхсотлетний юбилей Михаила Васильевича Ломоносова – хороший повод и вспомнить добрым словом о «великом холмогорце», и в очередной раз задуматься о нашем сегодняшнем дне, о науке и о людях науки.

Далёкое – близкое

К 300-летию великого русского учёного Михаила Васильевича Ломоносова

Трёхсотлетний юбилей Михаила Васильевича Ломоносова – хороший повод и вспомнить добрым словом о «великом холмогорце», и в очередной раз задуматься о нашем сегодняшнем дне, о науке и о людях науки.

А вот если пофантазировать, скажем, и представить себе, что Ломоносов вдруг оказался нашим современником… Каково бы пришлось ему в нашем нынешнем мире? Думается, пришлось бы весьма непросто. Слишком уж независим и непримирим был Михаил Васильевич. Слишком уж грандиозные задачи перед собой ставил. Слишком уж отдавал себя науке – в ущерб делам житейским.

Прижизненный портрет Ломоносова кисти Георга Преннера. 1750г.

Ломоносов с детства жадно впитывал в себя знания. В Славяно-греко-латинской академии за пять лет постиг всё, что другим с трудом давалось за восемь. Волею судьбы он едва ли не самый первый из русских получил полноценное европейское образование, причём весьма разностороннее.

Почти во всех областях современного ему знания Ломоносов сумел проявить себя как гениальный учёный. Это была поистине возрожденческая личность, близкая по масштабу великому Леонардо да Винчи. Нас и сегодня продолжает поражать необычайная широта его интересов – и научных, и творческих.

Его вклад в науку поистине огромен. Даже одно лишь простое перечисление открытий, сделанных им в естественнонаучной сфере, способно занять не одну страницу текста. (И это несмотря на то, что многие результаты исследований, о которых Ломоносов регулярно отчитывался в Петербургской академии наук, при его жизни так и не были опубликованы, а потому оставались неизвестными вплоть до начала XX века).

Сегодня, например, нам доподлинно известно, что именно Ломоносов первый сформулировал закон сохранения веса вещества, однако, по всей видимости, полагая этот закон общеизвестным, просто не торопился с его опубликованием, и поэтому пальму первенства в этом вопросе мы отдаём Лавуазье.

Идею о молекулярном строении вещества он высказал задолго до того, как на Международном съезде химиков Карлсруэ были сформулированы точно понятия о молекуле и об атоме. Увы, и на этот раз вклад Ломоносова остался незамеченным, поскольку его научные работы на эту тему также опубликованы не были.

Именно усилиями Ломоносова в Петербурге была создана первая химическая исследовательская лаборатория в Европе. Следует заметить, что до этого химия считалась не столько наукой, сколько искусством либо шарлатанством. Вторая такая лаборатория была открыта в Германии лишь только в XIX веке.

Ломоносов первый дал объяснение происхождения торфа - бурого и каменного угля, нефти, сланцев.

Много думал он над вопросами учения о свете и электричестве, изучал атмосферное электричество, едва не лишившись при этом жизни во время одного из опытов. В результате учёный смог вполне научно объяснить происхождение гроз и северного сияния.

Наконец, всем известно, что именно ему принадлежит заслуга открытия атмосферы Венеры. Ко всему прочему, Ломоносов высказал немало ценных мыслей в области географии, биологии и других научных дисциплин, включая гуманитарные.

К сожалению, многое из того, что было высказано великим учёным, так и осталось не понятым современниками, попросту не готовыми ещё к восприятию подобных идей.

Всю свою жизнь Михаил Васильевич Ломоносов неустанно занимался популяризацией научных знаний. Из всех русских профессоров он был первый, кто начал читать публичные лекции по физике и по «стихотворчеству», причём совершенно бесплатно.

Большое внимание уделял и развитию языка науки. Он первый ввёл в употребление многие известные ныне научные термины – «удельный вес», «кислота», «земная ось», «преломление лучей», «магнитная стрелка» и другие. Не раз он проявлял себя и в качестве серьёзной, государственно мыслящей личности. Подтверждением чему может служить хотя бы его трактат «О размножении и сохранении российского народа».

Знакомство с целым рядом языков - а он в разной степени знал латинский, греческий, церковнославянский, немецкий, французский, итальянский, древнееврейский - позволило ему глубоко постичь структуру собственного родного языка и создать первую «Российскую грамматику». А внимательно и вдумчиво изучив поэтику Аристотеля, Горация и Буало, он выступил с «Письмом о правилах российского стихотворства», произведя фактически революцию в этой сфере.

Для него не был страшен никакой черновой труд. Прекрасный организатор, исследователь, конструктор, художник, поэт, историк, он мог одновременно быть и простым рабочим, мастером, сам лично изготовлял приборы для своих химических и физических опытов.

На стекольном заводе, основанном им под Петербургом, Ломоносов собственноручно создавал оригинальные живописные работы в технике мозаики. (К слову сказать, 22 из 43 его мозаичных картин до сих пор не найдены.) Исключительно важную роль как в развитии русской литературы, так и всего русского общества сыграло поэтическое творчество Ломоносова. С одной стороны, двадцать четыре оды, принадлежащие перу Ломоносова, вроде бы были созданы по необходимости и носили официальный характер (создание похвальных од царствовавшим особам было тогда одной из обязанностей академиков). Но, с другой стороны, если внимательно вчитаться в тексты, то можно увидеть, что Ломоносов во многом качественно изменил жанр оды. Его одические стихи служат не столько цели восхвалять монарха, сколько внушать ему и его подданным необходимые идеи и понятия. В результате ода под пером Ломоносова становится средством активной борьбы за прогресс и народное благоденствие.

Наибольшую известность приобрели ломоносовские строки, обращённые к талантливому российскому юношеству:

Науки юношей питают,
Отраду старым подают…

Этими стихами Ломоносов указывал отечественной молодёжи на её первейший долг – работать на благо собственной Отчизны, не помышляя направить свои стопы за рубеж. Что весьма актуальным остаётся и для сегодняшнего дня.

Он всегда ратовал за активное вторжение литературы и искусства в общественную жизнь, за подчинение литературы высоким и важным задачам времени. Его «Разговор с Анакреоном» – идейно-художественное кредо поэта.

Ломоносову всегда была присуща глубокая внутренняя убеждённость в высоком назначении литературы. Задача писателя, считал он, отнюдь не в развлечении, а в просвещении читателя. А это накладывает свои обязанности на пишущего.

В статье «О качестве стихотворца» Ломоносов утверждал: «Чтобы быть совершенным стихотворцем, надобно обо всех науках иметь довольное понятие, а во многих – совершенное знание и искусство». Он выражал возмущение, если «стихотворец усладить желает» и при этом «ничему научить не может».

Эпоха, в которую жил Ломоносов, в чём-то сродни нашей. Коренные перемены, произошедшие в результате Петровских реформ, изменили жизненный уклад России и поставили российское общество перед необходимостью освоения новых форм жизни. Эпоха нуждалась в деятельных, творческих, созидательных личностях. И такие личности появлялись. Ломоносов был одной из них, причём наиболее яркой и одарённой.

Как учёный, Михаил Васильевич Ломоносов поставил на службу обществу просвещение и передовую общественную мысль. Именно это стало его главным оружием в борьбе с обветшалыми средневековыми представлениями за утверждение передового материалистического мировоззрения.

Свой вклад в прогресс Ломоносов оценивал достаточно реально, ничуть не принижая его. И поэтому нетрудно понять, что побудило его первым перевести на русский язык известную оду Горация: