Чужие среди своих

06.05.2008 10:02

По данным Федеральной миграционной службы, в 2007 году в Россию прибыло 86 тысяч вынужденных переселенцев. В Воронежской области поставлено на учет в этом качестве семь человек. А всего с момента начала регистрации (1 июля 1992 года ) на учете стоят 597 семей численностью 1325 человек. Все ли из них после долгих лет мытарств обрели покой и радость?

Каждый день границы России пересекают тысячи людей. Граждане разных государств приезжают познакомиться с нашей страной, повидать родственников, наладить деловые контакты или заработать на жизнь. Множество и тех, кто возвращается с чужой земли на Родину, но возвращается нередко без документа о гражданстве, без денег и средств к существованию. С одной великой надеждой – найти здесь кров, работу, обрести внимание соотечественников и начать спокойную жизнь.

По данным Федеральной миграционной службы, в 2007 году в Россию прибыло 86 тысяч вынужденных переселенцев. В Воронежской области за 2007 год поставлено на учет в этом качестве только семь человек, а всего с момента начала регистрации (1 июля 1992 года ) на учете стоит 597 семей численностью 1325 человек. Все ли из них после долгих лет лишений и мытарств обрели покой и радость?

…Житель грибановской Краснореченки боевой офицер, полковник Советской армии Борис Николаевич Бутов умер в своем Отечестве в полном забвении, никому не нужный. В конце 80-х годов прошлого века он вместе с супругой Александрой Ивановной скоропостижно выехал из Баку, спасаясь от безумия азербайджанских националистов. Выехали с тем домашним скарбом, что успели загрузить в фургон и собственную «Волгу». В Краснореченке осели случайно, никого из родных здесь не было. Попалась пустующая хата – её и купили для жилья. С огромным трудом, за немалые взятки удалось перевести сюда пенсию. От постоянных переживаний, острого ощущения своей ненужности и социальной заброшенности Бутовы стали часто болеть.

Мало-помалу Бориса Николаевича стала скручивать неизлечимая болезнь. От неё он и умер. Александру Ивановну с обширным инфарктом едва до больницы успели довести. Пока на койке лежала, её неказистый домишко сначала ограбили, а потом и сожгли. Того, кто это сделал, естественно, не нашли. Озаботиться судьбой несчастной женщины в Грибановском районе , к сожалению, оказалось некому. Одинокий безденежный пожилой человек никому нынче не интересен. Благо, хоть работники Листопадовской участковой больницы люди милосердные – не выгоняют Бутову на улицу.

…Время от времени телевидение показывает, как живут русские в странах ближнего зарубежья. Смотришь эти щемящие сердце картинки – и каждый раз вспоминаешь пословицу: «Не делай добра, не получишь зла». Русский человек развивал экономику бывших союзных республик, выводил их из средневековой отсталости на рубежи современности, во многом отказывая себе, отдавая лучшее «братьям навек». Теперь эти самые «братья» бьют русских людей дубинками по голове, бросают в тюрьмы, объявляют «негражданами» и лишают права говорить на родном языке.

Увы, Россия в защиту своих соотечественников предпринимает слишком мизерные усилия. И с распростертыми объятиями Родина их тоже не ждет. Полтора десятка лет вынужденные беженцы прибывают в страну, и все эти годы многие социальные проблемы их обустройства так и «висят в воздухе». Самая главная из них – жильё.

- К сожалению, – заявил на последней коллегии директор Федеральной миграционной службы Константин Ромодановский, – из федерального бюджета выделяется недостаточно финансирования на эти цели. Единый механизм обеспечения жильём вынужденных переселенцев отсутствует. Минрегион только рассматривает возможности этого.

Хорошо зная, сколько времени российские чиновники способны «рассматривать» ту или иную проблему, понимаешь, что несчастным людям, добравшимся до Родины, ещё много лет предстоит влачить жалкое существование. Конечно, когда переселяются большие группы людей, связанные какими-то интересами, вопросы более-менее решаются. В Тамбовской области, например, в довольно короткие сроки сумели построить 19 домов для духоборческой общины из Грузии. Обустроили и вернувшихся российских граждан, бежавших в Грузию во время чеченской войны. Но эта оперативность в немалой степени была обусловлена политикой. Рядовым же гражданам, приехавшим на родину без всякой политики, приходится несладко.

Семья русских людей Полтавцевых жила в столице социалистической Киргизии городе Фрунзе радостно и спокойно. В столице суверенного Кыргызстана Бишкеке житья им не стало. Националистический угар быстро сжег добрые чувства в коренной нации, и Полтавцевы поняли: надо уезжать. Выбрали воронежскую землю, потому что отсюда во времена Столыпина отбыли в Среднюю Азию их предки. В 1993 году в Павловск приехала семья из шести человек. Им присвоили статус вынужденных переселенцев, и администрация города поставила семью на учет по улучшению жилищных условий за №587. Два года маялись по чужим углам. Жили буквально в сараях, сквозь стены которых зимой струился морозный воздух, а весной и осенью потолок сочился капелью.

В 1995 году Полтавцевым предоставили временное жильё в бараке по адресу: улице Набережная, 33. Пристанище громко именовалось «квартирой площадью 32 кв. метра». Переселенцы и этому были рады: надеялись, что в соответствии с законодательством им всё же будет предоставлено благоустроенное жильё. Но год бежал за годом, и – ничего не менялось. Пытались делать ремонт, да какой в нем толк, если бараку более ста лет! Стены змеились трещинами, обои пучились черными пятнами от грибка и даже в небольшой дождь становились сырыми. Кирпич сыпался от небольшого усилия, пол ходуном ходил. Полтавцевы обивали пороги местных начальственных кабинетов, писали письма в область. Реакция была разной.

Бывший глава администрации района сказал стесняющимся просителям жестко и откровенно: «Мы здесь своих не можем обеспечить жильём, а вы хорошую квартиру просите. Вас здесь никто не ждал, можете ехать куда хотите».

Глава города оказался добрее. Он даже приехал посмотреть на жильё и посоветовал поставить подпорки под провисшие потолочные балки.

Бывший начальник управления ЖКХ области А.У.Дорохов в ноябре 2003 года обнадежил Полтавцевых: « …исходя из актов обследования жилого помещения следует, что состояние жилого дома в целом ветхое. По заключению судебно-строительной экспертизы срок службы основных несущих конструкций жилого дома в 1,5 – 3 раза превышает нормативный. Всё это дает основание отнести жилой дом по ул. Набережной, 33 к категории непригодных для проживания».

Однако через полгода пришел новый коммунальный начальник области Л.В.Воробей и перечеркнул надежды Полтавцевых на переселение. В мае 2004 года он уведомил беженцев, что если дом подремонтировать, то он вполне ещё может постоять, поэтому ни о каком переселении не стоит и речь вести.

От переживаний глава семьи Владимир Иванович в очередной раз попал в больницу, а его супруга Ольга Сергеевна «заработала» второй инсульт.

На этом злоключения не кончились. В феврале нынешнего года пришло письмо от главы города Н.И. Безродного, который сообщал им, что «члены Вашей семьи по необоснованным причинам ежегодно продлевать статус вынужденных переселенцев не посчитали нужным, тем самым лишились статуса и возможности получить благоустроенное жильё согласно постановлению Правительства РФ от 21 марта 2006 года».

Конечно, Полтавцевы виноваты в том, что в декабре 1998 года не поехали в Россошь на перерегистрацию. Но причина-то уважительная: этот месяц для семьи выдался черным – умерла бабушка Мария Прокофьевна (вдова воина, погибшего при штурме Берлина), а Ольга Сергеевна лежала в больнице с инсультом. Все накопления ушли на похороны и лечение, и у семьи просто не было денег, чтобы съездить в Россошь. Потом Владимир Иванович поехал, объяснил ситуацию, но его никто и слушать не стал. Вычеркнули из списка мигрантов, да и точка.

Что касается капитального ремонта дома, то строители заверили жильцов, что «обрушение отдельных частей здания исключается». А с мокнущими стенами и постоянной сыростью в комнатах можно бороться просто: почаще открывать окна и проветривать помещения. Это и для здоровья полезно. Кому не нравится – могут уезжать. Многие, кстати сказать, видя такое отношение воронежских властей, уезжают. Чиновник правильно сказал: беженцев сюда никто не звал, а все разговоры о матери-Родине нынче не больше, чем поэтическая метафора.

Эту печальную реальность обозначил в своем письме инвалид Отечественной войны А. Д.Жерноклеев. Обидно Алексею Дмитриевичу, что «сколько лет верой-правдой служил Отечеству и закончил выполнение воинского долга в Ташкенте. Когда жить там стало невозможно, и я почувствовал себя человеком третьего сорта, принял решение вернуться в родные места. Вернулся и понял, что никому не нужен».

В июне 2005 года прибыл бывший воин на свою малую родину – в село Ендовище Семилукского района. Пришлось ему прописаться в аварийном доме, и до сих пор семья из трех человек живёт, «как на вокзале, – на чемоданах и сумках в комнате 13 кв. метров. В какой стране ещё инвалиды войны и её победители находятся в таких условиях?»

Вопрос закономерен, но ответ на него прост: в нашей стране.

Начал было хлопотать Жерноклеев о нормальном жилье, а ему объяснили, что… опоздал он со своим прибытием в область ровно на полгода. В июне 2006 года Воронежская областная Дума приняла закон №66-ОЗ, согласно которому те ветераны и инвалиды, кто встал на учет до 1 января 2005 года будут обеспечены жильем. Остальные могут не беспокоиться – их проблемы власть не намерена считать первоочередными.

Человеку, получившему тяжелое ранение в боях за Родину, а потом полвека трудившемуся на благо государства, трудно смириться с таким равнодушием чиновников. По ветеранской своей наивности Алексей Дмитриевич просит помощи у местной власти. И получает честный ответ от главы Семилукского сельского поселения В.Д.Быковой: « На балансе администрации поселения муниципального жилья не имеется, строительство в ближайшее время не планируется. Из-за нехватки бюджетных средств оказать помощь в капитальном ремонте вашего дома возможности нет».

Общий трудовой стаж супругов Жерноклеевых – 95 лет, они достойно выполнили свой долг перед обществом. Почему же когда им самим потребовалась помощь, государство повертывается к ним спиной? Неужели и теперь, когда Стабилизационный фонд России составляет более трех триллионов долларов, будем говорить, что денег нет?

Мы уже привыкли к тому, что между публичными заявлениями политиков и их реальными делами – огромная пропасть. Как любят они проливать слёзы и сетовать на тяжелую долю русских за рубежами России, как призывают их возвращаться в родные пенаты! Многие мигранты, испытавшие на себе положение изгоев, верят этим призывам и возвращаются. Что находят они на Родине? Суровые законы и жесткие милицейские инструкции, через которые приходится с болью и унижениями продираться несчастным людям. И хотя сегодня положение чуть улучшилось, душевных испытаний у бывших беженцев меньше не стало.

В 1994 году Галина Березуцкая вместе с трехлетним Сережкой и одним чемоданом приехала в богучарское село Травкино. В деревне рабочие руки всегда нужны, поэтому гражданка Кыргызстана без какой-либо волокиты устроилась на работу. Сын понемногу подрастал, пошел в школу, учился неплохо. Но подошло время оформления документов об окончании школы, а потом и дальнейшей учебы Сергея. Вот тут-то и появились серьезные проблемы. Без российского гражданства о полноценной жизни нечего было и думать. Но за 13 лет из-за своей бесшабашности Березуцкая так и не сподобилась оформить документы, а без них и сын не мог получить паспорт. Больше того, даже временную регистрацию женщина умудрилась просрочить.

Теперь, чтобы получить её вновь, надо выехать за пределы России, потом вернуться обратно и на границе получить миграционную карту. А уже по ней оформляется временная регистрация на три месяца. Самая же главная беда в другом – необходимо ехать в Бишкек, там отказываться от киргизского гражданства, оформлять все документы на этот счет и, вернувшись на место жительства, ходатайствовать о российском гражданстве. Грамотному, пробивному по натуре мужчине всё это может быть вполне по силам. А каково юридически малограмотной сельской женщине? К тому же на поездку за тридевять земель в Бишкек и обратно у Березуцкой просто нет денег. Но законы, принятые российской Госдумой, таких «мелочей» не принимают во внимание.

Хорошо, что в Богучаре нашлись отзывчивые люди. Самое деятельное участие в судьбе семьи беженцев приняла руководитель аппарата районной администрации Наталья Самодурова. Она отправляла официальные запросы, вела телефонные переговоры, договаривалась о транспорте для поездки безпаспортной беженки на пограничный пункт. Накануне майских праздников Наталья Анатольевна сообщила мне, что в посольстве Кыргызстана в Москве удалось решить главный вопрос – есть возможность аннулировать гражданство страны, не выезжая в Бишкек. По всей вероятности, к концу лета мать с сыном станут российскими гражданами. Будем надеяться, что эта история разрешится удачно.

…По данным статуправления, в прошлом году в Воронежскую область с надеждой на постоянное жительство приехали из-за границы 4804 мигранта, 502 из них после непродолжительного пребывания уехали в другие регионы страны. Остальные решили здесь корни пустить. Найдут ли они счастье, о котором думали в чужих краях?