Общество
К 60-летию Великой Победы. Живые и мертвые
10.06.2004 00:00
Войну объявляют политики, но сами они гибнут редко. Гибнут люди простые, которым война не нужна. Сытые и ухоженные стратеги в мундирах рисуют стрелки на картах, и для миллионов людей разрывается цепочка поколений и смысла жизни. Ровно 60 лет назад завершились военные действия на территории Воронежской области. По количеству россиян, погибших в годы второй мировой войны, Воронежская область – вторая в России.
За останки иностранных солдат «кротам» платят валютой...
Войну объявляют политики, но сами они гибнут редко; гибнут люди простые, которым война не нужна. Сытые и ухоженные стратеги в мундирах рисуют стрелки на картах, и для миллионов людей разрывается цепочка поколений и смысла жизни. Построить дом, вырастить сына, посадить дерево – все проваливается в черную дыру войны, навсегда, и даже жалкой латкой надгробия прикрыть эту дыру удается не многим.
Поколение победителей
Ровно 60 лет назад завершились военные действия на территории Воронежской области. По количеству россиян, погибших в годы второй мировой войны, Воронежская область – вторая в России. Здесь сражались пять армий и 134-й гвардейский стрелковый корпус. В этих краях погибло более 400 тысяч советских солдат. Захоронены останки 105 тысяч человек, и до сих пор известны имена меньше половины из них. В воронежских лесах и сейчас постоянно находят оружие, черепа, амуницию, а в новостях сообщают об очередных снарядах, которые МЧС вывозит на полигоны и взрывает.
Иногда на этих посылках из прошлого гибнут люди. Обычно это мальчишки, любопытные и шустрые, как и в любом другом уголке планеты.
Кости и истлевшую амуницию солдат, погибших в той войне, находят и в самом Воронеже, где часто приходится прерывать земляные работы. Многочисленные «кроты», которые занимаются раскопками, утверждают, что 300 тысяч погибших солдат – это государству на десятки лет поисков. Но власть не занимается поисками. За останки иностранных солдат «кротам» платят валютой. За российских солдат ничего не платят.
Итальянцы
Первый в России памятник погибшим итальянцам находится на окраине Россоши в Воронежской области. Стела открыта 23 августа 1990 года на месте захоронения десяти итальянских офицеров. Известны имена двоих из них – Консуэнцо Шутто и Маэстро. Члены Ассоциации альпийских стрелков регулярно приезжают в Россошь, построили на свои средства детский сад, музей, класс по изучению итальянского языка с современной аппаратурой. Строили вахтовым методом, своими руками. Ветераны, вплоть до отставных генералов, приезжали на стройку вместе с сыновьями и внуками. Трудились бесплатно. Переброску добровольцев самолетами обеспечивала итальянская армия. Пять итальянских парней нашли себе жен среди россошанок.
Землю под памятником арендует министерство обороны Италии. Стелу два раза оскверняли местные жители. Итальянцы относятся к этому покорно.
Алиму Морозову было 11 лет, когда в Россошь вступили итальянцы: альпийские стрелки в шляпах с орлиными перьями. Став профессиональным историком, Морозов заинтересовался итальянской армией, но литературы на эту тему в России не было. Выписывал источники в Италии и переводил их со словарем. Записывал рассказы местных старожилов. Со временем стал директором в местном историческом музее и создал в нем Итальянский зал: увеличенные фотографии пленных южан, оружие, военная форма и атрибутика итальянских солдат, найденные в воронежской земле. В Италии Морозов издал книгу «Из далекого военного детства».
Еще Алим Морозов издал повесть «Война у моего дома», в которой рассказано, в частности, как итальянский военный хирург Джан Карло Паренти выхаживал местных жителей. Доктор Паренти попал в плен, но жители заступились за него, и хирург стал работать в советском госпитале.
Впервые итальянские ветераны войны появились в Россоши в 1989 году. Население откапывало на огородах каски, штыки, шляпы, награды, котелки итальянских стрелков, и ветераны охотно покупали реликвии за доллары.
В 1990 году генерал-лейтенант Викторио Кристофолетти предложил помощь школе в Верхнем Карабуте. В 1943-м он был начальником штаба батальона Вероны, и его солдаты разобрали местную школу на бревна для блиндажей. Теперь Кристофолетти отстроил новое здание школы и передал ей 10 тысяч долларов, собранных ветеранами Альпийского корпуса. Итальянцы – частые гости в Россоши, и в местной гостинице все надписи дублируют на итальянском языке.
На юбилей 2003 года в Россошь приехало около трех тысяч итальянских туристов; бригада итальянских врачей бесплатно лечила жителей городка. Для приведения в порядок парка возле детского сада и установки памятного знака альпийцы передали администрации городка 2 тысячи долларов.
Некоторые итальянцы совершают пеший поход из Россоши в Ливенку Белгородской области – 150-километровый путь, по которому в ходе Острогожско-Россошанской операции прорывались из окружения их соотечественники.
Флавия Филиппи и Джорджо Скотони из города Тренто – члены общества «Искра». Оно объединяет итальянцев, интересующихся Россией. Она преподает в лицее русский язык, он – русскую историю. Изучают белые пятна в истории. Например, альпийские стрелки, вышедшие из окружения у поселка Николаевка, считаются героями, а окруженные, погибшие и взятые в плен под Кантемировкой солдаты забыты. До сих пор неясны потери итальянской пехоты в Чертковском районе Ростовской области, который стал для итальянцев настоящей «долиной смерти».
Построенный итальянцами детский сад в Россоши.
Теперь итальянцы приезжают сюда, чтобы повторить последний путь своих погибших. На памятнике в Россоши написано: «Итальянским солдатам, погибшим на этой земле». За памятником ухаживают простые жители. Добровольно.
Немцы
В селе Первая Еманча Хохольского района есть старые дома со звездой над крыльцом. Знак того, что отсюда кто-то ушел на фронт и погиб на войне.
А на холме, в окружении сел и дачных поселков, стоит большой крест с плитой у подножия. Ухоженная площадка со столбиками по периметру, – единственное в Воронежской области кладбище немецких солдат.
В начале 90-х в Воронеже побывала делегация из Германии. Немцы хотели установить памятный знак в Кольцовском сквере, в самом центре города: в войну здесь похоронили больше ста германских офицеров. Теперь в этом сквере каждое 9 Мая проходят мероприятия для ветеранов; в частности, минута молчания
На месте одного из больших немецких захоронений в центре Воронежа, оккупированного в годы войны, в советское время много лет функционировала танцплощадка. Но при тоталитаризме никто не смел говорить, что танцевать на костях убитого противника больше приличествует первобытнообщинному строю, чем социалистическому. Со временем в этом же парке построили цирк. В просторечии парк до сих пор называется «ЖиМ» – живых и мертвых.
Первое соглашение между Россией и Германией о воинских захоронениях было подписано еще в 1992 году. Однако мэрия Воронежа, опасаясь гнева ветеранов и даже «социального взрыва», не пошла навстречу немецкой стороне. Ветераны и родственники погибших немцев до сих пор посещают своих мертвых только неофициально.
Памятник немцам в Верхнем Мамоне Хохольского района.
Заказчик мемориала в Первой Еманче – Немецкий народный союз. По соглашению, памятники иностранцам можно устанавливать лишь на «бросовых» землях, не пригодных для сельского хозяйства, но в Первой Еманче площадка для мемориала окружена жилыми домами, и это вызывает злость у населения.
Социологические опросы показывают жесткую зависимость: чем хуже материальное положение людей, тем яростнее они не приемлют памятники «оккупантам».
Из газет: «Опять, как в случае с венгерским мемориалом в Рудкино, фашистам – удобная точка на холме, размах, пристальное внимание обслуживающего персонала. А потом родным наших солдат, похороненным в братской могиле, как в Гремячьем, с ехидной улыбкой предложат: «Давайте вашим бетонные плиты подмажем. Тысяч так за пятьсот».
Мой друг, социолог по профессии, поставил такой диагноз злой этой волне: ненависть к прошлому в значительной мере вытекает из ненависти к настоящему. Когда в России покончат с разгулом коррупции, начнет меняться и отношение к прошлому. Посветлеют взгляды, и станет ясно, что нельзя ненавидеть обыкновенных людей из другой страны, угнанных политиками на войну – убивать других обыкновенных, и мечтающих, чтоб все это побыстрее закончилось, и чтоб можно было вернуться домой, к своим близким; вернуться к простому и доброму смыслу: построить дом, вырастить сына, посадить дерево…
Венгры
Самый большой резонанс в Воронеже и области вызвало строительство мемориала погибшим венграм. С июля 1942-го по январь 1943 года здесь дислоцировалась 2-я венгерская армия. Зимой 43-го она практически полностью была уничтожена в ходе Острогожско-Россошанской операции. Из 10-миллионнного населения Венгрии в войне погибло более 350 тысяч человек, а 513 тысяч венгерских солдат и офицеров взято в плен.
Первое венгерское кладбище было открыто в Воронежской области в селе Болдыревка Острогожского района в 1997 году (8375 венгров). Второе – в Рудкино (11 тысяч). Правительство Венгрии выделило на мемориал 800 тысяч долларов. Открытие было намечено на 25 мая 2002 года, но состоялось 28 мая 2003-го.
Из газет: «Девятого мая у многих ветеранов Великой Отечественной войны могут быть сердечные приступы. К священному празднику россиян и к 60-летию со дня оккупации края венгерскими частями приурочено торжественное открытие в селе Рудкино Хохольского района мемориала фашистам. Новое кладбище военным преступникам занимает три гектара. Из совхоза «Тихий Дон» сюда КамАЗами возили чернозем, а из Воронежа – стройматериалы. Мемориал расположен на самой высокой точке берега Дона. Мощные прожектора направлены на три громадных креста, ночью они будут видны в радиусе до 30 километров. К этому месту подвели газопровод: там будет зажжен вечный огонь. А на братскую могилу в Гремячьем, где лежат 1500 красноармейцев, раз в год привозят газовый баллон, чтобы хоть 9 Мая горел огонь у памятника защитникам».
Мемориал погибшим венграм в селе Рудкино
Хохольского района Воронежской области.
«...В Воронежской области, как ни в какой другой, украшают и множат захоронения фашистов, забывая о русских братских могилах. Разрешение на строительство мемориала в селе Рудкино обладминистрация дала вопреки протестам пожилых жителей Воронежа и Хохольского района. Проекты, дата открытий таких «памятников» держатся в секрете. Для безопасности погребенных. Фашистов».
«...Помпезные памятники с помощью ассоциации «Военные мемориалы» (Москва) появляются именно в тех деревнях и селах, где мадьяры зверски убивали женщин, стариков и детей. ...В селе Болдыревка Хохольского района крест оккупантам поставили на останках... советских солдат! Когда венгерское кладбище расширяли бульдозерами, из-под ножа посыпались советские пуговицы, пряжки, каски. Найденные останки перенесли на сельское кладбище без актов и записей.
Кстати, российское посольство направило в МИД Венгрии официальное письмо, где требует отреагировать на факты вандализма. В нескольких венгерских поселках и в городе Рацкерестур по указу властей снесли обелиски российским солдатам».
«Православные новости за неделю: Вечный огонь на могилах фашистов»
...На территории Воронежской области около ста захоронений мадьяр – солдат из Венгрии, воевавшей на стороне Германии и дислоцировавшей под Воронежем семь пехотных дивизий. В одном только Коротоякском районе с июля 1942-го по январь 1943 года, по данным центральных архивов, мадьяры расстреляли 1009 жителей (в том числе 287 детей), подвергли пыткам и истязаниям более 15 тысяч человек (3007 детей), угнали в Германию более 25 тысяч (в том числе 10752 ребенка). В селе Урыв Острогожского района фашисты полностью вырезали 10 семей. Теперь там стоит крест в память о мадьярах, убитых при освобождении Урыва.
А к 9 мая (!) приурочено торжественное открытие мемориала убитым фашистским захватчикам в селе Рудкино Хохольского района. Три громадных креста, освещенные мощными прожекторами, будут заметны ночью за 30км».
Отзывы на газетные публикации Алексей, Биробиджан. «Какие могут быть памятники оккупантам, творившим чудовищные злодеяния на нашей священной земле?! Это же просто издевательство над памятью погибших наших солдат, мирных жителей. Памятникам немецкой сволочи не должно быть места на нашей земле. Мы и так уже предали и продали солдат Великой войны, так неужто должны еще оккупантов вознести на пьедестал. Попробовали бы эти деятели-предатели заговорить о подобном в 40-е годы – да их бы в порошок стерли. Одумайтесь – позаботьтесь лучше о наших солдатах!». Петр, Москва. «Памятники снести! А тех, кто разрешил это зло, под суд!». Катя, Москва. «Еще жив мой отец, как ему это пережить?? Как же вам не стыдно, люди???»
После бурных протестов населения администрация Воронежской области признала незаконным строительство венгерских и немецких мемориалов: «При возведении мемориала венгерским солдатам, погибшим здесь в 1942-1943 годах, нарушены условия межправительственного договора об обустройстве иностранных захоронений... Выводы юристов и описание нарушений в деятельности ассоциации «Военные мемориалы», отвечающей за обустройство иностранных кладбищ, областная администрация передала министру обороны РФ. В данный момент работает межправительственная комиссия, которая должна решить, что делать с венгерским комплексом в Рудкино.
...Что касается других захоронений – в Болдыревке, Первой Еманче и т.д., – немецкие и венгерские кресты будут снесены».
Работы в Рудкино начались в соответствии с российско-венгерским соглашением, подписанным в 1995 году еще премьером Черномырдиным. Ассоциация «Военные мемориалы» за семь лет обустроила 8 больших венгерских кладбищ в России, 2 из них – в Воронеже. Всего в нашей стране 492 кладбища венгров, включая памятные знаки и мемориалы. В Венгрии 994 захоронения советских воинов, в которых покоится 120 тысяч человек.
Венгрия обещала ухаживать за могилами советских воинов на своей территории, а Россия согласилась на строительство мемориалов. Здешний мемориал жители называют «фашистским Мамаевым курганом».
Из газет: «Вот строки из архивных документов: «В селе Девица Семилукского района 8 января 1943 года на глазах матерей были расстреляны 7 детей в возрасте 10-12 лет. В селе Новая Мельница того же района заживо сгорели несколько сотен пленных красноармейцев – их согнали в сарай и подожгли. В Острогожске было убито несколько тысяч мирных жителей, из них 287 детей. Страшные показания собраны в областном архиве. Долгое время они хранились в тайне – Венгрия считалась нашим братом по соцлагерю, и воспоминания о военном прошлом «брата» не поощрялись».
В селе Урыв Острогожского района мадьярский памятник взрывали несколько раз, теперь наняли сторожа (по информации от местных жителей, им стал один из тех, кто и взрывал памятник).
Губернатор Владимир Кулаков принял решение: мемориал в Рудкине «заморозить», а рядом с ним начать строительство кладбища советских солдат – в знак примирения.
Замглавы райадминистрации Владимир Власов: «Я даже горжусь, что тут будут лежать тысячи венгерских солдат. Пришли – и лежите, чтобы больше не приходили».
За разрешение открыть мемориал министерство культуры Венгрии заплатило администрации Воронежской области 40 тысяч евро. Через два дня мемориал открылся. По времени – ровно посредине между Днем Победы и датой начала Отечественной войны. Посол Венгрии Ференц Контра не скрывал, что перечисленной суммой венгерское правительство «намеревалось снять политическое сопротивление».
Раньше планировалось напротив венгерского мемориала построить мемориал советским воинам. Потом посчитали, что переносить сюда останки советских солдат со всей области нецелесообразно. В итоге решили благоустроить мемориал в селе Гремячье, неподалеку. Он был построен в 1980 году, там похоронены 1332 советских воина, которые погибли в тех же боях, что и венгры.
А 40 тысяч евро администрация Воронежской области приберегла на образование, культуру и военно-патриотическое воспитание молодежи.
На открытии мемориала в Рудкино вице-губернатор Наумов вспоминал итальянцев, которые построили в Россоши детский сад и собрали деньги на новое здание школы. Это с материальной точки зрения. «...А с моральной – понимаю возмущение жителей окрестных сел, наблюдавших, какие средства сюда вкладываются на фоне социально-экономических проблем Рудкино и Гремячье».
Посол Венгрии в своем выступлении просил воронежцев с пониманием и состраданием отнестись к приезжающим венграм, которые 60 лет назад потеряли здесь своих близких.
Русские
В самом центре Берлине есть мемориал. Стоят советские танки и пушки времен войны, огромная скульптура солдата. Сказано в надписи, что это памятник советскому солдату, отдавшему жизнь за освобождение Германии от нацизма. Немцы не считают это оскорблением. Даже те, родные которых погибли в той бойне.
За день до официального визита в Москву венгерского премьера Петера Меддьеши на площадь Сабадшаг (Свободы) в Будапеште вернули реставрированный монумент советским воинам, которых в 1944-45 годах погибло в Венгрии 200 тысяч. Памятник был демонтирован минувшим летом, когда под площадью начали строить подземный гараж. Местные радикалы потребовали вообще отправить его «на свалку истории». «Восстанавливать на исторической площади в центре столицы монумент советским оккупантам – все равно что сооружать в Нью-Йорке памятник бен Ладену», – заявил лидер венгерских «ревизионистов» Дьердь Будахази.
Тогда Москва потребовала от Венгрии гарантий, что после завершения работ на площади Сабадшаг памятник будет восстановлен «на прежнем месте и в неизменном виде, в соответствии с двусторонним межправительственным соглашением».
Министры обороны и иностранных дел Венгрии гарантии дали. Тем временем городские власти Будапешта предложили изменить надпись на барельефе: вместо «Слава советским воинам-освободителям» выбить слова «В память о советских солдатах, погибших в войне с фашизмом». Их инициатива продолжения не имела.
Этот барельеф остался единственным напоминанием о том, что в боях за Будапешт погибли десятки тысяч советских солдат. После смены политического режима в Венгрии в начале 90-х годов подобные монументы исчезли со столичных улиц и площадей. В 1992 году власти демонтировали фигуру советского солдата, которая была частью скульптурной композиции на горе Геллерт, на левом берегу Дуная.
В Венгрии сохраняется около тысячи советских военных кладбищ и памятников, в которых похоронены больше 120 тысяч советских солдат. Венгры содержат их в порядке. Со своей стороны, Россия в счет погашения госдолга потратила 10 миллионов долларов на обустройство венгерских военных захоронений на своей территории.
Во многих селах Воронежской области, откуда ушли на войну и погибли тысячи людей, нет ни одного памятного знака русским солдатам. В Борщево Хохольского района жители несколько лет собирали деньги на монумент, проект которого был готов еще в 70-е годы. Сдавали, кто сколько мог; старушки приносили по два – три рубля.
Останки советских солдат Великой Отечественной войны, найденных поисковиками, зачастую остаются не захороненными из-за отсутствия средств. Руководитель поискового объединения «Воронежский фронт» Ксения Зоркина сообщила, что местные власти не проявляют к работе поисковых отрядов никакого интереса. Как заявили поисковики, «чиновники советуют нам хоронить найденных воинов в полиэтиленовых мешках – для экономии».
В Воронежской области памятники советским солдатам не охраняются. С ними та же беда, что и с обычными кладбищами и памятниками культуры: любители цветных металлов отвинчивают и отламывают все, что можно сдать в пункты приема.
В самом Воронеже постоянно грабят три мемориала: комплекс на площади Победы, братские могилы на станции юннатов и в Ботаническом саду университета. Однажды отодрали часть венка у Вечного огня на площади Победы. Вскоре там же раздробили плиточные основы и сняли все металлические детали, оставив лишь круг у чаши с огнем. Администрация установила венки из гипса, закрасив материал под бронзу, но кто-то содрал и их, добравшись до арматуры.
На братской могиле около станции юннатов несколько раз снимали доски с надписями. Та же история с плитами на братской могиле возле университета.
На граните мемориала погибшим немцам возле Первой Еманчи надпись на двух языках, немецком и русском: «Я знаю, ты меня не забудешь»...
