Век прожит!

23.02.2019 13:02

23 февраля исполняется 100 лет со дня рождения Семёна Михайловича БОРЗУНОВА – ветерана отечественной журналистики, известного военного писателя, нашего земляка-воронежца.

Виталий ЖИХАРЕВ

Он родом из села Студёное Аннинского района. Рос в многодетной семье. В Студёном была только начальная школа. семилетняя – в Нащёкино, это в пяти километрах. Два года ждал, когда старшему брату справят новую одежонку и обувку, а обноски достанутся ему, Семёну. Одногодки были уже семиклассниками, когда он пришёл в пятый. Интерес к учёбе имел большой, учился очень хорошо, и его после окончания школы оставили пионервожатым. Отчим (отца убили на Гражданской) по такому случаю купил Сене суконный пиджак, штаны-галифе и смазные сапоги.

Первым делом Семён завел в школе стенгазету, подобрал пяток писучих ребят. О боевой стенновке узнали в райотделе наробраза, предложили рассказать о ней в районной газете. За первой заметкой пошли другие и на разные темы.

Как-то председатель сельсовета привёл в школу гостя из райцентра. Им был редактор районной газеты «За коллективный труд» Киселёв. Приехав в село по своим делам, Феофан Евдокимович счёл нужным лично познакомиться с активным селькором Борзуновым. А после беседы пригласил на работу в редакцию корреспондентом.

– Я был очень смущён. Одолевали сомнения: справлюсь ли? Феофан Евдокимович ободрил: «У тебя хороший слог, ты наблюдательный. Пробуй». Ну, говорю, спасибо, попробую, – вспоминал былое Семён Михайлович. – На первых порах мне помогали всей редакцией, потом персональное шефство взял ответственный секретарь, мой тезка Семён Горбунов. Через год ,кроме своих непосредственно корреспондентских обязанностей, я мог самостоятельно сверстать номер газеты.

• • • • •

Что ещё рассказывал Семён Михайлович. В 1939 году послали его в Воронеж на областной слёт передовиков печати. Там на него обратил внимание редактор газеты «Коммуна» Пётр Трофимович Загорулько. Сказал, что если будет случай, позовёт постажироваться. Случай выпал: осенью большую группу редакторов и заместителей редакторов районных газет собрали на практику в «Коммуну». По каким-то причинам Феофан Евдокимович Киселёв поехать в Воронеж не смог, а его заместительнице, Софье Корнеевне Поповой, даме в годах, учеба была уже ни к чему. Практиковаться послали Борзунова.

– Загорулько собрал нас, практикантов, у себя в кабинете, – продолжал свой рассказ Семён Михайлович. – Он представил сотрудников, которых определил нашими кураторами. Я попал с чигольским, павловским, токайским и эртильским редакторами под опеку к заместителю Загорулько – Фёдору Шаталову. Такой серьёзный, очень умный человек. Ещё помню «коммуновских» журналистов Бориса Дальнего, Михаила Аметистова, Петра Прудковского, Исая Штеймана. Мне было интересно присутствовать на «коммуновских» летучках, читать вместе с сотрудницей отдела писем Анастасией Погореловой редакционную почту, наблюдать, как корреспондент Алексей Шубин собирает материал и работает над текстами. Помнится, при «Коммуне» было что-то вроде литературного клуба, где по вторникам кучковалась пишущая городская богема, – там читали стихи и прозу, жарко обсуждали произведения. Запомнил писателя по фамилии Петров, он вроде как старшим был у них. Однажды сходил на встречу писателя Михаила Сергеенко с призывниками, написал короткую заметочку об этом мероприятии, проходившем в клубе завода имени Коминтерна.

Борзунову тогда шёл двадцать первый год. Самая пора служить действительную. Загорулько намекнул, что готов, как сейчас бы сказали, «отмазать» парня от армии, если согласится работать в «Коммуне». Даже позвонил, не дожидаясь ответа Семёна, заведующему военным отделом обкома ВКП(б) Писенкевичу на сей счёт. Тот позвал Борзунова к себе.

Иван Тихонович Писенкевич был журналистской братии не чужой. Одно время, в первой половине тридцатых, находился при газетных делах, в том числе редактором «Молодого коммунара». После краткой беседы заввоенотделом понял, что комсомолец Борзунов любит своё дело и намерен посвятить будущее журналистской работе. Но ещё больше, гораздо больше, он хотел бы стать военным и служить Родине.

– Это правильный выбор. Вы, товарищ Борзунов, сами видите, какова обстановка на наших западных границах. Грому – греметь. Не подведите Отечество и Иосифа Виссарионовича в час испытания.

– Спасибо. Я повестки ждать не буду. Пойду добровольцем, попрошусь в военное училище.

– Желаю успехов!

• • • • •

Новый, 1940-й, год Семён Борзунов встретил в шинели. Он стал курсантом военно-политического училища.

«Время пробежало быстро, и вот мы, молодые офицеры-политработники, в новенькой красиво пригнанной форме, с двумя кубиками в петлицах и окаймлённой золотом звезде на рукаве, разъехались по гарнизонам страны. Я получил назначение на должность политрука роты танкового соединения в Борислав», – пишет Семён Борзунов в своей автобиографической книге «…И будто сызнова живу».

Борислав – это закарпатский городок у границы с Польшей. Прозорливый командир 32-й тяжелой танковой дивизии по фамилии Пушкин, в нарушение запрета, 20 июня 1941-го под предлогом учебной тревоги вывел полки на полевые учения. Это спасло дивизию от полного разгрома уже в первое утро войны. На третий день отчаянного сопротивления корявый осколок мины угодил Семёну в голову, но кость, слава Богу, не пробил до конца. Отказавшегося от госпитализации политрука отправили к месту дислокации двух походно-полиграфических автофургонов. Там уже хлопотали редактор и два литсотрудника, налаживая под бомбёжкой выпуск дивизионной газеты «Красноармейское слово». Так наш земляк стал военным корреспондентом – сначала дивизионной, потом армейской и фронтовой газет.

У Семёна Михайловича сохранились блокноты того огненного времени. Частью он их опубликовал. Записи пестрят фамилиями солдат и офицеров, отважно сражавшихся с врагом и ставших героями очерков и корреспонденций. Но весьма скупо описан один эпизод - с участием самого журналиста.

Дело было при форсировании Днепра на киевском направлении. Передовому подразделению – усиленной роте гвардейцев-добровольцев – предстояло перед рассветом скрытно переправиться на лодках и подручных средствах через реку, на том берегу захватить плацдарм и любой ценой удержать его до прибытия основных сил – мотострелкового батальона. С десантом напросился Борзунов. Его отговаривали: вы, дескать, человек больше штабной, а на прорыв идут бойцы бывалые, пропахшие порохом, в основном из разведчиков. Но Борзунов настоял на своем.

Едва гвардейцы доплыли до середины Днепра, как противоположный берег ожил. В предрассветное небо взвились осветительные ракеты, немцы открыли плотный огонь из пулемётов. С нашей стороны ударила по ним артиллерия.

Не все воины доплыли до цели. Среди погибших мог оказаться и военкор, абсолютно не умевший плавать: лодку, где он находился, перевернула вздыбленная взрывом волна и только случайно подвернувшаяся по руку доска помогла удержаться на плаву. Передовая группа всё же сумела зацепиться за краешек земли. Используя складки местности и воронки от снарядов, пулемётчики оборудовали гнёзда и вступили в бой, давая высадиться остальным группам.

Когда рассвело, немцы поняли, что плацдарм захватили не более сотни русских. Одна за другой последовали вражеские атаки. Погиб старший лейтенант, командир роты. Действуя согласно боевому уставу, капитан Борзунов принял командование на себя…

В отчёте для газеты 1-го Украинского фронта «За честь Родины» военкор Борзунов описал тот жестокий бой, подчеркнул особое мужество разведчиков комсомольцев Николая Петухова, Ивана Семёнова, Василия Сысолятина и Василия Иванова. Публикация произвела впечатление на командующего фронтом генерала армии Ватутина. Он вызвал к себе редактора Жукова и Борзунова и поручил подготовить обращение от имени Военсовета фронта в адрес героев и опубликовать в газете.

Вскоре те четверо стали Героями Советского Союза.

Уже после войны Семён Михайлович узнал от одного из бывших работников Главного управления кадров Наркомата обороны СССР, что и его за тот самый днепровский плацдарм представляли к званию Героя Советского Союза! Наградной лист, поведал он, безрезультатно осел в каком-то кабинете военного ведомства. Кадровик, используя прежние связи, добыл копию этого наградного документа. Вот что прочитал о себе Семён Михайлович через пятнадцать лет после войны:

«Небольшая группа, во главе которой фактически встал офицер-журналист, действуя смело и решительно, под огнём врага, переправилась через реку, закрепилась на её правом берегу и обеспечила переправу мотострелков. Трое суток тов. Борзунов вместе с гвардейцами отбивал многочисленные атаки гитлеровцев и лишь на четвёртый день, когда бой утих, получил возможность заняться корреспондентскими обязанностями… Благодаря героизму капитана Борзунова редакция получила возможность оперативно рассказать о первых героях Днепра – комсомольцах Семёнове, Петухове, Иванове и Сысолятине…»

И вывод:

«Достоин присвоения звания Героя Советского Союза».

Я спрашивал Борзунова, когда услышал от него про несостоявшееся награждение:

– Не обидно, Семён Михайлович? Вам-то за это – лишь редакторская благодарность…

– Знаешь, – отвечал он, – я ведь плавать не умел. Не подвернись под руку доска, пошёл бы на днепровское дно. Добарахтался до берега, бросил доску-спасительницу, глянул на неё в последний раз – и привиделось мне в отсвете трассеров и сполохов разрывов, будто человек, старик на меня с доски смотрит. Многими годами позже увидел я в храме на иконостасе знакомый взгляд. Это был лик святого Николая Чудотворца… Богу было угодно послать мне спасителя и сохранить жизнь. Что может быть выше этой награды!

• • • • •

На каких только фронтах не побывал военный корреспондент Семён Борзунов! Писал о героях битвы за Москву, о защитниках и освободителях Воронежа, Сталинграда и Ленинграда. На Эльбе встречался с союзниками. Был в Берлине, Вене и Праге. Правдист Герой Советского Союза Сергей Борзенко с гордостью отзывался о нём, своём фронтовом друге:

«О, это интересный человек! Его хорошо знали и высоко ценили прославленные военачальники… Борзунов был самым оперативным работником газеты. Редактор посылал его на наиболее горячие участки фронта. Писал Семён Михайлович легко и быстро, и мы, его товарищи по перу, многому у него научились. Он любил острую мысль, меткие слова и обращался с ними бережно, как боец с патронами».

После Победы Борзунов продолжил службу в Вене в качестве ответственного секретаря газеты Центральной группы войск. Редактором газеты был Михаил Алексеев, будущий большой писатель, автор книг «Хлеб – имя существительное», «Вишнёвый омут», «Солдаты», «Ивушка неплакучая». А корректором одно время служил земляк – сержант Егор Исаев, будущий большой поэт, лауреат Ленинской премии и Герой Социалистического Труда.

Семён Михайлович знался с самыми выдающимися советскими полководцами –Рокоссовским, Коневым, Бирюзовым, Буденным, Чуйковым, Малиновским, Баграмяном, Якубовским, Язовым. И, конечно, с Жуковым – сам Маршал Победы подарил Борзунову гармошку!

Но самым счастливым для военного корреспондента Борзунова оказалась встреча с красноармейцем по фамилии Гуль. В начале сорок четвёртого к ним в редакцию газеты «За честь Родины» прислали взамен выбывшего нового корректора.

Корректор, двадцати лет от роду, была необыкновенно мила…

В том же сорок четвёртом Семён Михайлович Борзунов и Надежда Антоновна Гуль, взявшая мужнину фамилию, официально зарегистрировали брак. В конце сорок пятого у них родилась дочь. К этому времени супруга уволилась из рядов армии, но пожелала продолжить работу в редакции в качестве вольнонаемной.

– Мы договорились так: сначала я получаю высшее образование, потом она. Маршал Конев, командовавший Центральной группой войск, меня из армии не отпустил, но разрешил поступить в Военно-политическую академию. Я её окончил по журналистской специализации в 1951-м. А потом за учёбу – в Московском областном педагогическом институте – взялась Надежда Антоновна. Она преподавала немецкий язык в различных учебных заведениях.

Интересуюсь у Семёна Михайловича, по чьим стопам пошла дочь Светлана.

– По маминым. Она тоже педагог, преподаватель английского. А вот муж её, Вадим Лобаченко, – мой коллега. Он известный тележурналист-международник.

• • • • •

После академии Семён Михайлович был назначен ответственным редактором журнала «Блокнот агитатора» – это печатное издание Главного политического управления Советской Армии и Военно-морского флота. В 1960 году его направили в Военное издательство Министерства обороны СССР. Здесь он сначала служил главным редактором редакции художественной литературы, а потом заместителем главного редактора Воениздата.

В 1979 году наш земляк, имея за плечами сорок лет календарной службы в армии, ушёл в отставку в звании полковника. Но работать, уже на гражданке, продолжил – в качестве заместителя главных редакторов поочерёдно литературно-художественного журнала «Знамя» и народного журнала «Роман-газета». Даже и в преклонном возрасте не сидел сложа руки – был руководителем пресс-группы Комитета памяти Г.К.Жукова и Межрегионального общественного фонда «Выдающиеся полководцы и флотоводцы Великой Отечественной войны».

Семёна Михайловича называют в десятке наиболее известных корреспондентов Великой Отечественной войны. Его ратные труды на журналистском поприще отмечены шестью орденами и двадцатью медалями.

Многие ведущие советские писатели благодарны Борзунову за редакторское сопровождение их книг и журнальных публикаций.

А если иметь ввиду тот факт, что и сам Борзунов преуспел на писательской ниве, то и огромная армия читателей признательна ему за книги, в которых он правдиво и честно рассказал о «роковых сороковых».

Военная тематика главная в творчестве Семёна Борзунова. Из-под его, летописца великого подвига, пера вышло более двадцати документально-художественных книг. Наиболее известными являются «Берег левый, берег правый», «Ради нескольких строчек», «На линии огня», «С пером и автоматом», «Подвиг, отлитый в строки», «Знамя над городом», «Всегда в боях», «Всего одна жизнь», «В огне облака», «У родного порога», «Романтика героизма», «Верный сын России. Маршал Жуков», «Маршал Конев», «Комбриг Александр Головачёв».

Последняя книга вышла в 2011 году, это сборник статей, очерков и воспоминаний «…И будто сызнова живу».

Произведения Заслуженного работника культуры Российской Федерации С.М.Борзунова отмечены многими престижными литературными премиями – имени Д.Фурманова, А.Фадеева, К.Симонова, В.Пикуля, журналов «Огонек» и «Знамя», премией Министерства обороны СССР, всероссийскими литературными премиями «Сталинград» и «Прохоровское поле».

• • • • •

Я много раз встречался с Семёном Михайловичем, в основном – в Москве. Не раз гостил у него и с сотрудниками газеты «Коммуна», о которой ветеран всегда вспоминал с особым трепетом, я бы сказал, с придыханием. По случаю визита земляков, даже если он был неожиданным, «красноармеец Гуль» всегда успевала приготовить и выставить свой изысканный салат и никогда не садилась за общий стол, а ходила вокруг, подкладывая гостям то сырок, то колбаску, то пирожок. Она почему-то стеснялась фотографироваться, хотя и в свои девяноста сохраняла привлекательность.

Когда Надежда Антоновна покинула этот мир, Семён Михайлович начал сдавать. А несколько лет назад тяжёлый инсульт приковал его к постели. Всевышний пока на спешит со встречей души раба Божьего Симеона с душою рабы Божьей Надежды.

Значит, Всевышнему угодно, чтобы Семён Михайлович продолжал пребывать в царствии земном.

Со столетием, дорогой друг!

С Днём защитника Отечества!

Коллектив редакции и типографии Аннинской районной газеты «За коллективный труд».
Крайний справа – С.М.Борзунов. 1938 г.