Регион
Точка зрения. Бумеранг укрупнения
03.06.2008 09:14
Слухи об укрупнении областей периодически будоражат регионы Черноземья. Ничего конкретного и предметного пока не делается, но тенденция слияния субъектов Федерации, наметившаяся в последнее время, даёт почву для подобных разговоров.
Регионов всё меньше, размеры их всё больше. А как с угрозой распада страны?
Слухи об укрупнении областей периодически будоражат регионы Черноземья. Ничего конкретного и предметного пока не делается, но тенденция слияния субъектов Федерации, наметившаяся в последнее время, даёт почву для подобных разговоров.
Административно-географическая карта России меняется в пользу крупных территориальных образований, не обременённых национальными автономиями. По уверениям многих сторонников данного процесса, это – благо для страны. Веление времени. Процессы укрупнения будут стимулировать экономическое развитие, позволят реализовывать крупные проекты, сотрут различия между уровнем жизни отдельных районов. Но есть и другие мнения. Те, кто их высказывает, опасаются, что создание могучих регионов стимулирует сепаратизм – административный и этнический. И у них тоже есть резоны, которые должны быть выслушаны.
Но прежде необходимо напомнить, что краевое территориальное устройство России впервые было провозглашено после свержения монархии в марте 1917 года. И уже через два-три месяца новые регионы и их администрации стали неподконтрольны центральным властям. Пожалуй, главным результатом такой политики стал всплеск антирусского сепаратизма, которым успешно воспользовались большевики и эсеры осенью 1917 года…
Границы национальных автономий установили в своё время большевики. Причём происходило это в рамках борьбы с «великорусским шовинизмом». И что получилось? Общая территория национальных автономий охватывала до 70 процентов всей территории Российской Федерации в составе СССР!. . Иными словами, собственно русская территория охватывала максимум 30 процентов общей площади РСФСР, а потом и России. При этом доля русского и русскоязычного населения в этих автономиях и сегодня превышает 65 процентов.
Всё это, конечно, не назовёшь нормальным положением дел. Столь неадекватные реалиям границы могут и должны обсуждаться и даже меняться. Весь вопрос – как это делать, чтобы не натворить бед. Вопрос-то крайне деликатный. Например, в Республике Алтай, входившей в своё время в Алтайский край, до сих пор вспоминают, что все блага доходили до них тогда в последнюю очередь, и возвращаться к этому состоянию не хотят.
Директивное упразднение национальных автономий, которое их жители воспринимают как направленные в пользу бизнес-структур и назначенцев-губернаторов, грозят межнациональными проблемами, которые, как известно, трудно поддаются разрешению.
И примеры появления таких проблем уже есть. Инициативные группы ненцев собирают подписи против упразднения их национальных округов в Архангельской области, Тюменском и Красноярском краях. Они ратуют за создание единой Ненецкой автономной республики – от Белого моря до Енисея, на многие десятки тысяч квадратных километров. А ведь до укрупнения до такого рода идей дело не доходило.
В последнее время всё большую антирусскую направленность обретает адыгейский национализм, подогреваемый проектом упразднения Адыгейской Республики в рамках нового Краснодарского края. И вот уже адыги, издавна проживающие на Черноморском побережье России, выступают за включение этой территории в состав Адыгеи. Решительные люди в Москве убеждены, что объединить Республику Адыгея с Краснодарским краем мешает только начальство Адыгеи, которое больше всего привлекает отдельный республиканский бюджет. Скорее всего, товарищи из Центра ошибаются. Дело не только в начальстве.
У народов упраздняемых автономий зачастую появляется ощущение, что их так или иначе ущемляют. Радикальные группировки «ущемляемых» народов – а такие неизбежно возникают при обострении межнациональных отношений – направляют петиции антироссийского-антирусского характера в ООН, Евросоюз, Европарламент, другие международные структуры. И Европарламент в ответ не так давно уже высказывал «официальную» озабоченность положением некоторых финно-угорских народов в России. Напомним, в их числе – и ненцы, ханты, манси, коми-пермяки, автономии которых отменены или подлежат отмене. А также карелы, коми, марийцы, мордва, удмурты…
В национальных автономиях, ныне упраздняемых, сосредоточены крупные запасы драгоценных, полудрагоценных металлов и камней, энергетических, металлургических, лесных, рыбных ресурсов. Гидроэнергетические ресурсы, к примеру, Эвенкии способны полностью обеспечить спрос на электро- и теплоэнергию почти всего Азиатского региона России! А колоссальные и высокоценные лесные ресурсы Эвенкии освоены едва на 15 процентов. Понятно стремление бизнеса тех краёв, в которые включаются автономии, овладеть столь прибыльными «закромами». Но опять же – как быть с чувствами людей, которые считают, что у них отбирают национальное достояние?
А теперь обратимся к административной стороне вопроса.
После ликвидации национально-автономных округов и даже некоторых автономных республик их полномочия передаются администрациям новых территориальных структур. Эти структуры, прямо скажем, колоссальны по площади, населению и экономическому потенциалу. По сути, это государственные образования. Таковы теперь Пермский, Архангельский, Забайкальский, новый Красноярский края. Живо обсуждаются и уже на подходе проекты создания Центрального края (Московская, Рязанская, Тверская области), Северо-Западного края, Северного края, Новороссийского края и нового Краснодарского края. Разработаны проекты и нового Тюменского края, в котором не будет Ханты-Мансийского и Ямало-Ненецкого национально-автономных округов, нового Иркутского края…
Все идёт к тому, что в стране останутся крупные административные образования, располагающие столь же крупными природными, финансовыми, другими материальными ресурсами и соответственно собственными правительствами и бизнес-структурами.
А станут ли новые региональные администрации более управляемыми, дисциплинированными и предсказуемыми? Нельзя не замечать, что во многих сибирских субъектах Федерации – одновременно с процессом их укрупнения – развивается кампания за изучение так называемого сибирско-русского языка, издан даже его словарь. Казалось бы – и ради бога! Но вопрос тут не только культурно-лингвистичский. Ведь следом обсуждаются варианты создания так называемой Сибирской республики.
В общем, хотим мы того или нет, но почва для большего обособления от федеральных властей обрабатывается. Многие аналитики США уже давно обсуждают многочисленные варианты отделения Сибири и российских дальневосточных территорий от Москвы. Вольно или невольно, но нынешний характер укрупнения субъектов Федерации, можно сказать, продлевает действие бессрочной резолюции конгресса США 1958 года и соответствующего закона США 1959 года «О порабощённых народах».
Они предписывают оказывать всевозможную поддержку, как обозначено в тех документах, лишённым права на самоопределение народам «Идель-Урала» (нерусские народы Поволжья и Урала), «Казакии» (казачество), «Предкавказья» (нерусские народы Северного Кавказа), «Белой Рутении» (финно-угорские народы России). Эти документы до сих пор не отменены, ждут своего часа. Об этом тоже не стоит забывать.
(Публикуется с разрешения «Литературной газеты»).