Сельское хозяйство
Как нам сохранить и обустроить деревню
17.08.2017 22:01
Иван Сурков, доктор экономических наук, профессор: «На селе усилились деградационные процессы. Как же исправить положение и сохранить оставшиеся деревни и обеспечить перспективу их развития?»
Размышления учёного
 Сурков Иван Михайлович, доктор экономических наук, профессор ВГАУ родился в 1938 году в селе Криуша Панинского района. После окончания Воронежского СХИ работал экономистом, затем главным агроном в Павловском районе. Его научная деятельность постоянно связана с сельским хозяйством. Он автор более 250 научных работ. Им написано пять учебников и учебных пособий. Иван Сурков имеет звание «Заслуженный работник высшей школы РФ». С 1997-го по 2001 год избирался депутатом Воронежской областной Думы.
|
После четверти века российских реформ социально-экономическое положение сельских территорий и сельхозпроизводства в РФ сложное. По большинству видов продукции (кроме зерна) дореформенный объём производства пока так и не достигнут. В 2015 году валовая продукция сельского хозяйства в сопоставимых ценах к уровню 1990 г. составила 93 процента, объёмы импорта сохраняют тенденцию к росту (в 2015 г. закуплено 7 млн. тонн молока, 1,3 млн. тонн мяса и мясопродуктов), средняя зарплата в сельском, лесном и охотничьем хозяйстве составляет только 57 процентов от средней по экономике страны против 75 процентов в 1990 г., фактическая безработица превышает 30 процентов. В сельской местности снижена доступность многих социальных услуг, в том числе в сфере здравоохранения, образования, культуры.
Иван СУРКОВ,
доктор экономических наук, профессор
На селе усилились деградационные процессы: 13 процентов сельских населенных пунктов полностью обезлюдело, а в четверти сел и хуторов проживают менее десяти человек. Таким образом, 38 процентов сел и деревень в стране лишь формально числятся таковыми. За годы реформ в России с лица земли исчезло 30 тысяч сельских поселений. В 20 тысячах из 117 тысяч сохранившихся проживает восемь и менее человек.
Несколько иное, но в основном аналогичное положение в Воронежской области. Здесь объемы производства основных товарных культур (зерно, сахарная свекла, подсолнечник, картофель, овощи, плоды и ягоды) превысили объемы их производства в 1990 года и с 2010 года устойчиво растут. Особенно заметен за этот период рост производства картофеля и овощей в хозяйствах населения.
Также значительно возросла урожайность перечисленных культур по отношению к 1990 году. Это достигнуто благодаря применению прогрессивных технологий производства в крупных комплексах.
Хуже обстоят дела с производством продукции животноводства. Как показывают данные статистики, ни один объемный показатель по производству мяса, молока, шерсти (за исключением яиц) далеко не достиг уровня 1990 г. Так, во всех категориях хозяйств молока производится только 54 процента, мяса – 80 процентов, шерсти – 12 процентов от уровня 1990 года. Незначительно, на два с небольшим процента, возросло производство яиц. Этот рост можно назвать замещающим, поскольку еще не превысил уровень базисного года.
Начавшийся с 2010 года рост животноводческой продукции происходит за счет ввода в строй крупных животноводческих предприятий по производству молока и мяса в районах области (Аннинском, Лискинском, Рамонском и других). Для обеспечения быстрых приростов производства молока и мяса область закупила более 50 тысяч голов крупного рогатого скота различных пород.
Таким образом, в сельском хозяйстве идет очаговое развитие на территориях, где действуют агрохолдинги и крупные компании.
Что же касается развития сельских населенных пунктов, то здесь картина не такая радостная. В области, по данным последней переписи населения, исчезло 1300 сельских поселений, а из числа сохранившихся в семистах проживает до семи человек.
Продолжается сокращение сельской инфраструктуры. Например, за период с 2000-го по 2016 год число фельдшерско-акушерских пунктов (ФАП) сократилось на 210 единиц, или на 24 процента. Известно, что ФАПы размещаются главным образом в сельской местности.
За этот же период на селе наполовину (на 53 процента) сокращено число дошкольных образовательных организаций, число образовательных организаций на селе уменьшилось на 320 единиц, или на 35 процентов, число учреждений культурно-досугового типа – на 168 единиц, или 19 процентов. Численность сельского населения по отношению к 2001 году уменьшилась на 155 тысяч человек и составляет только 33,3 процента от общей численности. Среднегодовая численность занятых в сельском хозяйстве в 2015 году составила 151 тысячу человек и сократилась за пять предшествующих лет на 12 тысяч человек. В сельской местности проживают 25 тысяч безработных при наличии заявленной организациями потребности в рабочих местах в восемь с половиной тысячи.
Отток сельского населения в город был всегда. Со времени переписи населения области в 1959 году до переписи 2010 года численность сельского населения уменьшилась на 760 тысяч человек, а городского увеличилась на 648 тысяч. В 1959 году удельный вес сельского населения в общей его численности составлял 66 процентов, а в настоящее время только 33 процента. Ясно, что в области идет быстрая урбанизация населения.
Благо это или бедствие?
Форсированная индустриализация была оправдана после Первой мировой, Гражданской и Великой Отечественной войн, когда промышленность находилась в жестоком упадке, в руинах лежали тысячи городов, заводов. Возродить их и обеспечить дальнейшее развитие было невозможно без форсированной индустриализации и связанной с ней урбанизации.
Не хватало квалифицированных кадров и рабочих рук. Вот тогда отток рабочей силы из деревни был оправдан: он служил возрождению и развитию производственного потенциала страны.
Теперь же, когда в городах нет строительства новых промышленных гигантов, в них имеется избыток рабочей силы, о чем говорят цифры по безработице.
Чрезмерный отток сельского населения не оправдан и вреден по разным причинам.
Во-первых, происходит обезлюдение деревни, а в ряде случаев даже оголение территории со всеми вытекающими отрицательными последствиями. Во-вторых, урбанизация разрушает вековечный союз человека и земли, здоровый деревенский уклад, обычаи.
Человек, прибывший в город, где его никто не ждет, попадает не в заводской дружный рабочий коллектив, который, как поется в песне, выводил в люди (помните: «Мне ни на что не променять ту заводскую проходную, что в люди вывела меня…»), а в рыночную атмосферу, где сплошь ловкачество, обман, поступки против морали и совести. В такой атмосфере у новоприбывших вскоре утрачиваются или притупляются лучшие черты деревенского образа жизни: доброта, трудолюбие, взаимопомощь, уважительное отношение к старшим. У деревенской молодежи появляется увлечение иностранной поп-культурой.
С горечью замечаю разницу в поведении студентов первого курса, прибывших учиться из деревни, и старшекурсников. Девушки-первокурсницы такие милые, просто одеты, без наколок и пирсингов, не курят. По мере перехода с курса на курс появляются сигареты, прокалываются носы, пирсинг в ушах и пупках, у некоторых ребят появляются цыганские серьги в ушах, как у заправских цыган-конокрадов. В поведении появляются черты безразличия к судьбе страны, безыдейность.
Каковы же главные причины оттока населения из села в город? Они известны – худшие условия жизни, потеря работы. Рабочие места на селе устойчиво сокращаются. Особенно заметно это сокращение за счет ликвидации животноводческих ферм в малых деревнях. Вместе с ликвидацией фермы, почтового отделения, магазина, начальной школы, фельдшерского пункта умирает небольшой хутор или поселок. Семьи вынуждены переезжать в большие села и города в поисках работы и места учебы для детей, возможности лечиться.
Создание агрохолдингов проблему сельских поселений не решает. В агрохолдингах занята небольшая численность работников, агрохолдинги не участвуют в финансировании сельского развития и выполняют свою главную задачу – увеличение объемов производства. Также воздействует на развитие сельских территорий применение новой техники и технологий. С повышением производительности труда высвобождается рабочая сила, вынужденная искать приложения рук в городе. Кроме того, идет естественный отток молодежи, выезжающей из села в город на учебу, в связи с призывом в армию.
Исследование демографов, выполненные еще в 90-е годы прошлого века, показали, что село утратило способность к восстановлению трудового потенциала.
Как же исправить положение и сохранить оставшиеся деревни и обеспечить перспективу их развития?
На наш взгляд, надо прежде всего вернуть животноводство в каждую деревню, что позволит не только создать там новые рабочие места, но и существенно повысить доходы населения, создать стимулы для благополучного проживания в деревне.
За годы реформ развитию животноводства области нанесен значительный урон. В 1990 г. в области во всех категориях хозяйств числилось: крупного рогатого скота 1,46 млн. голов, в том числе коров – 534,3 тыс.
голов; свиней – 1,66 млн. голов; овец и коз – 1,4 млн. голов, птицы – 9745,8 тыс. голов.
Имея такое поголовье, область производила: 1,5 млн. тонн молока; 448 тыс. тонн мяса; 861 млн. штук яиц; 3200 тонн шерсти.
На 1 января 2016 года во всех категориях хозяйств числилось: крупного рогатого скота – 462,9 тыс. голов, в том числе коров – 181,3 тыс. голов; свиней – 638,6 тыс. голов; овец и коз – 244,6 тыс. голов. Годовые же объемы производства животноводческой продукции таковы: мяса – 231,1 тыс. тонн; молока – 807,7 тыс. тонн; шерсти – 400 тонн; яиц – 882 млн. штук.
Если рассматривать эти цифры в динамике (по годам периода), то мы увидим последовательный замещающий рост; показатели базисного года пока не достигнуты, но обозначилась общая тенденция роста, приближающая текущие показатели к базисным.
Например, в 2010 году в сельхозорганизациях числилось коров – 74,3 тыс. голов, у населения и фермеров – 71,3 тыс. голов. На 1 января 2016 года в сельхозорганизациях это поголовье увеличилось на 41 тыс. голов, а в хозяйствах населения уменьшилось на 5,4 тыс. голов. Аналогичным образом изменилось и производство молока: в сельхозорганизациях прирост составил 158 тыс. тонн, у населения и в фермерских хозяйствах производство уменьшилось на 33,5 тыс. тонн. Подобная ситуация и с производством мяса и яиц.
Таким образом, прирост производства молока и мяса идет за счет крупных хозяйств, у населения вместе с фермерскими хозяйствами наблюдается уменьшение производства этих продуктов. Однако сбрасывать со счетов хозяйства населения нельзя, поскольку они имеют значительный удельный вес в производстве продукции животноводства (по молоку – 41, мясу – 26, яйцам – 39 процентов, а в производстве картофеля – 94,2, овощей – 87,9 процента).
Из-за снижения поголовья животных в годы перехода к рынку были потеряны десятки тысяч рабочих мест, что не могло не вызвать отток рабочей силы из села наряду с другими причинами. Как же создать хотя бы часть новых рабочих мест в условиях, когда давно разрушены фермы или все еще пустуют, продолжая разваливаться?
Выход видится в создании малых производственных кооперативов в животноводстве, прежде всего, в молочной отрасли. Для создания таких кооперативов не требуется крупных капитальных вложений, поэтому их проще организовать. Коровы могут содержаться на подворьях членов кооператива, которым придется сложиться и потратиться на покупку небольшого поношенного трактора, косилки, пресс-подборщика. Часть этой техники может быть в наличии у некоторых членов кооператива. Смысл создания кооператива в том, чтобы обеспечить заготовку кормов для коров пожилых крестьян.
Наш социологический анкетный опрос показывает, что часть пенсионеров хотела бы держать корову, но не хватает сил заготовить для неё корма (примерно десять возов сена и соломы на зимовку). Вторая причина – трудно нанять пастуха в селе, где осталось всего два-три десятка коров, рассредоточенных по домам, далеко расположенным друг от друга (на протяжении 3-4 километров сельской застройки).
На развитие сельских территорий направлена федеральная целевая программа «Устойчивое развитие сельских территорий на 2014-2017 годы и на период до 2020 года». К сожалению, она реализуется лишь в части сельских поселений. По России в ней участвуют только 28,8 процента сельских поселений и 4,9 процента сельских населенных пунктов (в Центральном федеральном округе 23,6 и 2 процента соответственно).
Между тем, без участия государства, без социального партнерства с местными предпринимателями, с гражданской инициативой проблемы не решить. Недостаточно помощи только сельскому хозяйству. Такая помощь направлена на развитие отрасли, но не решает проблем сельских территорий.
Требуется помощь государства на предотвращение дальнейшего разрушения социальной и инженерной инфраструктуры села. Необходимо принять меры по дальнейшему развитию дорожной сети, газификации, телефонизации, водоснабжения. Важно обеспечить доступность социальных благ в области медицинского обслуживания и общего образования, не допускать дальнейшего закрытия малокомплектных школ, дошкольных учреждений, сельских фельдшерско-акушерских пунктов, больниц.
Деревню спасет развитие малых форм хозяйствования на основе кооперирования с потребительской кооперацией, предприятиями переработки, крупными действующими предприятиями, у которых отлажены каналы реализации молока, мяса, овощей, картофеля, фруктов и т. п. Поможет закреплению рабочей силы на селе и развитие промыслов, предприятий переработки сельской продукции (пекарни, сыроварни, маслобойни).
Развитие животноводческих кооперативов не противоречит государственной программе развития крупных агрохолдингов, а дополняет её. Увеличение объемов производства животноводческой продукции за счет ввода в действие новых крупных предприятий требует огромных капиталовложений, которые в условиях периодических кризисов в экономике и сложного международного положения страны получить из бюджета очень сложно. Малые предприятия позволят лучше использовать луга, пастбища, сохранить деревенский образ жизни. Поддержание кооперативов и промыслов не требует больших капиталовложений, а зачастую они не требуются совсем. Роль государства заключается в выборе наиболее целесообразных форм кооперации малых форм хозяйствования с крупными, то есть в создании социально ориентированных кластеров на селе. Для формирования таких кластеров необходима инициатива органов власти. Без их организующей роли развитие кооперативных связей в сложившейся ситуации практически невозможно. Необходима согласованность всех органов власти, управляющих сельским развитием, распределение между ними полномочий и ответственности.
Существующая модель управления сельским развитием носит преимущественно отраслевой характер. Для повышения её эффективности целесообразно инициировать переход на территориальную модель сельского развития, для чего необходимо обеспечить развитие института местного самоуправления на селе.
Вследствие централизованного характера межбюджетных отношений и недостаточного развития сельской экономики в бюджетах большинства сельских поселений сегодня практически не предусматриваются средства на социально-экономическое развитие территорий, а часто средств не хватает даже на поддержание существующей социальной и инженерной инфраструктуры. Лишь немногим лучше обстоят дела на уровне муниципального района.
Надо возложить ответственность за развитие районов на их руководителей. Развитие местной промышленности, ввод земель в севооборот, прирост населения, устойчивое развитие каждого сельского поселения – вот основные критерии для оценки их работы. При этом высшая власть должна создавать нижестоящей соответствующие условия, не делая её козлом отпущения, когда задача поставлена, а ресурсы ищи где хочешь.
Где же найти средства для развития сельских территорий, где и у кого их взять? На этот вопрос Сталин отвечал так: «Что нужно, чтобы народ спокойно двигался к очередному этапу улучшения жизни, повышения культуры и т.п.? Нужны две вещи. Руководящие товарищи сверху донизу должны исповедовать ту же самую философию, что и весь народ, иметь тот же тип потребления материальных и духовных благ, что и остальная трудовая масса».
К сожалению, сегодня «новая элита» придерживается другой философии, отчего в стране сложилось вопиющее социальное неравенство.
Доходы 10 процентов самых богатых превышают доходы самых бедных по России в 16 раз, по Воронежской области – в 15,5 раза, и в динамике по годам эта разница растет. Но это в среднем. По различным экспертным оценкам – в 25-40 раз. Для сравнения: в СССР разрыв был 4-4,5 раза.
Значит, нужен прогрессивный налог на доходы физических лиц. Действительно, по количеству миллиардеров-олигархов Россия пребывает среди стран-лидеров, однако уплачиваемый ими налог (13 процентов) не идет ни в какое сравнение с налогообложением западных богачей.
Имеются и другие источники. В частности, нужно перестать направлять огромные суммы на укрепление экономики США путем покупки американских казначейских бумаг. Перейти от борьбы с отдельными коррупционерами к системной борьбе с коррупцией. Отказаться от чужеземных футболистов и тренеров. Не вбухивать миллиарды на строительство объектов типа Ельцин-центра, где, по словам кинорежиссера Никиты Михалкова, «ежедневно происходит инъекция разрушения национального самосознания людей». Вернуть деньги из секретных оффшоров. Бизнес олигархов, зарегистрированных за границей, должен быть национализирован.
Давайте поступим так. Прежде всего, перестанем душить сельхозпроизводителя высокими процентами по кредитам, резать «ножницами цен» на сельскохозяйственную и промышленную продукцию, воссоздадим уничтоженные либералами сортоиспытательные станции и племобъединения. Активизируем работу с сохранившимся трудоспособным населением в селах, где ликвидировано производство, через привлечение его в разного рода кооперативы.
Разработаем экономические и социальные преференции семейно-трудовым хозяйствам в виде бесплатного предоставления элитного молодняка крупного рогатого скота, леса и пиломатериалов на ремонт и новое строительство. Подворья не должны испытывать затруднений со сдачей продукции государству по гарантированным и стимулирующим ценам. Детям из сельских семей с низкими доходами должна быть предоставлена возможность учиться в сельхозвузах на полном гособеспечении, но с условием обязательного возврата в село.
Государство должно помнить и знать: развитое село – это благополучная и сильная Россия.
Источник: газета «Коммуна» |№65 (26709) | Пятница, 18 августа 2017 года
