Приглашение к самоудушению, или Чего ожидать от вступления во ВТО?

15.11.2004 00:00

Вопрос о целесообразности вступления России в ВТО не так прост, как представляется многим из тех, кто говорит и пишет на эту тему. Во-первых, потому, что они, как правило, забывают о социальных последствиях подобного решения. А во-вторых, в расчетах экономической эффективности экспортно-импортных операций они игнорируют понятие мультипликативного (межотраслевого) эффекта и ущерба. В качестве примера рассмотрим вероятное влияние вступления России в ВТО на перспективное развитие российского хозяйства. При этом следует иметь...

Заметки экономиста Вопрос о целесообразности вступления России в ВТО не так прост, как представляется многим из тех, кто говорит и пишет на эту тему. Во-первых, потому, что они, как правило, забывают о социальных последствиях подобного решения. А во-вторых, в расчетах экономической эффективности экспортно-импортных операций они игнорируют понятие мультипликативного (межотраслевого) эффекта и ущерба. В качестве примера рассмотрим вероятное влияние вступления России в ВТО на перспективное развитие российского хозяйства. При этом будем иметь в виду, что согласно условиям ВТО, за Россией сохраняется право финансировать из государственного бюджета строительство дорог и систем мелиорации, поддержание стратегических запасов продовольствия, выполнение программ приватизации, охраны окружающей среды, научных исследований, ветеринарных и фитосанитарных мероприятий («зеленая корзина»). Одновременно Россия обязана минимизировать и без того ничтожно малые дотации на продукцию животноводства и растениеводства, дотации на комбикорма, компенсации на приобретение минеральных удобрений и средств химической защиты растений, расходы лизингового фонда, закупки у производителей товаров и услуг по ценам выше рыночных, льготы на транспортировку продукции и т.п. («янтарная корзина»).

Для нашего сельского хозяйства, и особенно для животноводства, такие условия работы в ВТО – приглашение к самоудушению. И это естественно, поскольку природные условия России таковы, что – в сравнении с ведущими экспортерами – наше животноводство на большей части территории не может быть малозатратным: оно лишь кратковременно использует зеленые корма и долговременно требует больших издержек в стойловый период.

Поэтому все, что согласно условиям ВТО, позволено государству предпринимать для поддержки отечественного животноводства в рамках «зеленой корзины», выразится в таких суммах, которые при соблюдении требований «янтарной корзины» будут неподъемными для российского бюджета в ближайшие 10-15 лет, даже если ВВП, при сохранении нынешней системы формирования доходов бюджета, увеличится в 2-3 раза.

Но, учитывая, что, в отличие от СССР, нынешнее государство еще долго не сможет действенно поддерживать отечественное животноводство, несложно сделать вывод: после вступления в ВТО, под давлением конкурентного притока таких продуктов, как масло, сыр, сухое молоко, производство российского коровьего молока может сократиться до уровня, достаточного для удовлетворения спроса только 35-40 процентов более обеспеченных граждан (25 миллионов тонн в год). Производство мяса тоже вряд ли превысит 4,5 млн.т, обеспечивающих потребности в парном, диетическом и элитарном ассортименте.

Теперь давайте подсчитаем. Предположим, что руководство страны в узких рамках капиталистических отношений пожелает бороться с бедностью в России и постарается в течение 10-15 лет добиться хотя бы тех показателей среднедушевого потребления молока и мяса, которые уже были в дореформенной России (70 кг мяса и 378 л молока). Тогда потребуется 10 млн.т мяса и 53 млн.т молока. Если членство в ВТО и позволит нам производить 25 млн.т молока и 4,5 млн.т мяса, то за счет импорта будет получено 28 млн.т молочных продуктов (в переводе на молоко) и 5,5 млн.т мяса. Это, бесспорно, станет заметной помощью некоторым членам ВТО в борьбе с безработицей в их странах, но для России будет означать потерю примерно двух миллионов потенциальных рабочих мест в системе агропромышленного комплекса плюс сокращение налоговых поступлений в бюджет и социальные фонды.

Создание же двух миллионов рабочих мест вне сельского хозяйства потребует не менее 600 млрд. руб. и, согласно расчетам, вместе с налоговыми потерями принесет мультипликативный ущерб в сумме примерно 7 миллиардов долларов в год (при пересчете по паритету покупательной способности рубля).

Само собой разумеется, что о таком экономическом ущербе речь может идти только в том случае, если руководство страны признает необходимость инвестиций в замену выбывающих рабочих мест. Если же этого не случится, то вышеуказанные 7 миллиардов долларов проявят себя только в форме социального ущерба, переложенного с плеч бюджета на условия жизни сельского населения.

Но попробуем принять за основу более оптимистический вариант: правительству удастся до вступления в ВТО добиться тарифных и других преференций, обеспечивающих к 2015 году восстановление нашего животноводства до показателей 1990 года. В таком случае потребности в концентратах возрастут, как минимум, на 25 млн.т, что соответственно понизит наш экспортный потенциал зернопроизводства, который обнаружился в последние годы только благодаря свертыванию российского животноводства.

Тем не менее по мере роста урожайности и восстановления размеров посевных площадей ресурсы зерна для экспорта могут появиться. Однако при этом нельзя забывать, что нынешняя конкурентоспособность нашего зернопроизводства держится на «трех китах»: на незначительных суммах поземельных платежей (в 4-6 раз меньших, чем в США, с земель примерно равного качества), на мизерном уровне оплаты сельскохозяйственного труда (в 17-20 раз ниже, чем в США, Канаде и Австралии), на неиспользовании по назначению более половины амортизационных отчислений, что стало основой деградации материально-технической базы села.

Но не следует забывать, что на этих трех китах долго жить невозможно, поскольку уже в ближайшее время средства амортизации придется направить на обновление основных фондов. Оплату труда тоже нужно будет повышать, а поземельные платежи (в форме ренты) неизбежно будут расти в связи с активизацией рыночного оборота земель. Отсюда неизбежный вывод: в ближайшие 10-15 лет российским производителям большие прибыли на мировых рынках зерна абсолютно не гарантированы. Речь может идти об устойчиво рентабельном экспорте в основном экологически безупречной продукции зернопроизводства, причем, поставляемой за рубеж по преимуществу импульсивно – в ожидаемо неблагоприятные для ведущих экспортеров пшеницы и ячменя годы.

Таким образом, если исходить из предположения о возможности существенного роста платежеспособности россиян, а значит, основательного расширения внутреннего рынка, то проблема выгодного для России внешнеторгового оборота продукции животноводства в рамках ВТО вообще является призрачной, в части зерна – как минимум, негарантированной. Она имеет надежную перспективу только в том случае, если принять за основу будущего курса аграрной политики дальнейший рост сельской безработицы и долговременное сохранение сжатого платежеспособного спроса большей части населения страны.

Но это вовсе не отрицает того, что вступление в ВТО выгодно ряду несельскохозяйственных отраслей. Оно обещает дополнительные возможности для экспортеров продукции, производство которой связано с нынешней дешевизной природопользования в РФ (энергоносители, металлы, лесоматериалы, продукты лесного промысла, удобрения и др.) Поэтому не исключено, что окончательное решение о вступлении в ВТО будет приниматься в интересах этих отраслей, независимо от социально-экономических последствий для АПК России.

В этой связи заслуживает внимания вопрос о том, почему Китай, не располагающий достаточными ресурсами для экспорта нефти, газа, металла, леса и т.п., тем не менее, является членом ВТО. Анализ структуры внешнеторгового оборота Китая показывает, что, увеличив объем сельскохозяйственной продукции до размеров, примерно в 3,5 раза превышающих уровень США и почти в 2 раза больший, чем в странах Западной Европы, вместе взятых, Китай практически не имеет чистого экспорта зерна и хлопка, а предпочитает почти полностью перерабатывать их в пищевой и легкой промышленности. Поэтому естественно, что коммунистический Китай не только быстро наращивает собственное производство продуктов питания (в 2003 г. он достиг производства 54,5 кг мяса на душу населения, против 31 кг в РФ), но и наполняет мировой рынок потребительскими товарами, произведенными в большей части на основе своего сельскохозяйственного сырья.

С одной стороны это упрощает решение проблемы сельской безработицы, а с другой – подготавливает условия для развития экспортного потенциала. Так, на экспорте мяса Китай уже зарабатывает свыше 650 млн. долларов в год. Следовательно, для Китая членство в ВТО – способ улучшения внешнеэкономических позиций на тех направлениях, которые содействуют росту занятости населения и реализации мультипликативного эффекта приложения труда к переработке сельскохозяйственного сырья.

Что же касается России, то будем смотреть на ожидающую нас перспективу трезво: в рамках ВТО в качестве импортера продовольствия, производимого за рубежом с использованием нашего сырья (зерна, подсолнечника, удобрений, лесоматериалов и энергоносителей), Россия обречена на сокращение рабочих мест не только в АПК, но и в обрабатывающих отраслях тяжелой промышленности. Для нашей страны участие в ВТО обещает реальный рост доходов только собственникам тех предприятий и только до тех пор, пока им удается практически за бесценок эксплуатировать ископаемые, биологические и экологические ресурсы.

Участие в ВТО, конечно же, могло бы стать общественно целесообразным, но это будет возможно только тогда, когда государство сумеет наши природные ресурсы максимально использовать для развития технологически передовых отраслей, способных обеспечить глубокую переработку отечественного сырья и, тем самым, минимизировать безработицу, которая пока остается на уровне 8 процентов от численности экономически активного населения.

В этой связи нельзя не обратить внимание, что во всех странах, где экономическая политика исходит из искренней заботы о нуждах населения, в том числе о сокращении бедности, придается первостепенное значение недопущению роста безработицы. Хотелось бы надеяться, что политика наших властей в отношении ВТО будет ориентирована аналогичным образом. Исаак Загайтов,

доктор экономических наук,
профессор.
© При перепечатке или цитировании материалов cайта ссылка на издания газетной группы «Коммуна» обязательна. При использовании материалов в интернете гиперссылка на www.kommuna.ru обязательна.